24 часа
Шрифт:
В сердце теплилась еще одна крохотная надежда. Уилл, где бы сейчас ни был, тоже думает, как спасти дочку. И думает совсем иначе, чем Карен. На вступительном тесте она набрала на пятнадцать процентов больше и выписку со счета проверяла в два раза быстрее, зато муж обладал совершенно иным мышлением. И мастерски им пользовался. С головокружительной быстротой его голова работала не в одном, а сразу в нескольких направлениях. Карен мыслила логически, от начала до конца прорабатывала вариант, критически его оценивала и только потом переходила к следующему. А Уилл за долю секунды успевал сравнить несколько и инстинктивно выбрать лучший. Объяснить, почему поступил именно так, получалось далеко не всегда, но его внутренний компьютер почти не давал сбоев. Как-то раз супруг признался: объективно его решения не могут считаться верными. Порой важно просто принять решение – какое угодно, – а потом своим упорством и целеустремленностью превратить его в верное.
"Такое мышление мне сейчас и нужно", – подумала Карен.
В тот самый момент Уилл смотрел на телефон в спальне своего люкса. Аппарат только что зазвонил, а Дженнингс, даже отняв у Шерил пистолет, чувствовал себя крайне неуверенно. Стоит девушке пожаловаться мужу, и никакой «вальтер» не поможет. Но если не давать ей трубку, Хики заподозрит неладное и отыграется на Эбби.
Телефон снова зазвонил.
– Ну, умник, что будешь сейчас делать? – подначила Шерил. Она сидела прижавшись к передней спинке кровати, "Да пошел ты!" – молча говорили разорванное на груди платье и жуткое созвездие синяков.
Уилл бросил пистолет на покрывало, а девушка, ловко его поймав, рассмеялась и взяла трубку.
– Уже случилось, – после недолгого молчания проговорила она. – Док вспылил… Набросился на меня и отнял пистолет. Совсем как тот парень из Тьюпело… Ладно, сейчас. – Девушка протянула трубку Уиллу. – Он хочет с тобой поговорить.
– Джо? – неуверенно позвал Дженнингс.
– Док, напортачишь еще раз – получишь свою крошку разделанной на кусочки размером со спичечный коробок.
– Понятно…
– Ты ударил мою старушку?
– Да, но я, похоже, был не первым.
– Слушай, разве это тебя касается? – почти тут же парировал Хики.
– Нет.
– Не забудь, что я сказал про твою малышку…
В трубке послышались длинные гудки.
– Ну ты и ничтожество… – протянула Шерил. – Как школьник, которого дорожный патруль остановил. Сама покорность, настоящий ягненок.
– Кажется, ты тоже знаешь толк в покорности, верно?
– Ну ударит он меня пару раз, что такого? – пожала плечами девушка. – Ты сам что, никогда жену не бьешь?
– Нет!
– Хорош врать!
Уилл решил не спорить.
– Такие синяки парой ударов не поставишь. Это следы регулярного физического насилия.
– Неужели вы с женой не ссоритесь?
– Еще как, но до рукоприкладства не доходит. А что вы с Джо не поделили? При подготовке к похищению разногласия возникли?
– Ничего подобного! Мы не новички…
– Может, ты просто устала? – Уилл сделал небольшую паузу, чтобы Шерил подумала над его словами. – Лично мне это представляется именно так… Ты поняла, сколько страданий причиняешь людям, и детям особенно.
Блондинка опустила голову.
– Можешь представлять и говорить что хочешь. Ты же не знаешь, кем я была, до того как меня нашел Джо…
– Что?
– Я работала в баре на трейлерной стоянке. Клиентов мы обслуживали по полной программе.
– Хочешь сказать…
– Да, именно!
– Как же ты дошла до такого?
– Умник, самый настоящий умник! Знаешь, сколько раз я нечто подобное слышала?! "Шерил, ты ведь умница и красавица, как так вышло?" Винить тут некого, разве что отчима, но он уже умер. Маме еще хуже приходилось.
– Проституция заслуживает куда больше уважения, чем твое нынешнее занятие.
– Ты когда-нибудь занимался проституцией?
– Нет.
– Тогда откуда тебе знать? Когда вижу продажных девушек в кино, хочется чем-нибудь тяжелым в экран швырнуть! А от «Красотки» вообще тошнит! Помнишь, в конце фильма дружок Ричарда Гира пытается использовать Джулию Робертс по прямому назначению? Это единственная непристойная сцена во всем фильме!
– Кажется, помню.
– А в жизни такое случается сплошь и рядом. И в самый нужный момент Ричард Гир не врывается в номер, чтобы защитить твою честь. Вот заказать девушку в подарок – это пожалуйста! – Голубые глаза прожигали Уилла насквозь. – Представь, каково сидеть в баре целый день, зная, что любой грязный, вонючий, насквозь больной, три дня не мывшийся гаденыш, заплатив за вход, имеет на тебя права. Вот что значит быть шлюхой!
– Тебе не разрешали выбирать клиентов?
– Клиентов? – хрипло рассмеялась Шерил. – Я не в адвокатской конторе работала! У шлюх не клиенты, а члены, и я их не выбирала, потому что знала: откажусь – не получу бонус.
– Какой еще бонус? Кокаин?
– Мой сутенер говорил: на деле мы дурь на дурь меняем!
– А Джо вытащил тебя из той жизни?
– Верно! И помог завязать с наркотиками. Самый тяжелый период для нас обоих… Так что хорошенько подумай, прежде чем предложишь мне предать или продать Джо. Даже если он время от времени распускает руки, по-твоему, мне не все равно?
– По-моему, нет. Это не любовь, и ты не обязана всю жизнь быть рабыней Хики только потому, что он помог слезть с иглы. Ты заслуживаешь счастья не меньше, чем любая другая девушка.
Шерил покачала головой с таким видом, будто слушала шумно нахваливающего товар продавца.
– Отчим постоянно говорил: человек получает от жизни то, что заслуживает.
– Извини, но, похоже, он был настоящим кретином.
Блондинка невесело рассмеялась:
– Это точно! Ты ходишь к проституткам?
– Нет.
– Ну разве кто в этом признается? Хотя тебе я верю, похоже, ты один из редких чудиков, что родились быть мужьями.
– И отцами.
Шерил болезненно поморщилась.
– У тебя есть дети? – спросил Уилл.
– Эта тема закрыта.
– Почему?
– Ну, скажем так: я залетала столько раз, что больше не получится.
Что это могло означать? Многочисленные аборты? Или один, но неудачный?
– Ты уверена? Знаешь, до анестезиологии я занимался акушерством, сейчас появились новые способы лечения…