Чтение онлайн

Внутри оптовка выглядела так же непрезентабельно, как снаружи. За стареньким компьютером сидела какая-то девушка, которая удивленно-вопросительно на меня посмотрела, наверное, покупатели бывают у них нечасто.

— Вам чего? — наконец поинтересовалась она.

— Кольцова.

Девушка удивилась еще больше:

— Геннадия Владимировича? — А что, у них тут Кольцовы табунами ходят? Девушка немного подумала и сказала: — Он там сидит.

Она махнула рукой куда-то в глубь помещения, я кивнула, вышла в обшарпанный коридор и увидела перед собой единственную дверь. Здраво рассудив, что Кольцов может быть только там, я толкнула дверь и очутилась в том, что, наверное, являлось «кабинетом главы фирмы». Налоговую инспекцию бы сюда! Они бы сразу расплакались и отказались брать с Кольцова хоть какие-нибудь налоги. А может, еще и доплачивали бы.

Сидящий за столом Кольцов поднял голову и прервал мои горестные мысли изумленным возгласом:

— Ты?

— Обрадовался? Не ожидал, наверное? А я решила сделать тебе приятное, явилась без звонка. Не прогонишь?

В это время за моей спиной послышался какой-то топот, я мгновенно заскочила в кабинет Кольцова, захлопнула дверь и затем быстро ее открыла. На все ушли считанные доли секунды, но результат был вполне достигнут: Серый и Витька на ногах устояли, но из реальной жизни явно на некоторое время выключились. Тесное общение с дверью явно не пошло на пользу их умственным способностям — они сейчас представляли собой яркую иллюстрацию поговорки о баранах и новых воротах. Кольцов посмотрел на них раздраженно и рявкнул:

— Пошли вон, идиоты! Вам бы с вашей реакцией черепах пасти. Да и то, наверно, разбегутся.

Ребята синхронно кивнули, явно плохо соображая, но то, что им следует удалиться, поняли и выполнили.

Геннадий Владимирович очень неласково на меня посмотрел и спросил:

— Метлу свою за дверью, что ли, оставила? Как ты, зараза, из того дома выскользнула?

— Элементарно. Просто твои ребята заснули. Причем еще вчера. Я уже успела кучу дел переделать, пока они там загорают.

— Понятно, — Кольцов потемнел лицом, но потом внезапно рассмеялся: — Ну и ушлая ты баба. Да, видно недаром тебе такие деньги платят. На кого сейчас работаешь?

— Детектив, как врач, он обязан сохранять тайну клиента.

— Это верно, — согласился Кольцов и заинтересованно посмотрел на меня: — А сейчас чего пришла? Девчонку ты отдавать, судя по всему, не намерена.

— Угадал.

— Так что тебе надо?

— Да вот, хочу по дружбе посоветовать тебе выбираться из этого дела. Горит оно. Мельникова я твоего вычислила, данные о нем куда надо отдала, так что, даже если вы и выполните его заказ, никаких денег он не получит. А получит по башке, и крепко. Если ты сейчас от него не отколешься, может попасть и тебе. Тебе это нужно?

— И кому же ты сообщила, милиции? — насмешливо спросил Кольцов, но в глазах у него появилась тревога, и даже, кажется, испуг. Мужик он неглупый и, видимо, понял, что в самом деле начинает попахивать жареным.

— Ну, зачем же беспокоить милицию? Кому надо, тому и сообщила. Да ты не беспокойся, там люди серьезные. Пообщаешься — мало не покажется. Кстати, а деньги Мельников тебе все выплатил, как обещал? — Кольцов смотрел совсем уж расстроенно, мне его даже стало жалко. — Ага, значит, не все. Ну, уже и не выплатит. Откуда у него, правда? Кафе-то прогорает. Ты смотри, как бы он совсем не смылся.

Видимо, эта мысль мелькнула и у Кольцова, потому что он вскочил, схватил меня за плечи и буквально вытолкнул из своего кабинета, вполне, правда, дружелюбно сказав:

— Все, спасибо тебе за информацию. Здорово работаешь. А сейчас давай отсюда, мне некогда. Из этого дела я выхожу, можешь быть спокойна. Ну гад, ну он у меня получит! Давай, и чтоб нам больше никогда не встретиться!

С этими словами, под которыми я готова была подписаться, я вылетела на улицу и, глубоко удовлетворенная, пошла к машине. Ну теперь я уверена, что Кольцов достаточно зол на Мельникова и не только не будет больше на него работать, но и, наоборот, попытается ему сейчас помешать спокойно жить.

Я села в машину и скомандовала терпеливому мужику ехать к моей стоянке. Пора бы пересесть на свою любимую бежевую «девяточку», а то она, наверное, по мне уже соскучилась.

Только мы неторопливо вырулили из переулка, где находился «Караван», как нас обогнало знакомое зеленое средство передвижения, битком набитое народом во главе с Геннадием Владимировичем.

«К Мельникову поехали», — с удовлетворением подумала я. Может, даже морду набьют. Да такого и убить не жалко. Вот тут и пожалеешь, что ты всего лишь частный детектив — наказать этого ублюдка я не могу. Да и кто может? За что? Он ничего не сделал. Тут, конечно, надо похлопать лучшему частному детективу славного города Тарасова Татьяне Ивановой — она сумела не расследовать постфактум, а предотвратить преступление. Высший пилотаж! Татьяна Иванова скромно кланяется и благосклонно принимает охапку роз…

Ладно, а если без шуток? Если бы у него, не дай бог, все получилось? Где доказательства? Все было бы сделано чужими руками — сначала того же частного детектива Татьяны Ивановой, а потом — молодчиков Кольцова. И Мельников спокойно получает громадные деньги, платит положенный налог с наследства и посылает цветочки на могилку любимой племяннице. Кошмар какой-то!

Одна надежда, что Кольцов сейчас все-таки набьет ему морду. И поставит на счетчик. Кстати, о счетчике — мы уже приехали. Вот и моя стоянка, вот и моя машинка виднеется. Стоит, поводит ушами от нетерпения.

Я сунула мужику еще пару долларов — на чай. Мужик грустно поблагодарил и убрался восвояси. А я пошла к стоянке.

А вот и мои знакомые — вот этому я по уху съездила, а этому — ребром ладони по шее. Стоят бедные, маются, меня караулят. Мне их стало жалко:

— Ребята, доброе утро. Все, можете больше не караулить, спасибо. Позвоните шефу, скажите, что дело сделано. Он вас просто забыл снять с поста.

«Ребята» изумленно это выслушали, и один действительно понесся к телефону-автомату. Надоело им, наверное, здесь торчать.

А я вырулила со стоянки и задумалась — куда же мне ехать? Можно сейчас подъехать к кафе Мельникова, полюбоваться, как ему бьют морду, а можно… Ага, проснулся мой сотовый. Кому это я, интересно, нужна? В трубке послышался Лешкин голос:

— Нет, Татьяна, я не понимаю, чем он тебе помешал. Или это традиция такая — только ты кем-то заинтересуешься, как он коньки откидывает?

— Подожди, ничего не поняла. Кто коньки откинул?

— Да этот твой, ударник принудительного коммунистического труда, Мельников.