Чтение онлайн

Расчеты финансовых выгод от убийства больных младенцев публикуются в монографиях и даже в учебных и методических пособиях «для повышения квалификации» врачей и «воспитания» студентов-медиков:

«Считается, что пренатальная диагностика относится к числу высокорентабельных направлений профилактической медицины, где отдача на каждый затраченный рубль составляет не менее 9-10 рублей».

Члены президиума РАМН на очередном заседании с интересом выслушивают кредо сторонников абортов в докладе директора НИИ акушерства и гинекологии им. Д.О. Отта РАМН (Санкт-Петербург) академика РАМН Э. Айламазяна: «Современную пренатальную диагностику наследственной и врожденной патологии и элиминацию больного зародыша и плода считаю актом гуманным и потому обязательным… в нашем институте было» предотвращено рождение 356 плодов…

Служба пренатальной диагностики первоначально получала финансирование в рамках федеральной целевой программы «Дети-инвалиды», направленной на «улучшение положения детей России» и «создание условий для их полноценной жизни».

Чтобы проконтролировать, насколько в результате пренатальной диагностики «улучшилось положение детей» и в какой степени для них «созданы условия», был выбран совершенно неожиданный показатель, «уменьшение на 20–25 процентов случаев рождения детей с врожденными и наследственными заболеваниями, пороками развития, ведущими к инвалидности», т. е. число абортов.

О первых итогах этой программы отчитался в 1999 году на III Пироговском съезде врачей министр здравоохранения Ю.Л. Шевченко.

Адресуя свой доклад тем, у кого, по словам Н.И. Пирогова, «не остыло ещё сердце для высокого и святого», министр сначала напомнил, что «нет ничего более дорогого, чем жизнь». Однако доложенные им результаты показывают, что в отношении детей-инвалидов такие принципы не применяются:

«За счет использования цитогенетических и пренатальных исследований предупреждено рождение 14 200 детей с генетическими и врожденными заболеваниями».

Характерно, что итог первого этапа государственно поддерживаемых мероприятий по пренатальной диагностике практически совпал по содержанию и масштабам со злодеянием царя Ирода (14 тысяч убитых в Вифлееме младенцев).

Ссылаясь на такие «успехи», медицинские генетики теперь требуют у правительства утверждения собственной федеральной целевой медико-социальной программы для расширения фронта своей деятельности «с одновременным увеличением зарплаты сотрудников федеральных лабораторий и центров, занятых пренатальной диагностикой».

Идея «рентабельности» внутриутробного уничтожения детей-инвалидов произвела такое впечатление на организаторов здравоохранения, что они придали мероприятиям по пренатальной диагностике статус государственного приоритета и неизменно включают их в президентскую программу «Дети России».

Согласно «логике» этой государственной программы, чем больше детей будет абортировано, тем лучше окажутся условия существования и забота о здоровье родившихся детей. Это называют «комплексным подходом».

Одним из главных показателей, характеризующих благополучие и международный статус нации, является младенческая смертность. Поэтому данный показатель включен во все государственные программы, национальные проекты «Здоровье» и «Демография», президентскую программу «Дети России» и др., а его снижение контролируется на высшем государственном уровне.

В соответствии с этим подходом младенцев, которые могли бы умереть естественной смертью (и «испортить» статистику), уничтожают путем абортов. Такие аборты не фигурируют в качестве показателя неблагополучия ни в каких отчетах и поэтому служат некоей «черной дырой», очень удобной для бюрократических подтасовок.

Следует отметить, что при наличии у развивающихся младенцев летальных аномалий, они в большинстве случаев не доживают до рождения, а погибают в результате самопроизвольных выкидышей на разных сроках внутриутробного развития.

Почему врачи не применяют «выжидательную тактику», а подвергают беззащитного младенца жестокому, мучительному убийству путем аборта, а женщине калечат репродуктивную систему?

Можно предполагать, что причин здесь несколько. Это, во-первых, названные выше отчетные показатели смертности, которые начальство требует улучшать, во-вторых, стереотипы в сознании врачей и, наконец, в-третьих, фактор их материальной заинтересованности, добавленный национальным проектом «Здоровье».

Рассмотрим следующую ситуацию. Врач не выявил (случайно или намеренно) врожденные аномалии развития у младенца беременной женщины (или выявил, а женщина отказалась от аборта), а затем младенец умер естественной смертью в результате выкидыша (антенатальная гибель) или после 7-го дня жизни в роддоме.

В соответствии с родовым сертификатом, в первом случае доплата будет снижена гинекологу женской консультации (сразу по двум критериям: невыявление аномалии и антенатальная гибель), а во втором и гинекологу (невыявление аномалии), и акушеру роддома.

Если же беременную направят на аборт (поздний, то есть самый варварский!), доплата по данному случаю уменьшена никому не будет.

Повышению числа поздних абортов способствуют также криминальный бизнес — поставка так называемого эмбрионального материала для фармацевтической и косметической промышленности и использование абортированных младенцев для науки.

Как зарубежные, так и наши отечественные специалисты подчеркивают, что развитие пренатальной диагностики как технологии приводит к ослаблению мотивации лечения нерожденных младенцев. Так, согласно оценке в монографии «Новорожденные высокого риска», «около 40–50 % врожденных пороков плода поддаются успешной коррекции в случае своевременного её проведения. Вместе с тем, в настоящее время довольно часто по совету районного акушера-гинеколога производится неоправданное прерывание беременности при наличии порока развития у плода».

В «дивном новом мире» исследователей вполне обоснованно надо опасаться, что не будет допускаться существование любого человека, чем-либо отличающегося от других.

Для продвижения в обществе деятельности, которая не продуцирует ничего, кроме страха у беременных женщин и последующих абортов, медицинским генетикам вполне естественно приходится много трудиться. Усилия их направлены на искусственное формирование среди населения потребности в пренатальной диагностике, которая на самом деле отсутствует.