Чтение онлайн

Он, маленький парнишка, сбежавший из города в бассейне шахт и происходящий из поколений шахтеров, шел по стопам великих копов...

Шарко поспешил подняться на пятый этаж. Тити хотел увидеть всех ровно в 8 часов, чтобы подвести итоги. Но он быстро потерял бодрость, когда большинство тех, кого он встречал, игнорировали его.

Сантуччи распустил свои ядовитые слухи. Молодой инспектор почувствовал себя неловко, как будто вошел в дом, где его не ждут. И это могло быстро стать невыносимым.Клубы дыма поднимались из их угла в конце кабинета 514, места, которое в зависимости от дня было либо дружелюбным, либо удручающим.

Он был обклеен плакатами культовых фильмов — «Les Tontons flingueurs, - A bout de souffle, - Garde a vue»... —, по бокам стояли скамейка из пенопласта, три старых кресла и низкий столик, на котором еще лежали грязные стаканы и пустая бутылка вина.

Здесь пили, ели, иногда спали. Рикар и мята ждали в холодильнике, откуда Флоранс как раз доставала пакет апельсинового сока. Команда установила свою собственную рождественскую елку, синтетическую безделушку, украшенную гирляндой и дешевыми шариками. Это выглядело скорее уныло, чем празднично.

Серж Амандье курил сигарету под приоткрытым окном; он едва взглянул на Шарко. Затем был Ромуальд Файоль, тридцать восемь лет, их номер 4. Он сидел на диване и рисовал математические фигуры на страницах тетради. Его прозвали «Эйнштейном, - потому что после жесткого обыска, в результате которого он получил сотрясение мозга, он начал делать в уме чрезвычайно сложные вычисления. Взамен он время от времени страдал от мигрени, способной свалить с ног быка.

Пришел Тити с желтой папкой и большой пачкой листов в руках. Он положил все на стол, поздоровался со всеми и задержался перед своим последним новобранцем:

— Глейв рассказал мне о вчерашнем вечере. Ты заслужил право участвовать в расследовании, это хорошо. И не переживай из-за всей этой грязи, которую на нас нагоняет Сантуччи, это просто временное явление. Мы раскроем это дело и заткнем этого ублюдка.

Сказав это, он хлопнул его по плечу, а затем пошел наполнить свою чашку из кофейника.

— Я только что разговаривал с заместителем. Он требует иметь веские доказательства, прежде чем открывать новое дело по факту исчезновения Дельфи Эскремье. Мы должны быстро пролить свет на ее возможное участие в убийстве нашего трупа X.

Глейв готовит TG одиннадцать пунктов. Шарко, TG, ты знаешь, что это?

— Телеграмма?

Серж Амандье иронично хлопнул в ладоши, развалившись в кресле.

— Как видите, в школе инспекторов учат не только ерунде.

— Точно, — ответил Тити, игнорируя своего помощника. TG продолжает точное описание тела трупа X и обстоятельства его обнаружения. Скоро штаб разошлет его во все полицейские участки и жандармерию Франции, вплоть до самых отдаленных уголков. Иногда это совпадает с текущим делом. В любом случае, это дает нам шанс. По крайней мере, для тех, кто будет читать телекс. Ты быстро поймешь, что в администрации, даже у нас, есть люди, с которыми не стоит слишком связываться.

С этими словами начальник группы пошел за доской на подставке и повесил на нее чистый лист.

— Хорошо. Скоро из лаборатории придут копии всех фотографий — вскрытия, места преступления... У каждого из вас будет свой комплект. Бригада по защите несовершеннолетних просмотрит фотографии детей и попробует сопоставить их с делами, в частности, с делами о педофилии. Пока что мы сосредоточимся на нашей анонимной жертве и Эскремье.

Он взял черный маркер.

— Серж, начинаешь? Соседи в Сен-Форже?

Амандье вытащил из кармана старый блокнот.

— Продолжим прочесывать район. Первые соседи находятся в нескольких сотнях метров от наших двух контейнеров. Неудивительно, что они ничего не видели и не слышали ничего необычного в окрестностях. Но, по словам Вердье — пенсионеров из окрестностей, которые часто гуляют в лесу, — машина Дельфи Эскремье стоит там уже довольно давно, по крайней мере три недели. Продавцы в магазинах почти каждое утро видели эту молодую женщину. Но в последнее время никто ее не замечал. В ее холодильнике полно просроченных продуктов. Другими словами, ее машина была здесь, но ее самой не было...

— И никто не задался вопросом?

— Да, но всегда одно и то же: не стоит вызывать полицию, бла-бла-бла... В остальном Дельфи была скромной, неразговорчивой, но вежливой. Никто никогда не видел ее в компании и не знает о ней ничего, кроме того, что она была художницей и регулярно приезжала в этот дом, чтобы рисовать и гулять по лесу. Это все, что у меня есть на данный момент.

Тити написал несколько ключевых слов на доске, затем повернулся к Ромуальду Файолю. Эйнштейн был в тонком черном галстуке. Его бакенбарды, тоже черные, были аккуратно подстрижены и придавали ему вид Бельмондо в его лучших фильмах про полицейских.

— Обыск в Марэ?

— Однокомнатная квартира, простая, функциональная и чистая, — ответил Эйнштейн. — Никаких следов совместного проживания. Принесли ящик с документами. Внутри в основном адресная книга со 106 контактами, две трети из которых — мужчины. По 41 из них у нас есть только имя и номер телефона.

Остальные имеют также должности: директор музея, скульптор, агент, издатель...

По комнате прошел вздох. Сто шесть контактов — это много. Все понимали, что это означает: столько же потенциальных подозреваемых, которых нужно найти и допросить. Затем Файоль указал на настенный календарь, на котором были выделены и отмечены некоторые даты.

— Это было в ее кухне. Эскремье делила время между Марэ и Сен-Форже. Она очень точно указала периоды, когда бывала в Ивелинах. Если верить ее расписанию, она была там с 15 ноября и собиралась вернуться в Париж перед праздниками, 22 декабря. Ее соседка по лестничной площадке, мадам Кюрвилье, подтвердила дату ее отъезда.

— Хорошо, — согласился Тити. — Это совпадает с тем, что нам сказал Серж. Она уезжает в Сен-Форже, чтобы побыть в одиночестве, но исчезает, оставив все как есть: машину, картины. Одна из картин, кстати, была еще не закончена.