Чтение онлайн

Настоящий литературный дебют Козака состоялся через двадцать лет после публикации первого сборника. В 1961 г. издательство «Чехословацкий писатель» в серии «Жизнь вокруг нас» выпустило в свет его книгу «Горячее дыхание», написанную «по горячим следам» коллективизации сельского хозяйства.

Эту книгу составили три повести, из которых наибольшую популярность получила «Марьяна Радвакова», впоследствии неоднократно издававшаяся отдельно. Глубокие перемены в словацкой деревне показаны в повести через их воздействие на семейные устои, на самые сокровенные стороны человеческой души. Бунт поначалу терпеливой и безропотной Марьяны, которая, невзирая на диктат традиций, осуждение соседей, уговоры священника и собственной матери, находит в себе силы уйти от мужа, утерявшего в погоне за призраком достатка все человеческие качества, возвещал наступление новой эры человеческих взаимоотношений, новой иерархии ценностей. Драматизм, социальная определенность характеристик соединялись в повести с лиризмом, со стремлением тонко передать созревание чувств героев. Первая прозаическая книга Козака была книгой удивительно зрелой, выношенной — по сути дела, она предопределила весь его последующий путь в литературе.

К изображению процесса коллективизации, его прогрессивного влияния на деревню, а также и допущенных в ту пору ошибок и перегибов Козак будет еще не раз возвращаться. Эта тематика проходит через рассказы, вошедшие в сборник «Западня» (1968) и повествующие в основном о жизни словацких цыган. Этой теме посвящен роман Козака «… сильная рука» (1966). Он появился в свет в тот момент, когда в чехословацком обществе и в литературе усилились кризисные тенденции. Одной из излюбленных тем в прозе той поры были ошибки и трудности первых лет социалистического строительства, которые многими авторами непомерно раздувались. На этом фоне произведения Козака выделялись твердой убежденностью в исторической необходимости происшедших перемен и их глубоком позитивном смысле. Гана Грзалова, автор монографии о творчестве Козака, анализируя ситуацию в литературе кризисного периода, справедливо писала: «Итак, „… сильная рука“ в 1966 году не принадлежала к произведениям, которые критика принимала благосклонно, а тем более — хвалила. Этот роман слишком отклонялся от направления, по которому двинулась тогда определенная часть прозы… Если Козак и критиковал, а „… сильная рука“ — произведение критическое, то с ясным сознанием, что ошибки, недостатки, слабости, неправильные методы суть следствие неопытности и неподготовленности людей, что они ставят под угрозу реализацию социалистических принципов, но их нельзя отождествлять с самими этими принципами, в огромном гуманистическом содержании которых невозможно сомневаться» [4] .

Необратимость социалистических перемен в деревне — внутренняя тема романа Яна Козака «Святой Михал», который вышел в свет в 1971 г. и явился одной из первых книг, свидетельствующих о начале нового этапа в развитии чешской литературы, наступившего после преодоления общественно-политического кризиса 60-х годов.

В предисловии к русскому переводу романа автор признавался: «По правде говоря, у меня никогда не хватило бы фантазии написать „Святого Михала“, если бы на моих глазах не созревали судьбы „поречан“, бродя как их молодое вино» [5] . Действие романа происходит в хорошо знакомой писателю восточнословацкой деревне на рубеже 50-х и 60-х годов, когда

трудности начального периода коллективизации уже остались позади, обобществленное хозяйство укрепилось, в дома пришел достаток. Если для прежних своих произведений Козак избирал коллизии по преимуществу драматические, то здесь обнаружились новые стороны его таланта: он показал себя живописцем словацкой природы и деревенского быта, незаурядным мастером комического.

Стержень сюжета образует здесь история борьбы между давними соперниками Михалом и Вилемом во время выборов в местный совет (национальный комитет) деревни Поречье. Победа остается за председателем кооператива Михалом, крепким хозяином и душевным человеком, которого автор с добродушным юмором именует «святым», подсмеиваясь над его умением в заботах об общем благе не забывать и земные радости. Недаром в связи с этим образом критика заговорила о возрождении традиций Владислава Ванчуры, герои которого знали толк в отменной еде и напитках, в дружбе и остром слове. Вместе с тем этот веселый роман заставлял задуматься и над нешуточными проблемами: над опасностью частнособственнических инстинктов, которые отнюдь не исчезли в кооперированом Поречье, над нерешенностью вопроса о разумном использовании природных богатств, над живучестью религиозных предрассудков и сложностью перевоспитания цыганского населения республики.

