Чтение онлайн

Конклин посмотрел, как она наматывает локон на палец, и улыбнулся:

— Ты приглашаешь меня на чашечку кофе?

Мы с Маккорклом просматривали старые дела об убийствах, попутно уминая остывшую еду из китайского ресторана.

Маккоркл открыл папку с надписью «ПАНГОРН».

— Эйприл Пангорн была красивой молодой вдовой двадцати восьми лет, к тому же очень богатой. Согласно записям инспектора Спаркса, у нее имелось много близких друзей обоих полов.

— Здесь написано: мисс Пангорн была найдена мертвой в своей кровати, без каких-либо следов насильственной смерти, — сказала я. — Прямо как супруги Бэйли и Сара Нидльман.

— Ты права, поэтому данный случай не считали убийством, пока не нашли тело Фрэнка Годфри.

Маккоркл обглодал холодное свиное ребрышко и выкинул его в корзину для бумаг, пока я открывала папку Годфри и пролистывала ее, следуя рассказу Святого Иуды.

— Годфри, Фрэнк. Белый мужчина сорока пяти лет, профессиональный участник коммерческих состязаний, владелец недвижимости в городе Роли, штат Северная Каролина. Раньше там был консервативный частный клуб: стены, обитые красным бархатом, специальные коробки с сигарами в баре, столы для игры в карты в дальних комнатах, но сейчас он закрыт. Фрэнки не скучал в своих шикарных апартаментах на верхних этажах небоскреба. Вел очень активную жизнь. Любил женщин — их у него было множество — и любил тратить деньги. Взгляни сюда, Линдси. Вот фото с места преступления.

Жертва лежала лицом вниз на полу спальни. Казалось, будто он попытался забраться в ванну, видневшуюся на краю фотографии.

— В отделе по расследованию убийств заподозрили насильственную смерть, — сказал Маккоркл. — Но медэксперты не нашли причин смерти. Аутопсия и токсикология — результат отрицательный, мистика — положительный. Следующая жертва. Патрик Кеннеди был банкиром, — продолжил Маккоркл и, наклонившись над столом, достал третью папку. — Он оказался геем; этот скрываемый факт выплыл после его смерти, поскольку перетряхнули всех и вся. В течение двух месяцев при подозрительных обстоятельствах умерло трое очень богатых людей. В Южном подразделении пребывали в отчаянии. Лейтенант Лихи, сменивший инспектора Спаркса, почти целый месяц опрашивал всех геев Сан-Франциско.

Маккоркл рассмеялся.

— Половина из них «знала» Патти. Извини, но только представь это. А потом, месяцем позже, умер Кристофер Росс.

— И что случилось с ним? — спросила я. Разломав печенье с предсказанием, я прочла написанное на скрученном листочке бумаги: — «Добрый друг даст тебе ответ».

И слегка ущипнула его за руку.

— Продолжай, дружище. Как полицейские выяснили о змеях? Рассказывай уже, Джуд!

Маккоркл опять рассмеялся.

— Боксер, я говорю так быстро, как только могу.

— Говори еще быстрее.

Я в шутку ударила кулаком по делу Годфри. В действительности меня начал охватывать страх. Четыре человека из высшего света умерли мистическим образом в 1982-м. У нас имеются три похожих, если не идентичных смерти, произошедших за неделю.

Прежде я не могла до конца поверить, что наши непонятные смерти — это убийство, но теперь поверила. И еще я понимала: если мы ищем одного и того же убийцу, то он умен, изворотлив и хладнокровен.

— Кристофер Росс, — напомнила я. — Последняя жертва.

— Кристофер Росс, — повторил Маккоркл, открывая четвертую папку на фотографии, сделанной в морге. — Белый мужчина сорока двух лет. Богат, как Крез. Богатство унаследовал. Семейный человек, погулявший на стороне. Говорили, у него была вторая семья прямо здесь, в городе.

Посмотри на его лицо, Боксер. Даже мертвым Крис Росс выглядел великолепно. Говорили, для жены он был любовью всей ее жизни. И вдруг его находят мертвым в собственной кровати, и вот почему.

Маккоркл открыл папку Росса на последней странице.

— Вот твое орудие убийства, — сказал он.

Именно этого я ждала — и никак не ожидала увидеть. Змея на фотографии была пришпилена к доске, а рядом лежал сантиметр, показывающий, что длина рептилии равнялась пятидесяти двум сантиметрам.

Я просто глаз не могла отвести от змеи. Изящная, с белыми и голубовато-серыми полосками, она больше походила на украшение, чем на убийцу.

— Это крайт, — пояснил Маккоркл. — Ее укус смертелен. Водится в Индии, а значит, кто-то ее сюда доставил. Незаконно. В домах жертв не было никаких следов взлома.

— Тогда как змея туда попадала?

Маккоркл пожал плечами.

— И именно эта змея убила всех жертв? — спросила я.

— Возможно, не эта, Линдси, но подобная ей. Три предыдущих тела эксгумировали и внимательно изучили. Мед эксперты и доктор Уитмор нашли одинаковые следы укуса на всех четверых. По словам доктора Уитмора, эти следы чрезвычайно трудно разглядеть невооруженным глазом. Они похожи на булавочный укол, их легко пропустить, если не ищешь целенаправленно. И согласно его отчету, вокруг укусов не наблюдалось ни припухлости, ни покраснений или другого изменения в цвете.

— Как обстояли дела с подозреваемыми? — спросила я.

— Миссис Росс унаследовала пятьдесят миллионов долларов. Ее допрашивали несколько раз, вели за ней постоянное наблюдение. Ее телефон прослушивался, но никто не верил в ее виновность. У нее и так было собственное состояние. У нее было все.

— Она еще жива?

— Погибла в аварии через два или три года после смерти мужа. А других подозреваемых и не было.

— Саймон, жертвы друг друга знали?

— Некоторые знали, некоторые — нет, но все они имели одну общую черту: были очень богаты. И кое-что еще, возможно, это тебе поможет. Главный следователь по этому делу, лейтенант Лихи, во время пресс-конференции сказал своему помощнику одну сакраментальную фразу, а репортеры услышали. Его слова попали в печать.

— Не томи, Маккоркл.

— Цитирую: «Все жертвы были ущербны — развратны, как в сексуальном, так и в моральном плане».

Маккоркл рассказал мне, что стоило словам лейтенанта попасть на страницы «Кроникл», и на Лихи ополчились все. Вскоре его перевели в Омаху. Но мне уже было не до Омахи. Я думала об изящной индийской змее, укус которой практически не оставляет следов.