Адаптация
Шрифт:
– И кем ты там был?
– Биоинжинером. Тогда только появились промышленные конструкторы живых организмов, я работал в закрытом институте. Над тематикой метаморфизма.
– Ого, и как, успехи были?
– Были, да еще какие! Мы создали полип-колонию, которая жила в трех фазах. Клеточного рассола, грибницы, с формированием плодового тела, и фотосинтезирующего растения. Залил тепло водичкой, богатой углекислотой - полип растворился. Сделал воды поменьше, а органики побольше - выросли грибочки. Открыл свет - появляется хлорофилл.
– Сильно. Я смотрю, ты и тут не изменил профессию. Почему кстати?
– Люблю я это дело. Да и ощущения у меня странные, от этого мира. Смотрю на него, как программист ламповых компьютеров смотрит на фотонные машины последних поколений. Вроде принципы в основе те же, а по факту... Вот я и решил разобраться. Впереди вечность, формальная, конечно, но все же.
Мы выпили за вечность, закусив какой-то кислой травой, которую Никола достал из своих многочисленных карманов.
– И желания нет вернуться в реальность?
– А зачем?
– Как зачем? Человек - звучит гордо!
– Не знаю, не знаю. Могу поспорить. К тому же, что там мне делать?
– Работать?
– Работать я и тут могу, достоверность моделирования биопроцессов, да и физики вообще, тут на уровне семи девяток.
– А как же магия?
– Магия - это инструмент манипуляции этими девятками. Скажем так, тут расширили модель общей физики. В рамках этой модели можно решать задачи из физики классической, с полной достоверностью. Со мной работает три больших института, над тематикой химер. В том числе и растительных. А если бы я опыты свои и изыскания вел в реальности, то меня бы посадили, или шлепнули, или отправили бы лечиться. А так... Вот кто мне позволит сшивать представителей двух видов в реальном мире? Где мне растить там буферную зону для соединения химеры? В лаборатории? Так там оборудование столько стоит, что отдельно взятого спеца туда ни кто и не пустит. Я же, к своему стыду, повторил тут опыты дядюшки Йозефа. И развил тематику. Так меня за это даже наградили.
– За что?
– За поддержание правопорядка. Я обитался год назад на другом континенте, там и так народ отгрывает темные расы, а я палачом устроился. Игрока в этом мире мало чем можно напугать, я смог. Даже достижение дали "Год без правонарушений". В городе, заметь, с миллионным населением. Там за любой косяк нарушителя мне отдавали на опыты. А пока игроков в стадии "наказания" он из игры выйти не может. Короче, перестарался я.
– В смысле? Недоброжелатели подсидели?
– Нет, подопытные закончились. Представляешь, год сидеть без работы? Я перетрахал весь гарем местного владыки, сходил в месячный запой, неделю просидел обдолбанный. Надоело. Вот я сюда и подался. Кстати, ты в курсе, что тут из запоя можно не выходить веками? Отдельные даже реальности есть для любителей. С коэффициентом сжатого времени.
– Зачем?
– Как зачем? Вот представь, есть у нас алкоголик дядя Коля, и нам его нужно вылечить. Можно заблокировать ему участок мозга, можно ввести специальные препараты. А можно дядю Колю на несколько часов выгрузить на спец сервер, и отправить в запой на год-другой. Все, через два часа дядя Коля идеальный член общества, ему просто надоело бухать. И права человека соблюдены. Никакого насилия.
– Меня пугает такой мир.
– Привыкай, тебе в нем жить. А меня и тут неплохо кормят.
Этими словами серб опрокинул очередную стопку, и захрустел луковицей. Откуда он их только берет?
– Теперь, Никола, говори, что хотел. Не зря же ты меня искал?
– Да тут понимаешь, какая история, Встретил я тут одну Акацию...
– Какую Акацию? Где?
– В одном эльфийском городе. Она как раз местное население доедала. Меня наняли с ней разобраться. Некро флора, все дела, не моя тематика, но близко. В общем, подошел я к этой акации, а она меня сожрала. Я потом узнал, что это блядское дерево сожрало круг возрождения, и потихоньку переваривает неосторожных игроков. Меня тоже хотело. На тысячный раз я все-таки подобрал нужный яд, дерево не сдохло, но сильно замедлилось. И вот тут я удивился, потому как этот биомусор со мной начал общаться, и предложил мне контракт на эльфов. На пять тысяч, мать их, эльфов. Но с такой наградой...
– Какой?
– Оно показало мне фрагмент генокода своего. И пообещало раскрыть его весь. И знаешь что? Пять процентов!
– Что пять процентов?
– Пять процентов отступление от общей физической модели. Это, фактически, реально разумное растение. Реально разумное мертвое растение. Это прорыв!
– И что ты хочешь от меня? Помочь в геноциде эльфов? Без проблем, я только вначале разберусь с...
– Да нет, с геноцидом я и сам справлюсь. Продай мне права на рецепт?
– Зачем? Чтобы в итоге в реальности появились разумные мертвые деревья?
– Ага.
– Нет, Никола, продавать я его тебе не буду...
– Лицо серба вытянулось, мне показалось, что он сейчас заплачет.
– Я его тебе подарю! Офигеть, разумные мертвые деревья! Только с тебя рассада, как я отсюда вылезу.
– А теперь мы выпьем!
Интерлюдия 4
Морген, с порцией шашлыка, вышел к полянке, где Филин пил с гостем.
Оборотень с эльфом обнявшись, и вытирая слезы, общались.
– Эх, Никола, такую страну развалили! Такие люди там были, не чета нынешним!
– Помянем?
– Помянем! Запевай!
И в два голоса:
– Россия священная наша держава!
Через пол часа, уже пошатываясь, Морген притащил еще порцию мяса.
– Эх, Николаа... Такую страну развалили, там такие люди были... Прямо человечещи!
– Помянем?
– Помянем! Слова знаешь?
– А то!
– Запевай!
И в два голоса:
– Союз нерушимый республик свободных!
Еще пол часа спустя, шашлык Морген уже тащил...
– Комуняки, ик, пидорасы, идея хорошая, но пидорааасы... Такую страну развалили! Там ведь такие люди были! Не люди, титаны!
– Помянем?
– Помянем!
– Запевай!
И в два голоса:
– Боже, царя храни!
– Морген, ик, Моргеен! Пьянь!
– Тебе чего? Дай поспать!
– Какой спать? Притащи еще бухла, нам с Николой пить нечего!
– Вы маги? Или где?
– Ик, тоже верно! Никола, вырсти нам спиртосодержащие огурцы!
– Процентов пятьдесят хватит?