Адепт
Шрифт:
В прямом смысле, ураган ракет вырвался на встречу заскочившему экзоту, как поток Оу из пробитой трубы под большим давлением. Благодаря своей реакции, Мортем успел защититься силовыми полями и руками, но удары оказались настолько мощными и непрерывными, что выбросили “Фулгура” за пределы пролома.
– МОРТЕМ!
– Мисертас, дополнительная броня и проектировщики барьеров.
– Лови!
“Дыв” подкорректировал орнамент брони, так что машина была готова принять посылку. Когда с неба опустился парящий кейс, драконер передал тому сигнал и тот раскрылся, являя нужные части. Новые фрагменты прикрепились на место и синхронизировались с первостепенными системами.
К сожалению, это было лишь началом. Новый свист приковал к себе внимание осаждающих. Казалось, небо заполонили тучи.
– Переключить силовой отражатель на динамичный режим! – иногда драконер мог себе позволить кричать, как герои из сказок, когда видят надвигающийся кошмар. Хвала Стихийной Спирали, инженеры “Пафоса” успели среагировать. Вокруг супертанка надулось сегментное полупрозрачное поле, встретившее орду смертоносных ракет, выпущенных из-за бронированных эшелонов крепости. Вспышки энергии летели навстречу рою, сбивая многие убийственные подарки еще до попадания.
– Доложить.
– Поле стабильно, но если они используют лучевое оружие, то пробьют его без проблем!!! А если продолжиться такой плотный заслон, то и защита!..
– Капа.
– Да?
– Используйте свои гравитационные пушки, чтобы уничтожить часть ракет. Передаю вам программы “Фокус” и “Гувернер”.
– Хорошо!
– Сильвера.
– Да!
– Среди твоих танков есть аэзеровые мониторы. Закройте экранами аэзера фронт “Пафоса”. Если мегатанк уничтожат, мы не сможем противопоставить даже мелочи врагу. Убирайте его, когда “Малышка” будет готова стрелять, но потом сразу же возобновляйте.
– Поняла!
– “Пафос”, как слышите?
– Слышим хорошо, командир!!!
– Сотрите в порошок другие части стены. Нужно расширить проход. Курсе, Мисертас и Темпестас. Вы со мной.
– Да!
– Мисертас, брось Темпестасу раскладные части “Убежища”.
– Лови, рыжезадый!
– Спасибо, педошрам!
– Курсе, как только попадем внутрь, выпусти туманные и автономные свето-шумовые гранаты, которые я тебе дал. Нужно выиграть немного времени.
– Есть!
– Всем остальным танкам ждать приказа выдвинуться. И чтобы никакой дезориентации, или мы все покойники.
– За Соверен Галеас!!!
Практически добежав до пролома, Мортем пытался подавить ощущения, поступающие к нему через чувствительные ноги экзота. Словно волны Эрдэтрясения стряхивали поверхность своей мощью, но смотреть на это не было времени.
Мортем еще вовремя первого прорыва зафиксировал расстановку внутри. Используя дополнительные защитные купола, защитники очень крепко закрепились в каждом из прошейков, ведущих внутрь. Предполагать, что такая же оборона ожидает своего часа и в других углах, было сложно, но все же необходимо. Но даже технологии организации не доросли до того уровня, чтобы создавать тургорные “мантии”, способные пропускать изнутри себя снаряды, одновременно блокируя входящие снаружи. Специально для этого они открывали в поле промежутки, через которую всевозможные снаряды проламывались в проход. Еще более удивительным было то, что повстанческой армии противодействовали одни пехотинцы, хоть и снаряженные по самые зубы.
Наплечники “Жэли” выпустили туманные гранаты, заполонившие проход густыми металлическими облаками частиц. Сразу за ними последовали автономные свето-шумовые гранаты, которые моментально пробудились и на шустрых лапках понеслись к укреплениям. Выполнив свою задачу, “Фулгур” запрыгнул на вершину стены, привлекая внимание врага к себе.
Бойцы организации ни на миг не теряли своей командной координации, и сразу же разделились на две группы: одна поливала затянутый туманом пролом, а вторая – пыталась сбить напавшего с фланга экзота.
Помня инструкции командира, Курсе на максимум напряг свое зрение и ощущения. Машина, которой он управлял, была специально подогнана под него и подчинялась лишь действиям ядерного инкуба. Заметив появившийся прорез в защите противника, “Жэля” направил выстрелил туда. Следуя пронзительному свисту пусковых установок, из промежностей между пальцев вылетели рельсовые снаряды, наполненные фугасной начинкой. Проскользнув сквозь дыру, боеприпасы попали в ряды защитников, сбив многих с ног. Устрашающего эффекта это не возымело – Практически все сразу же вскочили на ноги и продолжили стрельбу, отделавшись легкими повреждениями. Только двое так и остались лежать на Эрдэ, так как их просто разорвало. Резко вернувшись назад предплечье и ладонь, новые снаряды приготовились к следующему запуску. На некоторое время Курсе таки смог отвлечь на себя внимание большинства врагов, что и дало остальным шанс закрепиться на прошейке. Построение домов внутри цитадели ограничивало врага, позволяя пользоваться только пехотными и экзоскелетными войсками.
Мисертас выполнял роль поддержки в их флоте и сейчас расстановка не изменилась. Его “Фулгур” имел самые большие пропорции и практически не располагал вооружением, однако его строительные и поддерживающие мощности не знали равных. В сопоставлении с тяжелой броней, для сохранения ресурсов оставалось мало места, из-за чего “Градовник” имел под рукой транспортники с ресурсами. Каждая конечность являлась отдельной фабрикой или устройством, которое подчинялось командами непосредственно пилота. Построение мобильного редута могло занять много времени, если только начать его строить на передовой.
Но готовые фрагменты уже висели, прикрепленные к бронированным листам экзота. Схватив два из них, машина бросила их братскому “Фулгуру”. “Мара” имел габариты поменьше, чем его большой собрат, но мог посоперничать в подъемной силе. Уже на лету соединив две части, Темпестас вставил их в пол цитадели. Продолжая в том же духе, здоровяк не обращал много внимания на летящие в их направлении снаряды – став перед строящимся укреплением, “Дыв” создал плотное, но небольшое, силовое поле, поглощающее все летящие “подарки” смерти. Это была временная мера, что абсолютно доходчиво доказывал разрушительный шквал вражеского огня. И хотя при такой интенсивности стрельбы боеприпасы должны исчезать в геометрической прогрессии, но у окопавшихся защитников, видно, были другие мнения на этот счет.
Тем временем сзади дела шли все напряженней. Пробивая уже изрядно поврежденное поле динамического отражателя, пары ракет сыпались на гасающие танки, убивая самых неудачливых. Сдерживающие мониторы аэзера еле успевали регулировать напряжение от попаданий, стремящихся пронзить барьер и ранить супертанк. Ситуация накалялась.
– Курсе.
– Понял! – получив множество повреждений, но выполнив свою миссию, “Жэля” спрыгнул за новопостроенное укрепление. Сбросив пришедшие в негодность пластины и проекторы, он взял новые у “Градовника”.