Чтение онлайн

Она ускорила шаг, втянув голову в плечи. Через мгновение Вован её догнал и схватил за плечо. Пришлось остановиться. Полина моментально покраснела. «Ну давай, обругай меня матом, обзови, как вы все умеете», — зло думала она, сжимая кулаки в карманах куртки.

Но Вован стоял молча и не убирал руку. А потом легонько подтянул её к себе.

— Ты вообще какая-то другая, — вдруг еле слышно прошептал он. — Вы там, в Питере, все такие?

Казалось, что покраснеть больше уже невозможно, однако Полине это удалось. «Вот сейчас он попробует меня поцеловать» — подумала она, и почувствовала, что её злость отступает, роняя копья и щиты.

Но предчувствие её обмануло. Вован отпустил Полину, и она сразу двинулась дальше, уверенная, что он повернёт назад.

— Ты не туда идёшь! — послышался его насмешливый голос.

Полина остановилась.

— Конечно, если тебе охота в сельпо, то продолжай в том же духе.

— Сам ты сельпо, — пробубнила под нос Полина, — ну так куда?

— Поворачивай.

Он догнал её.

— Пропадёшь ведь, столичная девочка, в степях Казахстана.

— Да не беспокойся. Тебя, небось, Марина уже ищет.

Вован фыркнул, и это Полине хотелось бы истолковать так: «Да какая Марина, когда есть ты?».

— Давай направо.

Полина теперь сама увидела каменную коробку остановки, подпёртую безглазым фонарём.

— У тебя часы есть? — спросила она.

— Я сам себе часы! Ещё пятнадцать минут.

«Ну всё, сейчас он уйдёт» — решила Полина. Предчувствия её снова обманули. Вован уселся на железный остов скамьи и достал сигарету.

— Я приеду в Питер. Там работу проще найти.

Полине было ничего не известно о рынке труда в родном городе, поэтому она спросила:

— А здесь — что? Никак?

— Нормальной халтуры нет, или за неё платят копейки. Жить-то надо на что-то.

— Да, остаётся только анашой торговать… — язвительно заметила Полина.

Вован замолчал. Полине стало неловко. Она всё-таки прилетела с другой планеты, может быть, и нельзя судить его по тем, привычным ей, законам… Вспомнила, как дядя Гена рассказывал, что дедушка и бабушка отвернулись от мамы Вована, и даже не захотели познакомиться с внуком.

— Ну, я не так уж давно в этой теме… Вот денег подкоплю, уеду и — всё.

— Ага, так все говорят, — многоопытным тоном сказала Полина.

— Да и потом, это ж не наркота, а так…

«Зачем он передо мной оправдывается? Я сейчас уеду — и всё, толком и не говорили даже. Я вообще за всё время в городе У. ни разу ни с кем не говорила толком! Кроме собственного дневника».

— Дело твоё, только всё начинается именно так. И продолжается чем похуже.

— Ладно, ладно, столичная девочка. Не читай мне лекцию, — Вован нарочито зевнул, — хотя тебе… тебе это идёт.

— Что именно?

— То, что ты такая…

— Правильная?

— Строгая. Как учительница.

— Да ладно тебе. Просто я не делаю то, что мне не нравится.

— А что тебе нравится? — он подвинулся поближе и задорно подтолкнул её локтем. Так, будто они уже стали добрыми приятелями.

— Много чего. Музыка, я танцевать люблю, английский, читать, собирать чемодан, ехать куда-нибудь…

— Ну вот, тогда удовольствие прибыло, — Вован улыбнулся, встал, — вон твой автобус.

Полина поднялась и, наконец, посмотрела на него в упор.

— Пока не бросишь, не приезжай!

Он снова положил ей руку на плечо, потом легко, даже не овеяв её щёку дыханием, поцеловал, прошептал: «Ну, давай!», Полина залезла на подножку, плюхнулась на сиденье, изрезанное чужими признаниями в любви, и автобус поехал, медленно и неохотно отдаляя от себя худую темноволосую фигуру, остановку и фонарь.

Вот так случайный человек приоткрыл на секунду крышку над котлом другой, дикой, незнакомой жизни, откуда потянуло ароматом неизвестных пряностей, и — опять отпустил той же самой дорогой, в том же сарафане, с теми же песнями в ушах. Но только теперь эти песни звучали совсем по-другому.

Тётя Зина с дядей Геной собирали на стол, готовили «отвальную». Полина, увидев знакомые спины на кухне, подошла и обняла обе, в первый раз за всё время в городе У.

— Ну, моя красавица! — тётя Зина в ответ прижала её к себе, и на секунду Полине показалось, что её обнимает бабушка, — Костя позвонил и сказал, что ночевать не приедет. Пойдет с Васей халтурить — разгружать вагон с коврами, — сказала тётя Зина, — понравилось в гостях?

— Угу, — кивнула Полина.

— Сестра уезжает завтра, хоть бы проводить пришёл, — пробурчал дядя Гена. — Привет тебе передаёт. Оболтус.

Полина ничего не сказала им, но когда наутро Коля опять пришёл продемонстрировать своё идеальное произношение, она отвела его во двор и попросила приглядывать за младшим братом.

— А чего такое? — встрепенулся Коля. — Травой баловался?

— Ты про это знаешь, да? Неудивительно. Короче, он обидел кое-кого. И продолжит, наверное, в том же духе. Если вы оба не найдёте себе дело. Учи язык, Коль. Я тебе пришлю учебник, кассеты. И он пускай учит.

На пороге появилась бабушка.

— Полюш, ты зубную щётку положила? — спросила она, и Полина поняла, что их путешествие, наконец, закончилось.

Задворки города У. стремительно летели назад.

Полина взяла со стола кем-то забытую в купе газету. Этот кто-то и не подозревал, как угодил ей своею забывчивостью: в газете был Кевин Костнер. Оказывается, за время отсутствия Полины на родине в прокат вышел новый фильм с его участием — фантастический боевик «Водный мир». Хоть одно приятное известие. На последнюю страницу Полина заглянула в тайной надежде, что гороскопы отменили по причине их вредности для психики. «На этой неделе вы будете пользоваться успехом у противоположного пола. Случайная встреча может иметь неожиданные, но очень приятные последствия», — гласило предсказание. Полина яростно скомкала газету и швырнула под стол.