Чтение онлайн

Это сегодня, при демократах, в кинотеатрах можно крутить все, что пожелаешь, вплоть до самой крутой «порнухи». А тогда, в те времена, каждый фильм, включая документальный, кроме центральной проходил еще и свою местную партийную цензуру. На местах каждый райком или горком решал конкретно — дорос ли культурный уровень населения района (города) до уровня понимания того или иного фильма или еще нет?

В Зеленодаре эта процедура проходила примерно так. Каждое утро заведующая отделом культуры горисполкома Козловская приносила Зинаиде Григорьевне список кинофильмов, подлежащих выпуску на экраны города на следующий день.

Естественно, времени на просмотр фильмов, тем более каждого, у крайне загруженной работой с идеологически запущенным населением Зеленодара секретаря горкома быть просто не могло, посему инквизицию кинопродукции Зинаида Григорьевна проводила, полагаясь только на собственную интуицию, уровень своей киноэрудиции, а также ориентируясь на название и происхождение фильма:

— «Ночной поцелуй» чей фильм?

— Франко–израильский, Зинаида Григорьевна.

— Вычеркивайте, не пойдет!

— Почему, Зинаида Григорьевна? — пытается защитить фильм и доходы городского бюджета Козловская. — Картина. имеет три «Оскара», вошла в классику мирового кино, с успехом идет на экранах Москвы, Ленинграда!

— Много рассуждаете, товарищ Козловская! Во–первых, фильм не наш, во-вторых, французы еще не выпустили ни одного абсолютно нравственного фильма! В–третьих — вы что не знаете, какие у нас отношения с Израилем? Кроме того, что за название «Ночной поцелуй»? Наши зеленодарцы не поймут, москвичи и ленинградцы может поймут, а наши нет! И вообще, вы что в самом деле не понимаете остроты вопроса? Как вас могли назначить зав. отделом культуры? Ночью советский человек должен спать! Что у нас будет, если все зеленодарцы всю ночь будут целоваться? С какими силами они выйдут утром на трудовую вахту или учебу? Какая у них будет отдача для нашей Родины? И потом, «Ночной поцелуй». Советский человек должен целоваться только днем, в перерывах между работой и отдыхом, и честно, открыто, у всех на глазах, как это делают наш Генеральный Секретарь и Члены Политбюро! Вычеркивайте фильм!

Примерно таким же образом Зинаида Григорьевна шерстила репертуар городских театров, программы городского радиовещания. Кроме прессы.

В Зеленодаре городской прессы, как и в большинстве других областных и краевых центров нашей страны, не полагалось. В сельских райцентрах полагалась, а в губернских нет. Очевидно, центральные партийные органы справедливо считали, что уровень грамотности и интеллекта у населения крупнейших городов значительно ниже, чем у жителей села, и что местная пресса им просто не нужна, на нее не может быть интеллектуального голода. Вот если город по числу жителей перешагивал миллионную отметку, тогда полагалась городская газета, но и то только «Вечерняя». Наверное, считалось, что, когда в городе за миллион жителей, их суммарный интеллект несколько повышался и слегка приближался к уровню умственного развития населения сельской местности.

Поэтому контролем краевой зеленодарской прессы занимался краевой секретарь, а Зинаида Григорьевна прессу не контролировала. Но это, так сказать, небольшое лирическое отступление. Вернемся к сути нашего рассказа.

Сегодня, при демократах, каждый театр имеет полную свободу выбора репертуара и гастролей. Правда, последняя свобода чисто теоретическая, так как из-за отсутствия средств при нашей рыночной экономике практически все театры гастроли не устраивают, а мирно сидят в родных пенатах.

Зато в застойные времена, хотя и скрученные по рукам и ногам проверенными и вычищенными партийными органами репертуарами, театры имели утвержденную Министерством культуры полную свободу гастролей по всей стране. И было принято, что если в город приезжал какой-нибудь театр, то перед первым спектаклем обязательно должен был выступить с приветственным словом кто-нибудь из городских властей в ранге, соответствующем рангу и известности приехавшего театра.

Тот злосчастный для нее день Зинаида Григорьевна начала с того, что вызвала начальника финансового отдела горисполкома Матовращука и приказала ему к 14.00 завтрашнего дня лично пошить чехол на подлежащий открытию в городе очередной монумент эпохи «развитого социализма» — «Бюст головы Карла Маркса», как она изволила выразиться.

После этого к ней зашла зав. отделом культуры и доложила, что в Зеленодар приехал на гастроли знаменитый театр имени Комиссаржевской и сегодня же вечером в 20.00 первый спектакль.

— Вы опять меня подводите, товарищ Козловская! Почему не доложили раньше? Мы так с вами не сработаемся! Немедленно, через час чтобы было готово мое приветственное выступление!

Ровно через час приветствие лежало на столе Зинаиды Григорьевны.

— Вы что это написали? Разве я могу с этим выступать?

— Но что не так, Зинаида Григорьевна?

— Все не так! Единственно так — «Дорогие товарищи!». Все остальное никуда не годится!

После четырех или пяти также забракованных вариантов выступления Козловская, отпаявшись, со страхом занесла первый вариант.

— Вот, совсем другое дело, можете же написать, когда захочете! Этот почти подойдет, я еще сама над ним поработаю!

Потрудившись лично над приветствием еще около часа и спохватившись, что время приближается к 20.00, Зинаида Григорьевна поехала в театр, не успев отдать перепечатать откорректированный ею окончательный вариант выступления.

В театре битком набитый зал. Аншлаг. В гостевой ложе вместе с главным режиссером театра, народным артистом СССР, сидит сам Первый секретарь крайкома товарищ Видунов. Открывается занавес. Ведущая объявляет:

— Приветственное слово предоставляется секретарю Зеленодарского горкома КПСС по идеологии Зинаиде Григорьевне Василенко.

После непродолжительных, обозначающих уважение к власти, аплодисментов Зинаида Григорьевна хорошо поставленным шагом подходит к микрофону и хорошо поставленным контральто начинает выступать:

— Дорогие товарищи! Сегодня в культурной жизни нашего города большое и замечательное событие! К нам приехал знаменитый театр имени комиссара Ржевского!

По залу прошел небольшой гул, кое–где смешки. В глазах главного режиссера недоумение, щеки у товарища Видунова слегка порозовели.

Но, приняв услышанное за оговорку, зал постепенно успокоился.

Однако Зинаида Григорьевна, чтобы ни у кого не оставалось никаких сомнений в названии театра, закончила свое выступление так:

~ Разрешите еще раз сердечно поприветствовать замечательный театр имени комиссара товарища Ржевского!