Чтение онлайн

– Теперь, когда вы указали на это, я понимаю, что это действительно странно.

– А что вы можете сказать касательно самого преступления? – спросил Дэйн. – Вы видите в нем что-либо необычное?

– Не думаю, – отозвался Торнтон. – Банда вломилась на склад и пыталась увезти партию груза. Когда они были застигнуты сторожем и полицейским, то действовали, как я полагаю, импульсивно. – Он задумался на несколько секунд. – Ведь и раньше на складах происходили кражи.

– Конечно. Но в данном случае грабителям отлично были известны все процедуры вывоза груза со склада. Они были чрезвычайно хорошо подготовлены и имели в запасе массу времени. Но, несмотря на то что в их распоряжении был огромный грузовик, они не забрали ничего, кроме груза А-42. Проверяя список грузов, хранящихся на складе, я обнаружил несколько партий более ценного и более ходового товара, чем сельскохозяйственное оборудование.

– Об этом я тоже не думал, – сказал Торнтон. – Возможно, они не знали об этих товарах.

– На многих контейнерах было обозначено их содержимое. На виду стоял контейнер с пишущими машинками – куда более ходовой товар, чем сельскохозяйственные машины, к тому же представляющий куда большую ценность на единицу веса. Еще более ценный и куда более транспортабельный груз – большая партия деталей для транзисторных приемников. Я еще заметил алмазные сверла. Но, по словам Холлиса, налетчики интересовались только этой единственной партией машин, которые практически невозможно продать.

– Ладно, – согласился Торнтон, – признаю, что нечто весьма странное в этом есть. Но если в грузе А-42 было не сельскохозяйственное оборудование, то что в нем было?

– Оружие и боеприпасы! – воскликнула Эстелла. – И вам это хорошо известно!

– Это невозможно, – возразил Торнтон. – Это попросту нелепо. Эти машины предназначались компании «Делакур», совершенно законному покупателю. Закуплено оно было у компании «Бойс Дармин», эта фирма существует уже почти сто лет. Оборудование было прислано с их бирмингамской фабрики в опломбированных контейнерах. В Майами его доставило обычное бюро грузоперевозок. А после этого…

– Думаю, нам известны все стадии закупки и продажи товаров, – прервал его Дэйн. – Тем не менее в этих ящиках находилось оружие, точно так же, как в двух предыдущих партиях, поставленных вами компании «Делакур».

– Нет, минутку…

– Мы проследили путь контрабандного оружия из Соединенных Штатов, – сказал Дэйн. – Нет никаких сомнений и есть веские доказательства того, что «Майами-Юг Экспорт» замешана в эту торговлю, вне зависимости от того, известно это ее администрации или нет.

У Торнтона возникло ощущение, что он внезапно оказался в чьем-то нелепом сновидении. Лицо Дэйна было совершенно невозмутимым. Он походил на человека, изучающего под микроскопом образцы клеточных культур. Быть может, это окажутся безвредные микроорганизмы, а быть может, чумные бациллы.

Торнтон наконец произнес:

– Даже если допустить, что все сказанное вами правда, это еще не означает, что «Майами-Экспорт» как-то замешана в преступлении. Мы не открываем опломбированные контейнеры. Мы полагаем, что получаем именно то, что было заказано.

– Это не очень-то правдоподобно.

– Но тем не менее это правда. И кроме того, если вы знали, что мы торгуем оружием, почему же вы не вмешались?

– Таможенное бюро планировало захватить этот груз при погрузке на корабль. Они медлили в надежде найти тех, кто возглавляет это дело. Должно быть, кто-то проболтался. Груз похитили для того, чтобы не дать таможне США наложить на него арест.

– Понятно.

– Очень важно, чтобы этот груз не достиг места своего назначения, – вмешалась Эстелла.

– Конечно, я понимаю это, – согласился Торнтон. – Но не можете ли вы объяснить, на каком основании вы учиняете мне перекрестный допрос?

Дэйн и Эстелла обменялись взглядами. Дэйн сказал:

– Я не хочу выдвигать фальшивые обвинения. Но некоторые вещи, касающиеся вас, мистер Торнтон, трудно объяснить. Если даже не принимать во внимание последнюю запись в вашем досье, которая при пристальном изучении кажется весьма подозрительной, остается еще тот факт, что после вашего появления в Майами события значительно ускорились.

Теперь Торнтону казалось, что из путаного сновидения он попал в кошмар.

– А что не так с последней записью? О чем, черт побери, вы говорите?

– Вы не можете, по крайней мере, оставить этот тон оскорбленной невинности? – спросила Эстелла.

– Вы либо истеричка, либо вообще сошли с ума, мисс Варгас.

– Я? А почему индонезийские власти арестовали вас в 1958 году за провоз оружия для мятежников Суматры?

– Все иностранцы, находившиеся в тот момент на Суматре, были арестованы, – парировал Торнтон. – Помимо контрабанды оружия, мне еще предъявили обвинения в том, что я коммунист, фашист, революционер и голландский террорист. Разве в досье не сказано, что я был полностью оправдан?

– По требованию Госдепартамента, – заметил Дэйн.

– Разве там не указано, что все обвинения были сняты? Что мне по-прежнему разрешен въезд в Индонезию?

– Совершенно верно, – отозвался Дэйн. – Сам по себе этот инцидент не представляет интереса. Но невезение сопутствовало вам – припомните вашу работу на корпорацию «Эдгар Джонсон». Двое служащих «Джонсона» до сих пор находятся в тюрьме за нелегальный ввоз оружия в северную Бирму.

Торнтон почувствовал, что краснеет. Он предпочел бы забыть свое короткое и несчастливое сотрудничество с «Эдгар Джонсон».

– Я ничего не знал об их нелегальной деятельности. Я занимался торговлей в рамках закона. Следствие установило, что многие работники фирмы не имели понятия о том, что происходит.

– Это тоже правда. Против вас не было прямых улик, и вас даже не вызывали в суд по этому делу. Но очевидно, что несчастья преследуют вас, мистер Торнтон. Вы постоянно оказываетесь там, где осуществляется контрабанда оружия.

– То же самое можно сказать про любого торгового агента на Ближнем Востоке, – возразил Торнтон. – Или в Африке и Южной Америке, если уж на то пошло. Все знают, что контрабандная деятельность процветает. Но не все замешаны в ней.