Абсолютный враг
Шрифт:
Все свершилось в считаные мгновения.
Казалось, что космос вспыхнул: миллиарды частиц кристаллического щита, защищавшего флот механоформ, сгорали в потоках излучения, управлявшие ими резервные модули превратились в бесформенные комья расплавившегося металла, истребители Роя, преследовавшие штурмовики третьей эскадрильи, сгорели, оказавшись в опасной близости от эпицентра термоядерного взрыва, соседние «диски» начали экстренную расстыковку, отстреливая сегменты и модули, возник хаос, в котором происходило немало столкновений, и в довершени апокалипсической картины разрушения вторая и четвертая эскадрильи «Стилетто» нанесли удар по силовым установкам, дрейфующим в космосе после расстыковки «Разрушителей», спровоцировав еще три не менее мощных термоядерных взрыва.
Третья эскадрилья, пройдя рискованный участок, совершила перестроение — звенья прикрытия вступили в схватку с истребителями Роя, в то время как машина галакткапитана Иноземцева в сопровождении ведомых «Стилетто» устремилась в атаку на вышедший из гиперсферы «авианосец» механоформ.
Внезапно в стороне от двух очагов схватки сканирующие комплексы кораблей эскадры зафиксировали возмущение метрики пространства, и тут же на частоте связи пришел доклад галакткапитана Лозового:
— Командиру эскадры, докладываю: разведывательная задача выполнена. Баз противника по курсу следования не обнаружено. Вступаю в бой.
— Галакткапитан Дуллиган — подтверждаю.
Первая и пятая эскадрильи «Стилетто», совершив боевой разворот, устремились в атаку на два авианесущих крейсера механоформ, которые, приняв на борт поврежденные истребители Роя, теперь пытались удалиться на безопасную дистанцию от переполненного энергиями пространства схватки [53] .
Адмирал Мищенко, проследив за стремительным развитием атаки так вовремя подоспевших эскадрилий, понял, что участь авианосцев предрешена — они не успевали скрыться в аномалии космоса.
53
Переход в аномалию в непосредственной близости от места схватки, где бушуют различные энергии, как правило, чреват некорректной работой гиперпривода. В период Галактической войны многие корабли становились «невозвращенцами», из-за попыток выйти из боя гиперсферным прыжком.
Пространство безымянной звездной системы догорало очагами локальных схваток.
«Воргейз», остановив продвижение, открыл вакуум-доки, принимая поврежденные «Стилетто»; аналогичные порты открылись и на уровне технической палубы крейсера, откуда стартовали сотни аппаратов технической поддержки. Большая часть взяла курс на «Раптор», остальные приступили к поиску катапультированных капсул с пилотами «Стилетто».
Вторая волна технических механизмов занялась сбором сброшенных ракетных комплексов «Легион», разыскивая их и доставляя к приемным докам крейсера.
Деловая суета, короткие схватки, то и дело вспыхивающие в пространстве среди причудливо клубящихся скоплений неуправляемых кристаллов и различного рода обломков, свидетельствовали — бой догорал, как лесной пожар, оставивший после себя безжизненное пространство да тлеющие очаги бушевавшего еще минуту назад яростного противостояния.
Флот механоформ, десятикратно превосходивший Элианскую эскадру, был разгромлен.
До расчетного времени появления сил Содружества оставалось еще восемь минут.
Адмирал Мищенко, как только восстановились каналы связи, отдал приказ: эскадрильям «Стилетто» перегруппироваться для атаки уцелевших силовых установок расстыковавшихся кораблей механоформ, «Ворону» и «Апостолу» обеспечить буксировку «Раптора» на безопасное расстояние от зоны предполагаемых термоядерных взрывов…
Напряженное ожидание окончательной развязки было прервано.
Мнемоники «Воргейза» внезапно вновь доложили о возмущении метрики, а через несколько мгновений в пространстве засверкали бледные вспышки гиперпереходов.
Первыми из гиперсферы появились модули «Сеятелей», вслед за которыми материализовалось полтора десятка… репликаторов!
Это была уже третья волна бесноватой атаки!
Ближе всех к точке гиперпространственного перехода противника оказался «Апостол».
Капитан Эрвинг не ждал приказов: мгновенно сориентировавшись в резко изменившейся ситуации, он принял решение атаковать «Сеятели».
Подсистемам двигателей ориентации — обеспечить вращение корпуса без потери курса! Малое ускорение на маршевой тяге! — Мысленные приказы, адресованные кибернетической составляющей корабля, тут же принятые к исполнению, обеспечили мгновенное начало маневра.
Фрегат находился на выгодной позиции для удара, артиллерийские и ракетные палубы успели полностью перезарядиться, в дефиците по-прежнему оставалась энергия — бортовые реакторы не успевали выдавать необходимую мощность, и противоплазменный шит (по мгновенно произведенным расчетам) не спасал ситуации, а лишь забирал из энергосистем корабля последние резервы.
— Отставить противодействие плазме!
Модули «Сеятелей», едва завершив процедуру всплытия, тут же разрядились залпом из сотен энергетических сгустков.
Одновременно с залпом противника заработали все огневые точки фрегата, электромагнитные гаусс-орудия били длинными очередями по четко различимым целям: мнемоники, управляющие батареями «Апостола», воспринимали яркие сигнатуры во всех подробностях, передавая данные для точного наведения. Ракеты, снаряды и плазменные сгустки неслись навстречу друг другу, в пространстве полыхнуло несколько ярчайших вспышек, а затем удары достигли целей.
Десять «Сеятелей», двигавшихся в авангарде атакующей группы, внезапно окутались вспышками попаданий и взорвались, превращаясь в стремительно распухающие энергетические пузыри, внутри которых высвобожденная плазма пожирала обломки разрушенных ракетами и снарядами конструкций.
Механоформы выбрали явно неудачную точку всплытия, группировка противника буквально нарвалась на шквальный огонь фрегата, десять уничтоженных «Сеятелей» стали тому свидетельством, но произведенный ими залп в те же секунды настиг «Апостол».
Найл Эрвинг, видевший гибель «Раптора», оперировал полученным уже в ходе этого боя опытом: сгусткам плазмы требовалось пять-семь секунд для подлета к цели, но он не собирался ждать рокового события, — за мгновения до удара капитан мысленным приказом подверг преднамеренной декомпрессии часть отсеков внешнего слоя. Навстречу сгусткам энергии устремились мутные гейзеры газа, вращение корпуса фрегата вокруг оси симметрии закрутило их спиралями, «Апостол» на миг исчез, — его окутали облака декомпрессионных выбросов, в которых частыми стробоскопическими вспышками угадывалась работа скорострельных орудий противокосмической обороны.