16 лошадей
Шрифт:
Ему хотелось быть другим.
Кто-то однажды сказал Алеку, что к новому месту привыкаешь за четыре года. Что за бред? Четыре года пролетают, как мгновение.
Алек все так же скучал по Элизабет. Они причинили друг другу столько боли, но ему все равно ее не хватало.
Он сменил футболку и надел пальто.
Представив, что в каком-то другом мире она была бы жива, а он не чувствовал бы себя одиноким, Алек вышел на темную улицу.
Глава 6
Навесы трясло и едва не срывало под натиском дождя. Вода уже скопилась у головы молодой кобылы бурой масти по кличке Салли. Она была лучшим другом своего хозяина.
Правда, как все это разглядишь, если в такой глуши даже фонарей нет?
Той ночью тоже никого не было видно.
Даже если бы они стояли вплотную и смотрели прямо на вас, вы бы все равно их не заметили.
Не увидели бы ни серые противогазы, ни резиновые перчатки.
Когда тебя видят – это прекрасно.
В звездах, погибших многие тысячи лет назад, еще теплилась надежда.
Они шли в темноте.
Глава 7
Все стены паба украшали оленьи головы.
– Как думаешь… – Алек помолчал. – Как думаешь, я нравлюсь людям?
Джордж молча посмотрел на друга. На его уставшем лице появились морщинки, обветренные губы растянулись в широкую улыбку.
– Господи, с чего вдруг такие вопросы? – Он покачал головой и сделал глоток пива.
У игрового автомата сидел двадцатилетний парень в бейсболке. Он шмыгнул носом и почесал затылок. Незнакомец средних лет разговаривал с женой по телефону. Ему отказали в пособии по инвалидности, но ничего страшного, он что-нибудь придумает. Все будет хорошо. За столиком в углу пять лысеющих мужчин громко смеялись над какой-то лишь им понятной шуткой про Аргентину. Вдоль кирпичной стены восковыми фигурами выстроились пожилые парочки. Из-за непогоды в пабе собралось на удивление много посетителей.
– Со мной люди разговаривают совсем не так, как с тобой, – слегка обиженно ответил Алек.
– Какие люди?
– Не знаю, в пабе, например.
– И как же они с тобой разговаривают?
– В том-то и дело, они… они в основном молчат. Пялятся на меня, вот и все, и им плевать, если я замечаю их пристальные взгляды. Им не хочется узнать меня получше, не хочется, чтобы я вообще сюда приходил. Может, это из-за моей работы или моей манеры вести беседу.
– Да какое тебе вообще дело до этих людей?
– Не знаю. – Алек поморщился. – Все хотят нравиться другим, разве не так?
Джордж рассмеялся, допил свое пиво и заказал еще.
– Не стоит даже время тратить на такие переживания. Взгляни на все по-другому.
– Просто я не люблю, когда меня осуждают.
Они немного поговорили о деле, о свидетеле, о возможной причастности тех двоих. Вскоре разговор зашел о начальнике.
Пару недель назад в участке уволили несколько полицейских – Алек их почти не знал, а вот для Джорджа они были давними друзьями и напарниками.
– Гарри всего лишь делал свою работу.
Джордж покачал головой.
– Никто не заставлял его их выгонять.
– С ними все будет в порядке.
– А когда и нас тоже выпрут?
Алек поставил бокал на стол.
– Не выпрут.
– Почему это?
– И так уже работать некому, как тогда…
– Работать и раньше было некому, – парировал Джордж.
– Я не за этим сюда пришел.
– Ты о чем?
– Очень уж пессимистичная у нас беседа, – ответил Алек, и Джордж засмеялся.
– А сам сейчас десять минут жаловался на то, что тебя никто не любит.
Алек нахмурил лоб.
– Однажды ты придешь на работу и всех нас поубиваешь.
– Что за хрень ты несешь?
– Ты прямо как тот почтальон. – Джордж опять усмехнулся. – С побережья, если не ошибаюсь? Как же его звали…
Алек даже не улыбнулся.
– Он не был почтальоном. И тут нет ничего смешного. Лучше не надо…
Джордж приложил палец к губам и осмотрелся с притворной настороженностью.
– Не волнуйся, нас никто не слышит.
Он отхлебнул пива, и его улыбка как-то изменилась.
Разговор перешел на другие темы. Начали болтать о старых делах, про которые вспоминаешь лишь в такие вечера.
Вечера, когда ты забыл, где твое место. Когда больше нечем заняться. Когда ты не знаешь, нравишься ли ты людям.
В конце они опять вернулись к этому вопросу.
Перед уходом Джордж все-таки решил дать напарнику совет. Решил поделиться с ним главным секретом всей жизни.
– Старайся помогать другим. Думай не только о своем благополучии. Не только о том, что в твоем понимании правильно и пристойно. И тогда все эти мысли, – он показал на голову Алека, затем на свою, – улетучатся.
– Эгоистичный подход, – с усмешкой сказал Алек.
– Почему это? Разве ты стал полицейским не для того, чтобы помогать людям?
– Завоевывать расположение окружающих, помогая им, – это как-то…
– Нет-нет. – Джордж натянул пальто. – Если все сделаешь правильно, то вообще не станешь думать о том, нравишься ты кому-то или нет. Их счастье распространится и на тебя. Только это и будет важно. – Он посмотрел на пустые бокалы с отпечатками губ, почти как от помады. Алек не вставал с места. – Так что не переживай, понял?
– Ага, как будто твои слова мне очень помогут…
– Разве отец ничему этому тебя не учил?
Алек молча уставился на бокал.
– Ну, тогда просто будь собой, – со вздохом добавил Джордж.
– Так и сделаю. – Алек сделал глоток пива. Его друг не спешил уходить. – Сейчас допью и пойду.
Джордж вздохнул.
– Серьезно, все в порядке…
– Не похоже.
– Доброй ночи, Джордж.
Немного помедлив, тот ушел, снова вздохнув напоследок. Алек еще посидел, разглядывая свой бокал, потом залпом осушил его и пошел к бару.