Чтение онлайн

— С каждым годом, — шепчу я, и воспоминания переносят меня в день рождения отца.

Я счищала остатки торта в мусорное ведро, где валялся нераспечатанный конверт. На нем красовалась золотая буква «М», то есть Монтгомери. Отец так его и не открыл, потому что знал, кто был отправителем — любовник моей мамы. Что он нам слал? Открытку? Деньги? Ведь его брат был повинен в смерти мамы, и все сошло ему с рук.

— Ты в порядке? — беспокоится Джекс.

— Да… Столько всего в голове не укладывается.

— Ты сможешь простить меня за все, что я натворил?

Сглатываю ком в горле.

Отчим безмолвно ждет.

— Это будет очень нелегко. — Он совсем падает духом. — Но ты вырастил меня. Как бы мне хотелось, чтобы ты поступил по-другому.

Его нижняя губа мелко подрагивает.

— И мне. Лара, делай все, что они скажут, тогда нас, может, и выпустят. И каждый получит второй шанс.

В этом я сомневаюсь, однако всей душой надеюсь.

Дверь в комнату распахивается, и входит Рекс. С последней нашей встречи его внешность претерпела некоторые изменения. Половину лица негодяя пересекает свежий на вид шрам.

Злобно фыркаю.

— Кто это тебя так разукрасил?

— Ты.

— Думаю, такое я бы не забыла, — нахмурившись, отзываюсь я, пусть даже есть вероятность, что память мне изменяет.

Рекс наклоняется с недоброй улыбкой, от которой у меня мороз по коже.

— Скоро вспомнишь. Это лишний раз подтверждает, что наши планы увенчались успехом. Именно тебя все эти годы искала Миранда. Какая ирония.

Никак не пойму, о чем это он. О маминой работе, что ли?

— Прости, дорогуша. Нет времени объяснять. Тебя ждет процедурная.

— Рекс! — Джекс таращится на брата с широко распахнутыми глазами. — Ты ведь говорил, что отпустишь ее, как только получишь то, что вам принадлежит.

— Планы поменялись. — Рекс дает знак своим головорезам; те хватают меня за руки, силой заставляя встать.

— Отпусти ее! — выкрикивает отчим.

Всю дорогу я сопротивляюсь и пинаюсь ногами.

— Пустите! — Я пытаюсь высвободить руки, бешено верчу головой. Делаю все, что в моих силах.

Несмотря на протесты, меня волокут по длинному коридору к стерильной комнате. В центре стоит высокое кожаное кресло, немного смахивающее на стоматологическое, но с отверстием в подголовнике. Меня швыряют на кресло и силой удерживают на месте, пристегивая к нему наручниками.

Я кричу, брыкаюсь и даже умудряюсь укусить одного за ухо.

— А-а-ай! — Он резко бьет меня в челюсть.

— Хватит!

Головорезы вытягиваются по струнке, и мне удается перевести дыхание. Это Патрисия Джеймс в своем синем дорогом костюме. Ее безукоризненная прическа уложена волосок к волоску. Прямо-таки идеальный образ сильного и энергичного политика из Вашингтона.

Она изучает меня. Никогда прежде не встречала такой явной бесцеремонности — с другой стороны, мне и похищенной быть не доводилось.

— Неужели ты забыла, что Молли у нас?

С трудом сглатываю. Отчасти так и есть.

— Что вам нужно? — стиснув зубы, цежу я.

— Орудие. Путешественник во времени. Человек, который добудет для меня все, что угодно, чтобы изменить эту жалкую страну к лучшему. И судя по больничным снимкам… — От ее ухмылки у меня по телу бегут мурашки. — Это ты.

Глубоко вздыхаю. Внутри меня всю трясет.

— Ты все равно можешь умереть, но только так ты сумеешь спасти Молли, Джекса и свою маму. Это понятно? — Она скрещивает на груди руки, точно учитель, который ждет, когда я сдам домашнее задание.

Под ее пронизывающим взглядом я киваю, но в голове скрипят шестеренки. Я должна найти другой выход.

— Вот и хорошо. Мы можем стать друзьями, если сделаешь, что я скажу.

— Тоже мне, друзья, — презрительно ухмыляюсь я.

— Пф-ф!

Вдруг от открывшегося взору зрелища у меня стынет кровь. Бандиты втаскивают в комнату маму и швыряют ее на пол. Один из отморозков хватает ее за шею, удерживая на месте.

— Я не стану этого делать с дочерью! Ни за что! — вопит она.

Устало прикрываю веки и откидываюсь назад. Я через столькое прошла, чтобы спасти маму, и вот, несмотря на все мои усилия, она снова в опасности. Возможно, такова судьба. Возможно, мне это неподвластно. Возможно, мне ее не спасти. Но я не верю в это, ни на секунду не верю. Маму можно спасти. И всех нас тоже. Мне бы только понять, как.

Надо вернуться к первоначальному плану и отправиться в тот момент, когда все началось. Если я застану Рекса на месте преступления и сдам его полиции, это будущее не случится.

Это мой единственный шанс.

— Ты видела результаты сканирования, — говорит Патрисия. — Только так ты, вероятно, ее спасешь. У тебя нет иного выбора. Или мне привести сюда Молли?

— Нет! — вскрикивает мама. — Не впутывай ее во все это. — Она поднимается на ноги и кладет ладонь мне на плечо. — Мне так жаль. Прости меня, Лара.

С трудом сглатываю ком в горле.

— Другого выхода нет. Давай.

Мамины глаза застилает пелена. Я ее очередной подопытный. Они хотят открыть в ком-то способность путешествовать во времени, и я самый подходящий кандидат. Вот только Патрисия даже не осознает, что я ее злейший враг, и если мой план сработает — я ее уничтожу.

— Будет больно, — предостерегает мама.

Открываю глаза и стараюсь не смотреть, как она наполняет шприц. Когда в основание моего черепа входит игла, закусываю губу.

Стоит маме вынуть шприц, как я начинаю хватать ртом воздух, мертвой хваткой вцепившись в подлокотники.

— Мам? — дрожащими губами шепчу я.

В руках у нее металлическая трубка, которую она заводит сквозь дыру в подголовнике. С моего места мало что разглядишь, и сердце в груди начинает бешено колотиться.

— Я люблю тебя, детка, — шепчет мама и целует меня в щеку. — Если все получится, ты должна спасти Молли. Ты должна найти выход.

Едва заметно киваю, чтобы сенатор ничего не заметила.