Чтение онлайн

— А предварительный результат? — осторожно спросила я.

— Очень сильно обгорели, конечности отвалились во время транспортировки, но на одной щиколотке Джорджа Чу сохранились несколько витков моноволоконной лески. Вот вам, друзья мои, и железное доказательство, что жертвы были связаны.

— Клэр, ты просто ас.

— Еще я собрала достаточно крови для токсикологического анализа…

— Ты долго будешь тянуть с сенсацией?

— Вспомни свои слова — я живу, чтобы тебя огорчать! Рассказываю как умею, — засмеялась Клэр, дружески стиснув мне плечо. Она вынула листок из коричневого конверта, положила на стол рядом с собачьей трахеей и повела пальцем по колонке данных. — Высокое содержание алкоголя в крови у обоих. Либо много выпили, либо приняли внутрь высокооктановое вещество.

— Как Сэнди Мичем?

— Практически да.

Я открыла латинскую фразу у себя в блокноте. «Sobria inebrietas» — «Опьянение без вина». Выбрав в сотовом телефон Чака Ханни, я нажала вызов. Если я права, это объясняет, почему он не почувствовал запаха горючих жидкостей ни на одном из пожарищ.

— Чак, это Линдси. Скажи, все эти возгорания можно было устроить с помощью спиртного?

Солнце село. Кто-то из ночной смены включил беспощадно-яркий верхний свет. А мы с Ричем по-прежнему блуждали в потемках. Неизвестный, но очень довольный собой убийца сейчас ужинал, поднимая тост за свой успех, или планировал новый поджог, а мы не знали, кто он и где нанесет следующий удар.

Чи и Макнейл повторно опрашивали друзей и соседей Малоунов и Мичемов, а мы с Конклином сидели в отделении, вместе просматривая материалы дел об убийствах. Мы перечитали отчет Клэр, с лупой рассмотрели фотографии зевак на всех пожарах, ознакомились с заключением по сравнительному почерковедческому анализу латинизмов в книгах из сгоревших домов. Эксперт писал: «Трудно сказать со стопроцентной точностью, потому что надписи сделаны печатными буквами, но весьма вероятно, что все представленные образцы написаны одной рукой».

Мы перечитали собственные отчеты о визуальных осмотрах мест преступлений в попытке выжать из них хоть пару озарений, перекидываясь короткими фразами, вербальной стенографией, как говорят между собой напарники. Но иногда между нашими столами вольтовой дугой возникала иная связь, о которой я запрещала Ричу говорить.

Я встала, прошла в туалет и умылась. Взяв два кофе — себе и Конклину, черный, без сахара, — я вернулась за стол.

— Ну, что у нас есть в итоге?

Вокруг кипела работа ночной смены — хождения, разговоры. Рич принялся загибать пальцы, перечисляя, что удалось установить:

— Всем погибшим от сорока до пятидесяти, все семьи зажиточные. Двери всех сгоревших домов оказывались незапертыми, сигнализация — отключенной. Никаких следов применения огнестрельного оружия. Во всех семьях есть взрослый ребенок, учащийся колледжа. Все жертвы подверглись ограблению, причем убийца забирал только драгоценности и наличные.

— Еще у нас есть предположения, — подхватила я. — Убийца достаточно умен, чтобы внушить доверие, расположить к себе разговором и попасть в дом. Возможно, убийц двое: один связывает жертв, второй держит их под прицелом.

Рич кивнул:

— Он или они связывают людей леской, потому что она быстро сгорает, и используют горючую жидкость, которую невозможно выявить. Чистая работа. Умные, улик не оставляют. Но Молли Чу, по-моему, стала для них неожиданностью. Впервые в доме оказался еще кто-то, кроме супругов. Я думаю, Молли уже потеряла сознание, надышавшись дымом, когда «ангел» вынес ее из огня. Прямо герой, как считаешь?

— Должно быть, убийца думал, что девочка его не видит, поэтому решился вынести ее из дома. Да, милый, я тоже считаю, что он не хотел смерти ребенка.

Рич поднял глаза и широко улыбнулся.

— То есть это, я не хотела… Блин.

— Да ладно, милая. Подумаешь, оговорочка по Фрейду. — Он улыбнулся еще шире.

— Заткнись! — Я бросила скрепку ему в лоб.

Он перехватил ее на лету и продолжил:

— Итак, предположим, что Молли видела одного из убийц, и поверим, что по возрасту он студент. У Малоунов, Мичемов, супругов Чу, тех двоих из Пало-Альто, Джаблонски, дети учатся в университетах, правда, в разных.

— Но когда в дверь звонит молодой человек презентабельной внешности, родители его ровесника могут ему и открыть. Рич, мне кажется, в этом весь фокус. Я в школе водила домой табуны народу, моя мать и половину не знала. Представь, что на крыльце стоят два парня и заявляют, что учатся вместе с твоим ребенком?

— И сделать это несложно. Местные газеты постоянно публикуют заметки: дочь или сын таких-то, учащиеся там-то, получили ту или иную награду.

Рич побарабанил пальцами по столу. Я уперлась подбородком в ладонь. Вместо того чтобы пролить на дело свет, мы столкнулись с огромным кругом потенциальных подозреваемых: все молодые калифорнийцы до двадцати пяти лет, знакомые с латынью в рамках школьного курса — и замешанные в ограблениях, пытках, поджогах и убийствах.

Я подумала о кусочках головоломки. Провидение на стороне убийц, деньги — корень всякого зла. Сначала книга «451° по Фаренгейту», теперь документальный роман о высокопоставленном специалисте по расследованию поджогов, который сам же их устраивал. Когда Джона Орра поймали, он сказал: «Я был глупцом и сделал то, что делают глупцы».

Эти убийцы не повторяют ошибок Орра.

Они вступили на преступный путь, чтобы показать, какие они умные. Неужели спасение Молли Чу — их просчет?

У Рича зазвонил сотовый. Он отвернулся на кресле к стене и заговорил, понизив голос:

— Мы работаем над этим, Келли. Вот прямо сейчас и работаем. Это пока все, что мы можем. Обещаю, как только что-нибудь выясним, я тебе позвоню. Я тебя не подведу.

В магазине всего натурального и органического в шести кварталах от своего дома Юки выбирала продукты с расчетом на быструю поджарку на ужин, когда ей показалось, что в проходе мелькнула знакомая фигура. Но сколько Юки ни вглядывалась, человек больше не показывался. Галлюцинация, не иначе, подумала она. Померещилось от усталости. Бросив кочан брокколи в тележку, она двинулась в мясной отдел.

Выбирая тигровые креветки в вакуумной упаковке, Юки снова почувствовала присутствие Джейсона Твилли.

Она подняла глаза.

Твилли, в темно-синем полосатом костюме и розовой рубашке, насмешливо глядя на нее, стоял возле замороженных индеек, выращенных на выгуле. Он пошевелил пальцами, но к Юки не подошел, хотя и не отвернулся. При нем не было ни тележки, ни корзины.

Негодяй пришел не за покупками.

Он выслеживал ее.

Ярость придала Юки сил, и она выбрала единственно возможный способ действия. Отпихнув тележку в сторону, она решительно пошла к Твилли, остановившись в нескольких футах от его прочных английских туфель.