Чтение онлайн

– Боятся?

В ответ Ивен ничего не сказал.

Подойдя к зеркально-белой двери, Адаму выдали бахилы и костюм, предупредив, что трогать ничего нельзя. Надев комплект, он вопросительно взглянул на Брайта и, поняв, что тот останется стоять и наблюдать здесь, Адам вздохнул и открыл дверь.

Помещение было таким же зеркальным и белым, как дверь – она сливалась на фоне стен и пола – но небольшим. В один круг были собраны тринадцать стульев. Сделав сразу три шага к еще не оцепленному месту, где на стульях и под ними было одно сплошное кровавое месиво, Адам нагнулся, заглянув в лужу с кишками и словно нарезанными в форме прямоугольника беспорядочно разбросанными кусками мяса с кожей и волосяным покровом, перед собой. На соседнем стуле уже сидел труп, у которого все конечности были на месте: картину портили закатанные глаза с перерезанным горлом.

Дженсен, рассматривая, сделал еще пару шагов, и по спине прошелся холод. Волосы встали дыбом, но Адам выдохнул, стараясь мыслить трезво.

– Сколько человек, говорите, выжили?

– Пятеро, – бодро ответил Брайт, выглянув из-за двери.

Дженсен прошел дальше. На другом стуле от человека остался ломаный скелет, который буквально чем-то согнули, перемяли, сместив все позвонки, а после вместе с расплющенным черепом и длинными светлыми волосами в крови посадили на стул.

– Что здесь было? Почему сидели тринадцать человек?

– Проводилась экспериментальная терапия.

– Чем были больны пациенты?

– У всех была диагностирована шизофрения.

Адам обошел все стулья, задержавшись у одного чистого, от которого, как и от остальных нетронутых кровью или чьими-то останками, не было ни капли. Только один факт удивил его: на этом стуле лежал маленький серый плюшевый медвежонок. Он был совсем потрепанный: без глаз, с торчащими нитками и синтепухом, вываливающимся из разрезанного живота.

– Пациенты вошли в помещение, не имея ничего с собой, – видя немой вопрос в глазах Дженсена, ответил Брайт.

– Пациентов было тринадцать?

– Двенадцать пациентов и один врач.

– Врач жив или все, что от него осталось, лежит в луже?

– Жив, – утвердительно кивнул Брайт, стоя в проходе.

Адам тряхнул головой, посмотрел в последний раз на «место преступления» и вышел к Брайту.

– Мне нужно допросить врача и оставшихся пятерых, – снимая костюм с бахилами и отдавая их криминалистам, обратился Адам к Ивену.

– Нам для этого выделили отдельную комнату. Мы уже допросили трех из них, охрану, проверили камеры и все еще не имеем ничего существенного. Что с биоматериалом еще неизвестно, но…

– Еще вопрос… – начав щелкать пальцами, прервал его Адам, – в помещении выключался свет?

– Да.

– Это было во всем здании или только там? – указывая пальцем на дверь за спиной, произнес он.

– Пока не можем сказать.

– Но камеры были включены все время? Не отключались?

Ивен качал головой, не зная, что ответить, ведь ответов не было.

– Тогда обследуйте все помещение, обшарьте вентиляцию, потолок, пол – вообще все. Кто-то из этих тринадцати человек мог убить остальных и, возможно, себя тоже. Дайте мне всю полученную на данный момент информацию, и я приступлю к делу.

I

V

Поднявшись на два этажа выше, Дженсена привели в помещение, которое назвали «допросной».

– Эти пять человек уже взаимодействовали друг с другом, разговаривали?

– Да.

Вздохнув, Адам произнес: «Плохо».

– Почему?

– Если кто-то кого-то убил и сейчас сидит вместе с остальными, кого резануть не успел, то он может отвести подозрения и солгать… Ну, да к черту, сейчас все узнаем.

– Кого звать?

– Дайте мне список с именами.

Брайт протянул ему лист вместе со своими записями в блокноте. Дженсен быстро пробежался глазами и, хмыкнув, сказал, пытаясь прочесть почерк: «Позови сюда Финчера».

– Я с ним уже разговаривал, он ничего толком не сказал.

«Да, как ты мне» – подумал Адам.

– Главврач вообще запретил нам приближаться к ним и вести какие-либо беседы и сам наотрез отказался разговаривать с сотрудниками полиции. Может, попробуешь договориться?

– Плевать я на него хотел. В их больнице произошло убийство. Если начать копать глубже, то мы их и закрыть сможем. Пусть благодарит за то, что взялись за расследование. Тут пару слов, и закроют форточку: звероватые санитары, лечащего врача обвинить так проще простого – на терапии вывели из себя пациента, вот и вышла ситуация из-под контроля. Тем более, диагноз у всех – шизофрения. Там уговорить невменяемого, списать на врача да на голос в голове еще легче. И готово – психлечебница закрыта.

– Ясно, – выдал Ивен, выслушав, казалось бы, непрекращающуюся речь Дженсена.

– Ты знаешь, где сидят все пятеро?

– Знаю.

– Вот и веди сюда Финчера. Время идет, а я все еще без завтрака.

В свободную палату, которая впитала в себя запах хлорки и куда перетащили стол и стулья, убрав кровать, через минуту вошел пациент, одетый в серую форму с бледным лицом, трясущимися руками и прихрамывающим на правую ногу. Ему на вид было столько же, сколько и Адаму – тридцать с небольшим.

– Здравствуйте, – поздоровался бледнолицый дрожащим голосом и запинаясь.

– Здравствуйте, садитесь. Мне придется задать вам несколько вопросов касательно сложившейся ситуации, а также хотелось бы услышать вашу версию произошедшего.

Он закивал, сложив руки вместе под столом.

– Итак, как вас зовут?

– Майк.

– Майк Финчер?

Он снова закивал головой.

– Расскажите, пожалуйста, как это произошло? Что вам сказали по поводу предстоящей терапии?

Вздохнув, Финчер начал свой рассказ, опустив голову и глядя на свои руки.