Чтение онлайн

– Железный малый, – сказал Планкет Сэму, когда они ушли с поляны. – Только тут он, кажется, малость пережал. Надо бы полегче. Кстати, старина, расскажи-ка мне об этой Энн Датон-Свифт.

– Признаться, – сказала Энн Датон-Свифт Планкету, – я, как говорится, в колдовских делах ни бум-бум. Объясните, пожалуйста, дорогой шкипер, что тут было?

– Сию секунду, детка. Мальгрим примчался сюда, увидел, что Диммока и меня сцапали по приказу короля Мелиота, и выпросил у него разрешение взять нас в работу…

– То есть заколдовать вас?

– Вот именно. Меня превратил в Красного рыцаря, а Диммока – в дракона. И надо отдать ему справедливость – чистая была работка. Но старый Марлаграм – с виду-то он совсем развалина, а на самом деле малый не промах, – он тут же явился, хихикая, как полоумный, и побил Мальгримова туза.

– Только без этих карточных словечек, дорогой шкипер. Ненавижу бридж.

– И я тоже, – сказал Планкет. – Ничего не признаю, кроме покера. А говорил я вам… или, ладно, как-нибудь в другой раз. Так вот, старый Марлаграм предсказал, что Перадору будут грозить две опасности – лютый Красный рыцарь и дракон, ну, король и согласился, что тот, кто их победит, женится на его дочери. А это значило, что дело в шляпе, Сэм может не беспокоиться.

– Так вот почему здесь так торжественно празднуют этот, как бишь его? Никогда не слыхала раньше этого слова… ах да, сговор. А Сэм очень мил в своём наряде, правда?

– Да, король немного помешан на костюмах, но сегодня и он не скажет, что Сэм одет чёрт знает как. Всё по-перадорски!

Сэм, стоявший перед королём в ожидании Мелисенты, был в коротком плаще, камзоле и штанах в обтяжку. Правая штанина у него была зелёная, как незрелое яблоко, а левая – белая в зелёную полоску, камзол был нежно-розовый, а плащ – тёмно-зелёный.

– Будь у него ляжки потолще, – сказал Планкет, – ни дать ни взять актриса на мужских ролях в пантомиме. Должен вам сказать… Нет, лучше потом, дело терпит.

– Интересно, в чём будет Мелисента, – задумчиво сказала мисс Датон-Свифт.

– Что бы там ни было, а она заставляет себя ждать. Старый Мелиот теряет терпение. Поглядите на него. Ещё минута, и он взорвётся, а уж тогда кто-нибудь непременно угодит за решётку.

– Я не вижу ни одного волшебника, – сказала Энн, оглядывая переполненную банкетную залу.

– Наверно, заняты где-нибудь ещё. Но глядите… что это там?

Главный герольд, неправильно истолковав нетерпеливый взгляд короля, начал:

– Слушайте! Слушайте! Слушайте! Его королевское величество Мелиот, король Перадора, повелитель Бергамора, Марралора и Парлота…

– Нет! Нет! Нет! – взревел король. – Погодите начинать! Где наша дочь? Где эта несносная девчонка? Эй, кто-нибудь, ведите её сюда. И если она ещё не закончила свой туалет – всё равно ведите! Мы больше не можем ждать.

Сэм уже давно не находил себе места, а тут он заметил, что среди фрейлин, которые, подобрав юбки, со всех ног побежали разыскивать Мелисенту, Нинет не было. Не было видно и Мальгрима.

А вдруг они замыслили что-нибудь недоброе? Марлаграм, конечно, знает, в чём дело, но и его тоже нет.

– Несите факелы, – приказал король. Было уже поздно, и за окнами почти стемнело.

Фрейлины прибежали назад, размахивая руками и визжа:

– Ваше величество, ваше величество, принцессы Мелисенты нигде нет! Она исчезла!

– Исчезла? Вздор! Обыщите замок. Обшарьте всё. – Король Мелиот повернулся к своим советникам. – До чего ж похожа на мать! Сначала так и рвалась выйти замуж за этого типа, а теперь, когда мы дали своё согласие, исчезла перед самым сговором. Ну, вылитая мать!

– Государь, – внушительно начал главный советник, – я всегда считал, что женщины…

– И мы тоже, и мы тоже! – прервал его король. – Но найдите её, найдите, обшарьте весь замок. А где волшебник? Если не можете найти нашу дочь, найдите хоть кого-нибудь из волшебников.

Сэм подошёл к Планкету и Энн Датон-Свифт.

– Вы не видели старого Марлаграма? Нет? Ну, тогда все мы погорели, можете мне поверить. Десять против одного, что Мальгрим и Нинет снова что-то затеяли. Марлаграм! – крикнул он. – Где вы? Что с Мелисентой? Как мне её найти?

– Ступай в темницу, в самый дальний угол.

Голос, тихий, но отчётливый, донёсся словно издалека.

– Это вы, Марлаграм?

– Хи-хи-хи!

– Старик, ну ясно же, это он, – сказал Планкет. – Давай иди в темницу.

– Только смотри, Сэм, не испорть свой чудесный костюм, – сказала Энн.

– Да пропади он пропадом! Мне нужен факел. Ну, до скорого.

С факелом в руке Сэм протолкался через толпу, бурлившую вокруг него, бегом спустился по длинной лестнице и, задыхаясь, влетел в темницу. Торопясь пробраться в дальний угол, он забыл, какой здесь скользкий пол, шлёпнулся на спину и, болтая ногами в воздухе, заскользил куда-то вниз. С рёвом налетел ветер. Вокруг были огни, шум, толпы людей. Он с трудом поднялся на ноги в своём родимом мире – лучшем из миров, с позволения сказать. Встать ему помогли две девушки.

– Вот, Эдна, та самая расцветка, о которой я тебе говорила, – сказала одна из них. – Зелёная. Правда, миленькая?

– Где я? – спросил Сэм. – Что здесь происходит?

– Бросьте, кого вы хотите одурачить? Да ещё в этом костюме!

– Он, наверно, из павильона консервированного горошка, – сказала Эдна. – Такой павильон в виде средневекового замка, помнишь?

– Послушайте, никого я не хочу одурачить. Наверно, когда я упал, у меня отшибло память. Где я, и что тут такое? Похоже на «Олимпию» [6] .