Чтение онлайн

— Я согласен, а как? — загорелся идеей стать сильнее и был готов хоть сейчас приступить.

— Не сейчас. Сейчас у нас другие проблемы.

Семён кивнул в окошко, ведущее на покатую крышу сельского клуба. В этот момент на площади у клуба появились первые заражённые. Медленно бредущие зараженные не были агрессивными и не казались опасными, но их было много, и с каждой минутой становилось всё больше.

В толпе тех, кто когда-то был людьми угадывались силуэты мутантов. Тех, кто перешел на качественно новый уровень став ловчее, умнее и сильнее. Тех, кто приобрёл неприятные умения вроде той жабы плюющейся кислотой или слепой псины, которая с легкостью уворачивается от, казалось бы, верного удара.

Ещё похожие на людей, но уже гипертрофированные тела встречались в толпе. Кирилл увидел мой интерес к мутировавшим зараженным и решил подсказать.

— Вон тот, — он указал на толстяка с синюшно-черной кожей, блестящей, словно она была мокрой, — водяной. А этот, — его палец переместился вправо на силуэт сгорбленного зараженного с кожистым мешком на груди.

— Жаба, я встречал таких. Ты много знаешь о мутантах? — заинтересовался Сектор.

— Ну, проходили на занятиях. — неопределенно покачал головой Кирилл.

— Расскажи.

— Водяной огня не боится. Он утопленник или пролежавший в воде долго. Его только с огнестрельного оружия можно убить. Ножом нельзя, у него вода ядовитая в теле. — очевидно парню было лестно осознавать то, что хоть в чём-то он подкован лучше Сектора и с радостью делился знаниями. — Есть еще: джампер, с ним все понятно, это прыгун; крикун — это обычный зараженный из детей, просто кричит, привлекая внимание; качок — здоровяк с волдырями на теле или без них, если волдыри засохнут, то зомбяра обрастает броней, и тогда его только из пулемета убьешь. Но самый опасный: сутенер, он как командир мысленно управляет другими. Иногда зомбяр десять может взять под контро…

Семён заткнул рот подростку вошедшему в кураж собственного рассказа. Через несколько мгновений раздался звук двигателя. Машина явно приближалась, теперь раздались и выстрелы, а через полминуты Сектор и Страйк сами увидели внедорожник.

Машина выскочила на центральную площадь села, едва не снеся гранитную стеллу памяти воинов и жертв Великой Отечественной Войны. Подскочив на бетонном основании, машину кинуло в сторону, но водитель удержал управление и развернул внедорожник в сторону самого большого здания: в сторону клуба, где засел Сектор с детьми.

Семён не стал долго думать и, вырвав из рук подростка АКМ, дал три коротких очереди в авто. Броневик был тоже тритоном. Не универсал как у Сектора, а пикап с железной клеткой в кузове, но агрессивные ломаные черты этого внедорожника легко узнавались.

Это авто серьезно доработали под реалии постапа. Кенгурятник, сваренный из труб, теперь ощетинился острыми пиками арматуры, наваренными на защиту. На всех стеклах имелись решетки, а лобовое украшала паутина трещин с явными попаданиями огнестрела.

Приняв три коротких очереди, водитель понял, откуда в него стреляют, и повел автомобиль в сторону, приняв на шипованный кенгурятник забор частного дома. Жиденькое ограждение сложилось без боя и водитель решил, что безопасней ехать по частным дворам сбивая косметические ограждения, нежели каждые несколько метров натыкаться на заражённого. Петляя дворами, машина скрылась из виду, но звук двигателя был слышен ещё долго.

Толпа зомби с разной скоростью двинулась в пролом за грузовиком, освобождая площадь. Идиоты, на что они надеялись? Затаиться? Сейчас их машина не хорошо укрепленный броневик, а колокольчик, призывающий всю нежить в округе на ужин. Стоит только увязнуть, остановиться или пробить колесо и всё, это габелла.

Как только все стихло, попросил Кирилла спуститься вниз и через окна проверить как обстоят дела с зараженными по периметру. Если можно беспрепятственно сесть в тритона, то лучше ехать отсюда по добру, по здорову. Заражённые могут осаждать поселок неделями, а вот у их команды, такого временного ресурса нет. Пищи, если растянуть, хватит ещё дня на полтора, но воды почти нет. Подросток помчался, прихватив с собой Вектор, Семён остался на крыше.

Какое-то время было спокойно, а потом Семен услышал звон стекла, автоматные очереди и крик Кирилла откуда-то снизу.

— СЕКТОР!!!! — Рвал глотку парень силясь перекричать раскаты автоматных очередей и визг Вектора с глушителем.

Сначала полуприседе по крыше, затем узкий квадратный люк вниз а дальше длинный коридор и лестница на первый этаж. Только это слишком долго. Драгоценные секунды сейчас сравнимы с годами, поэтому Семён не думая ни секунды сиганул в маленькое вентиляционное окошко крыши на покрытый толи мхом, толи грибком, шифер. Прыжок с высоты третьего этажа чувствителен, но далеко не так как в реале. Здесь его тело разок тряхнуло, но не более. Олимпийские чемпионы и космонавты даже близко не танцуют в рекордах, которые Семен сейчас может себе позволить.

Мягкое приземление на цветочную клумбу. Что росло на ней рассматривать времени нет, и тут же спринтерский рывок вперёд, отбрасывая из-под ботинок камни и землю вместе с дерном. Короткий забег к тому месту, где слышится стрельба и крик испуганного пацана.

Только сейчас Семён понял, что забыл на крыше самое главное — автомат так и остался стоять прислоненным к балке на крыше. В момент секундной слабости, когда в голове проскочила подлая мысль бросить детей и спасти собственную шкуру, раздался голос Кирилла. Он также звал, надеялся и ждал, что Сектор придёт, Сектор поможет.

Закладывая поворот Семён прижимался к земле, он миновал угол и увидел как некто облаченный в горку и шлем полностью закрывающий лицо, щедро стреляет через окно вглубь комнаты.

Он держал автомат на весу. Сначала показалось, что лишь напрасно тратит патроны и, не видя цели, расходует боезапас, но слишком уж навороченный шлем был у незваного гостя. Камера, установленная под стволом или в прицеле, проецировала изображение на дисплей в шлеме, позволяя стрелять из-за укрытия, догадался Сектор, уже сбивая стрелка.