Чтение онлайн

— Что?

— Энергены — мельчайшие частицы во вселенной.

— То есть, ещё меньше, чем базоны?

— Скорее всего. У меня мало сведений о местной науке. Только общие понятия, которые дал мне Кейн. То есть, друг из иного измерения…

— Понятно. Так, значит у твоего отца формально получилось создать что-то из ничего?

— Именно. Но это был единичный случай. А, когда наступила эра Гиперсвета, отец практически мгновенно запретил использовать данную технологию. Поэтому, мы не знаем, возможен ли парадокс отмены.

— Как это?

— У людей это, как правило, называется парадокс мёртвого деда. То есть, ты отправляешься в прошлое и убиваешь своего дедушку. Как бы — отменяешь себя. Вопрос — что с тобой будет? Исчезнешь ли ты на уровне энергенов или же продолжишь существовать, подтверждая, что время не поддаётся привычной логике даже для вашей квантовой физики. Но сколько бы наши учёные не бились над этим вопросом — ответ до сих пор не получили. Судя по всем существующим расчётам, Гиперсвета просто не может существовать.

— Хм-м… Допустим я украду машину времени из музея, перемещусь на пятьдесят лет в прошлое и подарю машину времени этому самому музею, чтобы потом вновь украсть её. Что тогда? Откуда появилась машина времени? Из неоткуда? То есть… из истинной пустоты?

— Это немного другое. То, о чём ты говоришь — не что иное, как «временная петля». У вас это ещё называется «День сурка». Но это тоже своего рода — парадокс. Временные петли величиной в десятки миллиардов лет с момента рождения вселенной и до её коллапса… Это звучит странно.

— Но логично?

— Ты явно не учёный. — улыбнулась Лэм: — Но меня действительно очень долгое время волновал вопрос, касательно возможности формирования объектов и субъектов из настоящей пустоты. После того, как отец получил сообщение от Борея о том, что в прошлом на него готовится покушение — началась глобальная работа. Мы искренне верили в то, что если отца уничтожат в прошлом — то наш вид, никогда не появится. А значит и мы с Глэйтроном никогда не родимся. На себя мне, по большому счёту — плевать. Я своё уже отжила. Но за своего брата я буду бороться до последнего.

— А, как же отец? — удивилась Светлана.

— Мегард, если говорить откровенно — не самый лучший родитель. Он совершил множество ошибок и… Если бы я точно знала, что мы не исчезнем, то, наверное, дала бы покушению свершиться. Мой брат… Он — великий. На самом деле великий! У него есть уникальный дар созидателя. Только вот, отец сломал Глэйтрона. Превратил в монстра. Но я-то знаю, что Глэй — не потерян для нас. И впереди его ждёт огромное количество великих дел. Он принесёт пользу галактике! А начнёт с того, что попробует поговорить с молодым Мегардом.

— А твой отец… Он уже здесь?

— По идее — скоро должен объявиться. Но пока я, ничего не чувствую.

— Ого! Выходит, ты и брата можешь почувствовать?

— В теории. Надо только очень постараться. Если он в этом городе, то поиски займут неделю. Может — две.

— Слушай! А ты говорила, что связывалась с ним по теневому каналу? Видела его лицо?

— Нет. Это не видеосвязь через устройство.

— Эх… Если бы я только знала, как тебе помочь? — вздохнула юная воительница: — Может быть, дать объявление на радио? Мол, разыскивается младший брат богини?

— Он не поверит. Скорее всего, подумает, что Мегард нашёл его. Или, что ещё хуже — подослал убийц… Я должна сама встретить его. Должна сразу дать понять, что… он нужен мне. И нашему народу.

— Как долго ты будешь восстанавливать силы?

— Неизвестно. Но я хотела бы завтра выйти на улицу. Мне нужно понять, что происходит вокруг. И… может быть, на поверхности я почувствую его аромат?

— Давай выйдем сейчас! Лебедев разрешит. Я уверена!

— Нет. Я ещё не готова.

— Боишься?

— Богини не боятся. Они опасаются.

— Чего?

— Неизвестности. — Лэмия пощупала стену, а затем вновь легла на койку: — Почему ты так рьяно стремишься мне помочь?

— Потому что, такова суть людей.

— Нет. Остальные меня боятся. А ты… как будто, совсем другая. Почему?

— Наверное… — предположила Светлана: — Потому что, ко мне никто и никогда не подходил в тяжелые моменты. Я прекрасно понимаю, какого это — остаться один на один с неизвестностью в незнакомом месте. Наверное, я и блогером стала только потому, что у меня… очень мало друзей и близких.

— А что в этом плохого? Ты же не улетаешь в другие звёздные системы.

— Я улетаю в другие компании… А там бывает всякое. Люди не всегда принимают тебя таким, какой ты есть на самом деле. Поэтому, я хочу помочь тебе. Просто хочу и всё.

— Что ж, твой ответ меня более, чем устраивает. Но учти… в долгу я не останусь.

— А вот это совсем не обязательно.

— Почему?

— Бескорыстность — второе имя истинных девочек-волшебниц!

— Эм-м… Кого?

Уж не знаю, фишка это человеческого тела, или же моего уникального, как сказал Николай Артов — энергетического слепка, но стоило заметить потенциальную разборку с обнаглевшими аристократами, как я тут же забыл про усталость.

Мне искренне хотелось идти в бой! Причём, было не совсем понятно — кипела ли во мне злоба из-за творящейся несправедливости… Или же я просто хотел лишний раз почесать кулаки.

Но с этим разберёмся потом.

— Толстенная папка, скажу я тебе. — кот подтолкнул в мою сторону огромную кипу документов: — Тут даже с учётом родства с Пермским Губернским тянет на серьёзный срок. Император на такое точно глаза не закроет.