Чтение онлайн

Обогнув изгородь, они собирались пришпорить коней, пустив их галопом, и врезаться в группу английских лучников, которых ожидали там обнаружить.

Может, тысячу лучников? И огромные боевые кони внесут их вглубь этой обратившейся в панику массы, падающей под ударами мечей и топоров.

Уничтожить лучников, заставить их сбежать с поля боя, а потом всадники вернутся обратно в ряды французов, спешатся, снимут шпоры и присоединятся к основной атаке, которая в пешем строю вонзится в центр английской армии.

Таков был замысел битвы, использовать тяжелую кавалерию, чтобы сокрушить английских лучников, а потом перерезать латников, но когда д'Одрам и лорд Дуглас вели своих людей по бровке западного холма, они увидели верхушки английских знамен за изгородью, и эти знамена двигались на юг.

— Что делают эти ублюдки? — спросил д'Одрам, не обращаясь ни к кому конкретно.

— Сбегают, — тем не менее ответил Дуглас.

Горизонт на востоке был залит лучами восходящего солнца, а лес темнел на фоне этого яркого света, но перед деревьями можно было различить знамена.

Там была дюжина флагов, и все двигались на юг, и д'Одрам посмотрел в ту сторону и заметил проблеск водной глади в глубине долины.

— Ублюдки переправляются через реку! — воскликнул он.

— Они убегают, — повторил Дуглас.

Маршал д'Одрам колебался. Ему было пятьдесят, и почти всю свою сознательную жизнь он был солдатом. Он дрался в Шотландии, где научился убивать англичан, а потом в Бретани, Нормандии и Кале.

Он знал, какова война, и колебался не потому, что его страшило происходящее, а потому что знал, что план битвы может измениться.

Если они атакуют дальний холм, нацеливаясь в то место, где, как они предполагали, находится левый фланг англичан, то обнаружат там латников, а не лучников, а его рыцари получили приказ уничтожить ненавистных лучников врага. Так где же лучники?

— Там внизу брод, — произнес один из воинов, указывая на поблескивающую реку.

— Ты в этом уверен?

— Я вырос не дальше, чем в трех милях отсюда, сир.

— Поскачем к броду, — решил д'Одрам. Он развернул коня, накрытого попоной с широкими бело-голубыми диагональными полосами, цветами его герба.

В руке он держал щит той же яркой расцветки, а на шлеме с забралом были прикреплены одно белое и одно голубое перо.

— Сюда! — призвал он и повел всадников на юг.

И это оказалось проще, чем пересекать долину. Теперь, вместо того, чтобы заставлять отяжелевших от доспехов лошадей подниматься по длинному склону удерживаемого англичанами холма, они поскакали вниз.

Они перешли на рысь. Звенели и бряцали лошадиные доспехи, копыта с глухим звуком стучали о сухой дерн. У некоторых воинов в руках были пики, но большинство взяли мечи.

Они скакали по открытому пространству луга, но впереди, там, где ложбина сливалась с более широкой долиной реки Миоссон, росли деревья, и за ними д'Одрам ожидал обнаружить лучников, охраняющих брод.

Лорд Дуглас находился справа вместе с дюжиной шотландцев.

— Опустите забрала, когда увидите стрелу, — напомнил он им, и наслаждайтесь резней!

Он насладится. Любимым развлечением клана Дугласов было резать англичан, и Дуглас почувствовал прилив свирепой радости в предчувствии битвы. Он смертельно боялся, что вмешательство церковников поможет английской армии избежать сражения, но переговоры провалились, и он был свободен нести разрушения.

— И помните! Увидите моего проклятого племянника, оставьте его в живых! — он сомневался, что найдет Робби в хаосе битвы, но все же хотел захватить мальчишку живым. Захватить живым и заставить страдать. — Хочу, чтобы этот мелкий ублюдок остался в живых и наплакался! Запомните это!

— Я заставлю его рыдать, — ответил Скалли, — рыдать, как младенца!

Лошади поравнялись с деревьями, и всадники замедлили бег, пригибаясь под тяжелыми ветвями. До сих пор ни одной стрелы. До сих пор ни одного врага.

Молю Господа, чтобы д'Одрам оказался прав, подумал Дуглас. Может, они скачут в пустоту? Действительно ли англичане отступали? Или всадники гонятся за миражом?

Звук от лошадиных копыт изменился, и он понял, что они скачут по болоту. Вместо дубов там росли ивы и ольха, вместо листового перегноя торчали кочки с травой и зеленой жижей между ними.

Копыта лошадей увязали в трясине, но они все же продвигались вперед, а потом он увидел реку, блеск серебра среди темной зелени, заметил и людей, людей и повозки, и там были лучники!

Маршал д'Одрам тоже их увидел, увидел и перевернутую повозку, и что среди англичан царил хаос, и как мелькнула в небе стрела. Он не заметил, откуда она прилетела, но она говорила, что он принял правильное решение и что он нашел лучников. Он со стуком опустил забрало, так что все вокруг потемнело, вонзил в коня шпоры и бросился в атаку.

Лучники графа Уорика еще спускались с холма. Атаку всадников пришлось отражать людям Томаса, и поскольку лучники были опытны и умелы, они выбрали стрелы для лошадей.

Стрелы специально предназначались для убийста лошадей, потому что животные были уязвимы, и каждый лучник знал, что для победы над конными рыцарями нужно целиться в лошадей.

Именно так была выиграна битва при Креси, так что они инстинктивно выбрали стрелы для лошадей с треугольными зазубренными наконечниками, обе стороны которого были остры, как бритва, чтобы разрывать плоть и сосуды и застревать в мышцах.

Они оттянули тетиву за ухо, выбрали цели и выстрелили.

Боевой лук был выше человеческого роста. Он был вырезан из растущего в солнечных средиземноморских землях тиса, из той части его ствола, где темная сердцевина встречалась с золотистой заболонью, и темная сердцевина тиса была жесткой и негибкой, а внешняя заболонь пружинила, возвращаясь в прежнее положение, если была согнута, и эти противоположные свойства сердцевины и заболони вместе придавали огромному боевому луку чудовищную силу.