Чтение онлайн

– Мамульчик, мы тут подумали… папа тебе денежки на карточку перекинул, купи в Москве телефон со спутниковой связью, чтобы не пропадала совсем.

– Леночка, солнышко, мне надо поспать. Всю ночь работать. Я люблю вас, но всё, пока. Позвоню сама потом.

– Хорошо, мамочка. Мы тебя тоже любим! Звони, когда проснешься! Мы будем ждать! Я сейчас сбегаю на телефон тебе денег положу побольше, ты же не позаботилась об этом!

– Всё, целую, люблю, буду скучать.

Я прервала звонок. Глаза слипались. Поезд, мерно покачиваясь и постукивая колёсными парами, убаюкивал. До Ачинска я уже отдамся в объятия Морфея, и шампанское будет ждать своей участи до лучшего времени. На смартфон пришло сообщение от Руслана:

«Я заново влюбился в тебя. Прости меня за всё, что я сделал с тобой. И за то, что должен был, но не сделал. Каким скотом я был! Как ты все это выдержала? Прости! Любимая моя девочка. Спасибо, что не бросила меня. Прости. Я стану другим. Ради тебя, я смогу стать другим».

Смска согрела теплотой. В животе лениво расправляли крылышки давно уснувшие бабочки. Я прижала смартфон к груди и… расплакалась. Я не могла объяснить, почему. Чувства сейчас смешались, и я не могла вычленить главного. Я просто плакала, сквозь слёзы глядя на свежую фотографию с Русланом у вагона. Даже засыпая, я всё ещё слышала вчерашние слова супруга и видела перед внутренним взором его сообщение. Я пыталась представить, как он с дочерьми сейчас двигает мебель, настраивает огромный телевизор, как они дружно будут его смотреть, забравшись на кровати девочек с миской орешек или конфет. Я получила, что хотела – отправилась в рабочую поездку. Но почему мне так хочется быть сейчас дома, с мужем и дочерьми?

Я проснулась за час до смены. Сон был поверхностным, я слышала, как Оксана, прихлёбывая, пила чай, стараясь не шуршать пакетами с печеньем и вафлями, как на длинных стоянках пассажиры выходила на перроны, как кричали торговки, шныряющие по вагону и на улице, продавая игрушки, горячие обеды и местные сувениры. Я слышала, как приходили сообщения на смартфон, и, проснувшись, стала читать их. Помимо сервисных сообщений от МТС о пополнении счёта, подключения каких-то пакетов и скидок, было много смс от дочек и Руслана.

«Любимая, напиши, когда твои смены, чтобы не беспокоить тебя, когда ты отдыхаешь».

«Мамуль, мы распечатали расписание твоего поезда со станциями и стоянками, мы с тобой, где бы ты не была. Люблю и скучаю. Марина».

«Мам, твою с папой фотку уже залайкали 200 тыщ человек. Вы такие классные, тебе так идёт форма! Скучаю. Лена».

«Солнышко, сколько колбасы надо в солянку? И огурцы надо солёные или маринованные? А лимон и маслины ты когда в суп кладешь? Напиши, как проснёшься».

«Мамуль, мы сдвинули с Маринкой кровати, по-другому не получилось. Зато телек смотреть удобно. Ты не против?»

«Динуль, может, поменяемся с девчонками комнатами? Им тесно, не смогли расставить мебель. Без тебя никак».

«Мама, у папы новое развлечение! Он купил диск с игрой «Спора», представляешь! Накрошил гору бутеров и уже три часа в неё режется. Он не пьёт, Ты не волнуйся! У нас всё хорошо. Марина».

«Малышка, как правильно выключать компьютер, через пуск или кнопкой? Не хочу, чтобы они надо мной прикалывались. Маринка итак спросила, каких динозавров я видел».

«Мамочка, я скачала все сезоны твоего любимого сериала «Сверхъестественное». Прикольно будет вместе посмотреть на нашем монстровизоре. Лена»

Я читала, и перед глазами пробегали картинки жизни моих родных. Они никак не хотели прервать со мной связь. Похоже, у них всё хорошо. Я вздохнула, сползла с полки и отправилась умываться. Туалет был занят, и я зашла в служебное купе.

– Чёт ты рано встала.

– Видимо, с непривычки. То ли спала, то ли нет, не поняла. То провалюсь, то всё слышу.

– Я замучалась твой матрас ловить, того и гляди свернулась бы с ним. Пришлось тебя пристегнуть.

Наконец, я умылась, взяла пластиковые мешки, надела резиновые перчатки и отправилась по плацкарту, собирая у пассажиров мусор. Я поразилась, сколько люди могут жрать. Ещё не прошло двенадцать часов, как мы выехали из Красноярска, а я набрала четыре полных мешка отходов, упаковок и пакетов. Это помимо уже сложенных Оксаной в тамбуре и забитого мусорного бачка. Афигеть! Неужели столько можно есть, сидя на одном месте? Оксана уже переоделась и мела вагон, болтая и шутя с пассажирами.

– Ты переодевайся, я дальше сама. Новосибирск на горизонте, пока все будут на перроне гулять, я помою полы и всё протру. Бери ЛУ-шку и беги к Наталье Владимировне подписывать. Билеты не забудь!

Я послушала напарницу, быстренько переоделась, собрала волосы в хвост и пошла к начальнику поезда, дважды в день проверяющему билеты и ведомость. У купе начпоезда уже толпились проводники. Я никого не знала, а потому молчала, слушая, о чём болтают другие.

– Дина, как настроение? Первая смена, не волнуешься?

– Спасибо, Наталья…

– … просто Наталья, окай? Не люблю отчества.

– Хорошо. Всё нормально.

– Твоя напарница – Оксана – хороший опытный проводник, но имей ввиду, у неё бывают конфликты с пассажирами… из-за своеобразного характера. Но она добрая девушка, всегда поможет. Спрашивай её, если будут вопросы, и к нам можешь обращаться.

– Спасибо. Я справлюсь.

– Не сомневаюсь… Саблина… Не про тебя ли целую неделю Депо гудело?

– Не знаю. А что случилось?

– Михал Степаныч на планёрке поставил вопрос о возрасте проводников-новичков после того, как некая разгневанная фурия Саблина Дина вломилась в его кабинет и высказалась по поводу требований о максимальном возрасте. Не ты?

Я покраснела, вспомнив, как ворвалась в кабинет неизвестного, не имеющего отношения к проводникам, сотрудника. Начальница засмеялась.

– Значит, сработаемся. Ну, беги, осваивайся.

Я поспешила вернуться в вагон. Оксана уже крутила грязное постельное, считала стаканы и ложки, громко поторапливала и вычёркивала пассажиров из списка должников. Было видно, что напарница чувствует себя хозяйкой, а пассажиров гостями, уже порядком наскучившими за несколько лет работы.

– В Новосибе ключи от вагонов носят по сто рублей, купи. Я пока свои дам. Только проверь, как открывают, а по последнее время фуфло тащат… Я там наторговала… на ревизоров две тыщи сдала, за чайку деньги в кармане рубашки, в Москве сдать надо. Кофе и чай уже закончились. Щас купить надо в ларьке, пока стоять будем. Эти троглодиты жрут, срут и спят. Я сорок минут в туалет попасть не могла. Уроды.