Адамант Хенны
Шрифт:
Тубала опустила небольшой изящный арбалет. Не торопясь, перезарядила его и кивнула Эовин:
– Пошли. Тут ещё пара постов будет, так что ты иди – руки назад, голова опущена – пусть думают, что я тебя к правителю веду… Что это?!
Под сводами разнёсся тревожный гул большого колокола. Затем последовал ещё один удар, потом ещё и ещё… Эовин с замиранием сердца увидела, как её спасительница досадливо закусила губу.
– Не может быть!.. Откуда?.. Бежим! – Последнее относилось уже к пленнице.
Однако скрыться они уже не успели. В дальнем конце коридора распахнулась широкая решётчатая дверь, и не меньше дюжины дворцовых стражников с саблями и короткими копьями ринулись внутрь. Увидев распростёртую на полу надзирательницу, они дружно бросились вперёд: им казалось, что причина тревоги – вот, перед ними.
Самый шустрый получил стрелу в прорезь шлема и, коротко взвыв, покатился под ноги остальным воинам; рвущиеся за наградой стражники попросту затоптали упавшего.
– Бежим!
Путь через дверь в противоположном конце коридора, казалось, был пока ещё свободен.
– Держи! – Тубала сунула в руки Эовин длинный кинжал. – Живой я им всё равно не дамся!
Они вихрем промчались сквозь незапертую дверь; Тубала на миг задержалась, чтобы задвинуть запор (открыть его можно было лишь с их стороны, так что преследователи оказались бы в западне) – когда впереди внезапно послышался тяжёлый топот. Казалось, там мчится целый табун. Эовин успела заметить яростный оскал Тубалы, та вновь поднимала арбалет, – и тут из-за угла вывернулись четверо – те, которых Эовин никак не ожидала здесь увидеть, хотя безумная надежда ещё теплилась где-то глубоко, очень глубоко в сердце…
– Нет! – взвизгнула девушка, бросившись к Тубале, но поздно. Воительница уже нажала на спуск – однако стрела, дзинькнув, бессильно отлетела от сверкающей брони Торина.
Добежавшие воины с рёвом дёргали запертую решётку.
Тубала замерла, глаза её остекленели. Казалось, её взору предстали выходцы с того света. Точно заворожённая, она глядела на появившихся перед ней хоббита и гномов, и рука её судорожно шарила по бедру, не находя сабельного эфеса…
– Эовин! – вскричал Фолко, хватая девушку за руки. – Давай скорее отсюда! Она с тобой? – Он кивнул на Тубалу.
– Она спасла меня! – выкрикнула Эовин.
– Куда?! – прохрипела Тубала. Глаза её блуждали, словно у безумной.
– Отсюда! – гаркнул Торин, хватая её за руку. Воительница, похоже, была настолько поражена встречей, что даже не сопротивлялась.
Вшестером они бросились обратно. Ещё одна короткая яростная схватка на лестнице – оправившись, Тубала гневно вырвала руку из лапищи Торина, перезарядила арбалет, и её стрела уложила капитана стражи, командовавшего засадой.
Во дворце уже стоял страшный переполох. Вовсю били тревогу бесчисленные колокола, с воплями метались люди, сломя голову бежали куда-то шестёрки и четвёрки стражников… Оставив после себя семь мёртвых тел, беглецы вырвались на свободу.
Теперь их вёл Рагнур. Несколько поворотов, малоприметный дворик, заваленная мусором крышка люка в дальнем углу – и темнота подземелья.
Только здесь они смогли перевести дыхание.
– Чего мы ждём? – первым опомнился Малыш. – Надо уносить ноги, пока не проснулась стража на стенах!
– Сейчас. – Рагнур снял шлем, отирая обильный пот. – Сейчас они погонят подкрепления к воротам; как только у нас над головой протопают – выходим!
Тяжело дыша, они приходили в себя. Эовин блестящими от слёз глазами вглядывалась в темноту, стараясь рассмотреть друзей – они не бросили её… пришли за ней… пришли выручать, рискуя жизнью… нет, не зря говорили, мастер Холбутла у нашего короля Эодрейда – самый смелый!
– А ты кто такая, дева-воин? – елико мог галантно осведомился Малыш. В темноте подвала не было видно ни зги.
– Я? – хрипло отозвалась Тубала. – Я…
– Ну да, ты! Что меня касается – так я Строри, сын Балина, гном с Лунных гор… точнее, бывший гном с Лунных гор, потому как давненько уже там не бывал. А ты кто и почему спасла Эовин?
Девушка внезапно ощутила, как горло её сдавила железная длань Тубалы – силой она едва ли уступала зрелому мужчине.
– Молчи-и-и, хочешь жить – молчи-и-и, – тонко-тонко выдохнула она прямо в ухо Эовин. Шеи девушки коснулось холодное остриё.
И тут над головой и впрямь, как предсказывал Рагнур, затопали бегущие ноги.
– Десятка три, – заметил кхандец, вставая. – Пошли! Нечего рассиживаться!
– Дай руку, Эовин, – негромко произнёс Фолко. Он чувствовал: в подземелье начинала копиться душная ненависть. Кто-то здесь очень сильно ненавидел его, Фолко Брендибэка, – и это ему совсем не нравилось. Предупреждая об опасности, сильнее обычного толкнулся в грудь кинжал Отрины. И ещё – хоббит чувствовал страх Эовин, страх не за себя – за кого-то иного…
Казалось, Тубала растерянна и не знает, что предпринять. Фолко шагнул на тонкое, прерывистое дыхание Эовин, осторожно протянул руку… и коснулся чужого локтя, облитого мелким кольчужным рукавом. Локоть этот располагался так, словно бы к горлу Эовин было поднесено оружие…
Не теряя ни секунды, Фолко рванул руку на себя. Тубала яростно зашипела, точно рассерженная кошка, – однако хоббит уже кричал гномам:
– Сюда!
Меч рванулся вперёд. Острие упёрлось в шею Тубале. Всё действие разворачивалось в полной темноте – и Фолко мог лишь поразиться, насколько же хорошо эта странная воительница видит в кромешном мраке!
Хоббит действовал по наитию, как всегда в минуту опасности. Он не тратил время на разговоры. Он точно знал, что рука Тубалы сжимает поднесённый к горлу Эовин кинжал, – и некогда было разбираться, что, зачем, почему… Он сделал то единственное, что, по его мысли, обязан был сделать. Наверное, потом Тубала смогла бы оправдаться, упирая на то, что всё это-де, мол, чистая случайность, – но там, где бессильны доказательства словесные, можно опираться и на иные.
Подоспели гномы – и Тубалу скрутили. Рука Фолко нашла крепкую ладошку Эовин.