Шрифт:
Макеев В.Ф.
А раньше - целая жизнь...
Аннотация издательства: Биографическая повесть о боевых делах летчика морской авиации Героя Советского Союза В.Н.Каштанкина на Балтике в 1941-1943 годах и очерках о моряках,геройски сражавшихся с фашисткими захватчиками.
От автора
Москва засыпала. Гасли окна в домах. Все меньше становилось на улицах машин. Спешили домой запоздалые прохожие. Не замедлив хода у давно опустевшей остановки, с шумом пронесся полутемный трамвай. Я стоял у окна и смотрел на мерцающие огни ночного города, в отдалении рубиновыми поясками обозначилась стрела Останкинской телебашни.
Резкий в полуночной тишине продолжительный телефонный звонок заставил оторваться от окна. Говорил мой старый товарищ, который только что вернулся из Прибалтики.
– Извини за поздний звонок! Помню твой газетный очерк о летчике Каштанкине. Вот спешу сообщить тебе новость, узнал во время командировки. Может быть, это имеет отношение к Виктору Николаевичу?
Это было настолько неожиданно, что я сразу не ответил, а мой товарищ тоже помалкивал, видимо, собираясь с мыслями.
– Начну сразу с фактов, - сказал он. - В Нарвском заливе нашли немецкий тральщик и подняли его со дна вместе с врезавшимся в палубу самолетом Ил-2. Возможно, это самолет Каштанкина. Но пока имя летчика не установлено. Машина обследуется.
– Но Виктор Николаевич таранил сторожевой корабль, а не тральщик, ответил я. - Это в свое время очевидцы засвидетельствовали.
– Не исключено, что при плохой видимости участники боя ошиблись и приняли большой тральщик за сторожевик!
– Вряд ли такое могло случиться. Я видел ряд материалов в архиве, беседовал с сослуживцами майора Каштанкина. Факт, многими подтвержденный. Именно в этом районе совершен подвиг - вот это точно.
– Тогда надо ждать, что покажет дальнейшее обследование самолета. Вот и вся моя информация...
Снова я подошел к окну. И мне вспомнились полевой аэродром, авиамеханик по вооружению нашей эскадрильи сержант Тронин, который, поднявшись по стремянке к кабине самолета Ил-2, где я сидел, сказал тогда: "Прочитайте, что о моем командире пишут". В газете было опубликовано сообщение Советского информбюро о подвиге майора Каштанкина. "Советский патриот направил свой самолет на судно и врезался в него. Произошел сильный взрыв. Корабль немедленно пошел ко дну..."
В тот день отважный летчик совершил свой последний боевой вылет, а до него была целая жизнь.
Работа в архиве, беседы с бывшими сослуживцами В. Н. Каштанкина, знакомство с перепиской героя помогли автору полнее представить эту яркую жизнь. Виктор Николаевич Каштанкин был действительно самобытной личностью, верным сыном своей Родины.
От автора
Москва засыпала. Гасли окна в домах. Все меньше становилось на улицах машин. Спешили домой запоздалые прохожие. Не замедлив хода у давно опустевшей остановки, с шумом пронесся полутемный трамвай. Я стоял у окна и смотрел на мерцающие огни ночного города, в отдалении рубиновыми поясками обозначилась стрела Останкинской телебашни.
Резкий в полуночной тишине продолжительный телефонный звонок заставил оторваться от окна. Говорил мой старый товарищ, который только что вернулся из Прибалтики.
– Извини за поздний звонок! Помню твой газетный очерк о летчике Каштанкине. Вот спешу сообщить тебе новость, узнал во время командировки. Может быть, это имеет отношение к Виктору Николаевичу?
Это было настолько неожиданно, что я сразу не ответил, а мой товарищ тоже помалкивал, видимо, собираясь с мыслями.
– Начну сразу с фактов, - сказал он. - В Нарвском заливе нашли немецкий тральщик и подняли его со дна вместе с врезавшимся в палубу самолетом Ил-2. Возможно, это самолет Каштанкина. Но пока имя летчика не установлено. Машина обследуется.
– Но Виктор Николаевич таранил сторожевой корабль, а не тральщик, ответил я. - Это в свое время очевидцы засвидетельствовали.
– Не исключено, что при плохой видимости участники боя ошиблись и приняли большой тральщик за сторожевик!
– Вряд ли такое могло случиться. Я видел ряд материалов в архиве, беседовал с сослуживцами майора Каштанкина. Факт, многими подтвержденный. Именно в этом районе совершен подвиг - вот это точно.
– Тогда надо ждать, что покажет дальнейшее обследование самолета. Вот и вся моя информация...
Снова я подошел к окну. И мне вспомнились полевой аэродром, авиамеханик по вооружению нашей эскадрильи сержант Тронин, который, поднявшись по стремянке к кабине самолета Ил-2, где я сидел, сказал тогда: "Прочитайте, что о моем командире пишут". В газете было опубликовано сообщение Советского информбюро о подвиге майора Каштанкина. "Советский патриот направил свой самолет на судно и врезался в него. Произошел сильный взрыв. Корабль немедленно пошел ко дну..."
В тот день отважный летчик совершил свой последний боевой вылет, а до него была целая жизнь.
Работа в архиве, беседы с бывшими сослуживцами В. Н. Каштанкина, знакомство с перепиской героя помогли автору полнее представить эту яркую жизнь. Виктор Николаевич Каштанкин был действительно самобытной личностью, верным сыном своей Родины.
1
Дождь кончился, и небо посветлело. Разрядилась туманная пелена. Рождался будто другой день, светлый и радостный. В одной половине неба еще плыли сизые лебеди - облака, в другой уже заулыбалось солнце, и выгнулась радуга, соединив своими концами далекий лес и луг за деревней.
Мальчик лет двенадцати, светловолосый, с округлым румяным лицом и выразительными серыми глазами, стоял у мокрого плетня и глядел на небо. А когда жаркое солнце растопило радугу, он забежал в приземистый одноэтажный домик и через минуту-две вернулся с альбомом и коробкой цветных карандашей в руках. Примостившись на дровах, он уткнулся в альбом, и по белой, гладкой бумаге побежали изогнутые цветные линии.
Из-за спины мальчугана, мешая ему рисовать, стали выглядывать двое ребят, таких же вихрастых, круглолицых. Возгласы их свидетельствовали о том, что рисунок брата - раскинувшееся на вольных приволжских просторах родное село Большие Ключищи и радуга над ним - пришелся ребятишкам по душе.