Чтение онлайн

– Участком?

– Это что-то вроде… небольшой фермы, – с трудом объяснил он. – Молодую поросль есть нельзя, только сорняки – будете щипать поросль, и вас выпорют кнутом. Но если съесть достаточно сорняков, они это почуют, и дадут нормальной еды. – Сэм, должно быть прочел недоумение на лице Сагреды или же просто догадался по ее молчаливой реакции. – Есть только один способ этому научиться – увидеть все своими глазами.

Набравшись смелости, Сагреда последовала за Сэмом на другой конец площади; как только ей это удалось, прежняя робость стала казаться полнейшим абсурдом.

Каждый из участков представлял собой небольшую огороженную территорию в углу площади; на ней находилось множество сельхозработников, которые уменьшались в размерах, попадая внутрь участка. Они, как и описывал Сэм, бродили по своими наделам, поедая красные и желтые сорняки, которые боролись за жизненное пространство с нежными зелеными розетками некой культуры, произраставшей в пылеватой почве участков. Какое-то время они с Сэмом просто наблюдали, вглядываясь в это королевство лилипутов, пока четверо рабочих, утомившись, не покинули участок, снова увеличившись до масштаба площади.

– Вперед! – подтолкнул ее Сэм. Вокруг них теснились другие 3-адийцы, которым не терпелось взяться за работу. Следуя за Сэмом, она направилась внутрь участка, однако первая попытка привела ее туда, где земля уже была тщательно вычищена от сорняков; Сагреде пришлось вновь немного увеличиться в объеме и перебраться на новое место, прежде чем поиски подходящего клочка земли увенчались успехом.

Вкус у сорняков был просто отвратительным, но 3-адийцы упорно продолжали их глотать. Сагреда решила не рисковать и поступила так же, тем более что их запах мог играть ключевую роль при выдаче очередного пайка. Сосредоточив свой взгляд на земле, где круги расстояний располагались плотнее и диковинная геометрия не вызывала тошноту, а, наоборот, вводила в некое подобие транса, Сагреда даже чувствовала своеобразное умиротворение.

Она с головой ушла в эту практически бездумную работу, стараясь не задумываться о том, насколько комфортной могла быть ее жизнь, не решись она покинуть «Восток». Сейчас тот мир, где все окружающие компы знали о существовании игры, а построенные ею водяные мельницы создавали подобие цивилизованной жизни, казался настоящим раем.

– Капитан! – прокричал ей Сэм. Небо уже начинало темнеть, но выглядело это довольно странно, ведь на нем не было Солнца. – Пора есть!

Прямо у нее на глазах он увеличился в размерах, и Сагреда обратила внимание на то, как ему удавалось перемещать ноги, чтобы случайно не затоптать будущий урожай или рабочих; затем она проследовала за ним, возвращаясь на площадь.

– Не знаю даже, как назвать это место, – весело признался Сэм, показывая ей дорогу к очереди у отверстия в стене. – До “ресторана” оно, пожалуй, не дотягивает. – Сагреда дождалась, пока разрыв перед ней станет достаточно большим, чтобы, раздувшись, занять его и сделать шаг вперед. Ее мозг уже начал усваивать последовательность деформаций, необходимых для перемещения с места на место, что с одной стороны помогало, а с другой – малость вгоняло в тоску.

– Нам нужно внимательно следить за любыми странностями, – сказала она Сэму.

– Как по мне, здесь все странное, – возразил он.

– Ты знаешь, о чем я. Странное по меркам этого места; все, что выделяется на общем фоне. – Мысль о том, что никто из попавших в 3-адику компов не сумел обнаружить единственный оригинальный эксплойт [8] казалась чересчур мрачной, даже если она действительно объясняла, почему отсюда так и не вернулся хоть кто-то из путешественников. Старый кубический триггер здесь бы не сработал; слишком уж сильно он полагался на евклидову геометрию. Но ведь здесь должны быть и свои трюки. Испытания на прочность, которым этот разъедающий глаза кошмар подвергал графические процессоры, рано или поздно должны были пробить в системе брешь.

Когда очередь в окошке дошла до Сагреды, хмурый 3-адиец велел дыхнуть ему в лицо, и она послушалась. Ловким движением, которое ей едва удалось разглядеть, он пролез через люк, одновременно увеличившись в размерах, и при помощи рта повесил ей на шею нечто вроде торбы, на вид заполненной кусочками зрелых культур, которые она помогала пропалывать.

Она неуклюже ретировалась на площадь и стала дожидаться Сэма. Ее донимал сильный голод, но из-за наполнявшей тело растительной массы – которая, судя по всему, увеличилась в объеме вместе с самой Сагредой, как только она покинула свой участок – пищу было тяжело глотать. Находящиеся в желудке сорняки наверняка можно было как-то сжать относительно размеров всего тела, но растения, как видно, умели этому сопротивляться.

– Не так уже плохо, да? – восхищенно заметил Сэм, пощипывая свою долю зелени.

Тут же лошадей не отстреливают? – подумала она.

Свет быстро тускнел.

– А где тут спят? – спросила она.

– Прямо в стойле, – ответил Сэм. – Не переживайте, я еще ни разу не упал.

– Значит, спокойной ночи, – сказала она. – И спасибо, что помог сегодня.

– Спокойной ночи, капитан.

Сагреда закрыла глаза, мысленно благодаря усталость, которая моментально затянула ее в пучину забвения.

Проснувшись, Сагреда увидела лишенное Солнца небо, расцвеченное, куда ни глянь, в одни и те же бледно-голубые тона. Ее ноги закостенели, а вчерашняя еда за время пищеварения, похоже, ничуть не потеряла в объеме.

– А где здесь… справляют нужду? – спросила она у Сэма, не горя желанием подталкивать его к манере речи, подходящей двадцать первому веку. Если он и правда находил утешение в своей самодостаточной диккенсовской персоне, она вовсе не собиралась дразнить его намеками, способными пробудить воспоминания основателей, для которых самой большей проблемой был слабый сигнал мобильной сети или устаревший PlayStation.

– Я покажу.

Она проследовала за ним к коридору, который начинался с отверстия в стене на площади, а заканчивался комнатой, скрытой от внешних глаз. С одной стороны комнаты располагалась яма, но в сравнении с сорняками ее запах оказался не таким уж скверным. Сагреда предполагала, что перед испражнением 3-адийцы уменьшаются в размерах, чтобы сократить объем фекалий, но у такого масштаба, вполне вероятно, были и свои преимущества.

Когда она расположила заднюю часть тела над ямой, инстинкты взяли свое.