К процессу коллективизации в Восточной Словакии начала 50-х годов Козак вновь вернулся в романе «Гнездо аиста» (1976), в основу которого он положил свой роман «… сильная рука», переработав его и дополнив новыми героями и сюжетными линиями. Между этими двумя романами пролегла полоса тяжелых испытаний для социалистической Чехословакии — общественно-политический кризис 60-х годов, когда реакционеры пытались повернуть историю вспять. Объектом их атак была и кооперированная деревня. Но их попытки добиться роспуска кооперативов потерпели провал. Крестьяне в полной мере осознали преимущества кооперативного строя и не пошли за реакцией. Так еще раз была доказана плодотворность социалистической перестройки села, к пионерам и летописцам которой принадлежит и Я. Козак. В романе «Гнездо аиста», учитывая все последующее развитие села, писатель углубил анализ прошлого, сделал изображение борьбы за коллективизацию объемнее и многограннее, усилил оптимистическое звучание. Этому способствовал и новый художественный опыт писателя, приобретенный в работе над «Святым Михалом».

В «Гнезде аиста» социально-психологические портреты героев дополнены выразительными речевыми характеристиками, оттенены юмором. К достоинствам романа надо отнести и искусство пейзажных зарисовок, помогающих понять настроение героев и почувствовать красоту Словакии. Мобилизовав широкий арсенал художественных средств, писатель сумел высветить в прошлом характеры и человеческие черты, которые уже тогда предвещали сегодняшний день. Такова, например, Илона, возлюбленная главного героя романа — Павла. Это не тоаько конкретный образ девушки 50-х годов, но и символ устремления в будущее.

Все произведения Козака отличает чуткое отношение к природе, восприятие человека как ее неотъемлемой части. Эта грань его таланта особенно ярко проявилась в книгах о советской Сибири. Писатель неоднократно приезжал сюда, жил не в туристических комплексах, а в простом охотничьем домике, ходил на зверя в тайгу. Большой успех не только в Чехословакии, но и, например, в ГДР и Болгарии имели сибирские очерки Козака («Охота на реке Бамбуйке», 1970; «Охотником в тайге», 1972). Прозой своеобразного «нравственного эксперимента» можно было бы назвать художественные произведения писателя, действие которых происходит в Сибири и на Дальнем Востоке и героями которых выступают советские люди (сборник новелл «Белый жеребец», 1975, роман «Осень в краю тигров», 1979). На фоне суровой и прекрасной природы мелкие натуры и поступки выглядят еще ничтожнее, но этот же фон резче выявляет крупные характеры, значение выдержки, отваги, верной дружбы. Книги Козака о Сибири — это книги прежде всего о людях стойких и смелых, преданных делу и долгу, верных в любви и товариществе.

Поиск истинных человеческих ценностей продолжен Козаком в новом романе — «Адам и Ева».

Чешский читатель уже привык к тому, что действие произведений Козака развертывается в местах отдаленных — Восточной Словакии, сибирской и дальневосточной тайге. Известной неожиданностью явилось поэтому возвращение писателя в «Адаме и Еве» в Роуднице над Лабой, где он родился. Роман написан как монолог роудницкого садовода Адама, который выращивает сад в окрестностях горы Ржип, той самой, на которую, согласно старинному чешскому преданию, привел когда-то свой народ праотец Чех. Мы встречаемся с героем, когда он, утомленный долгим празднованием своего пятидесятилетия, уходит в сад и, с удовлетворением и любовью оглядывая творение рук своих, вспоминает прошедшие семнадцать лет совместной жизни с Евой. Это была обычная жизнь рядового труженика и хорошего человека, которому ничто не давалось даром, но который умел отстаивать свои убеждения и бороться за свое счастье.

Чешская литература имеет богатые традиции изображения человека труда, идущие от творчества основоположников социалистического реализма в прозе 30-х годов, от романов М. Майеровой и М. Пуймановой. Тема труда стала одной из главных в литературе социалистической Чехословакии. Особенно в последнее время, в конце 70-х — начале 80-х годов, писатели все чаще стремятся показать своих героев в процессе трудовой деятельности, в трудовом коллективе. Разумеется, сама по себе эта тема еще не может обеспечить произведению успех. И в литературе неудач здесь, пожалуй, не меньше, чем удач. Рассказ о новых методах труда, об экономическом эксперименте и борьбе с бракоделами, который читатель с большим интересом прочтет в свежем номере газеты, может оставить его равнодушным при чтении романа или повести. Художественное произведение призвано дать обобщенную картину действительности, глубокий психологический анализ современных характеров.

Я. Козак в «Адаме и Еве» поднял злободневную тему об отношении современного человека к природе и ее дарам, тему повседневного, напряженного и не всегда благодарного труда в сельском хозяйстве. Но главное достоинство романа заключается в том, что все эти актуальные проблемы «пропущены» через душу и сердце героя, которого писатель подробно показывает и на работе, и в домашнем кругу.

Обычно истории любви заканчиваются если не разрывом, то свадьбой, а изображение семейной жизни писатели стремятся «разнообразить» любовными треугольниками и прочими геометрическими фигурами. В книге Козака свадьба Адама и Евы — лишь самое начало, а супружеских измен не будет. Смысл романа — в попытке разгадать тайну удавшейся семьи.