Чтение онлайн

Объемная голографическая проекция, парящая над столом, наглядно отображала оперативную обстановку в системе. Ярко-голубыми отметками на ней были представлены корабли и соединения АСР, только что ворвавшиеся через новый портал, обозначенный светящимся кольцом, а также продолжающие входить в систему через стационарные «врата». Алыми треугольниками мерцали стремительно отступающие имперские дредноуты командующего Поля Дессе и самого императора Константина. Также на тактической карте был обозначены все девятнадцать планет, вращающиеся вокруг двух звезд, а также ключевые объекты «Екатеринославской» их окружавшие. Проекция позволяла в деталях проследить вектора движения и взаимное расположение всех участников намечающегося противостояния…

Сидевшие за столом вице-адмиралы: Элизабет Уоррен — командующая 4-ым «вспомогательным» и Нейтен Джонс — командующий 6-ым «ударным» космофлотом, а также четверо дивизионных контр-адмиралов 1-го «ударного», слушая Дэвиса, переглянулись между собой и молча закивали, соглашаясь с его словами. Высокая статная блондинка Элизабет в безукоризненно сидящем мундире была, как всегда, абсолютно спокойна и полностью сосредоточена на анализе оперативных данных. За стальную выдержку, острый ум и несгибаемую волю Дэвис ценил ее едва ли не выше всех остальных своих подчиненных, передав именно Уоррен командование одним из своих космофлотов…

В отличие от невозмутимой Элизабет, вице-адмирал Джонс-старший, единственный, чьи корабли всерьез пострадали в этой скоротечной битве, казался сильно недовольным. Джонс все это время нервно пыхтел, сопел и морщил лоб, решая про себя, стоит ли ему высказать претензии «Мяснику» Дэвису или благоразумнее будет промолчать. Эскадра адмирала Корделли, которую Нейт вынужденно послал в «Екатеринославскую» в качестве авангарда вторжения, в результате ожесточенной схватки с превосходящими силами русских практически полностью перестала существовать. Немногие уцелевшие корабли в данный момент полностью лишились боеспособности и теперь из надо было срочно восстанавливать.

К величайшему сожалению и досаде Джонса, сам Фрэнк Корделли, его давний недоброжелатель и соперник, каким-то невероятным чудом сумел спастись из этого пылающего пекла, чем еще больше расстроил и взбесил командующего 6-ым «ударным». Ведь он хотел коварно воспользоваться представившимся случаем и, прекрасно понимая, что возглавить явно обреченный авангард вторжения было равносильно смертному приговору, втайне желал таким образом раз и навсегда свести давние счеты со своим строптивым подчиненным. Однако не вышло. Хитрый и удачливый лис Корделли снова выбрался сухим из воды.

«Ладно, ничего, позже я с ним обязательно разделаюсь, — мрачно решил про себя Нейт, продолжая исподлобья сверлить колючим взглядом невозмутимого Коннора Дэвиса. — И с тобой, чертов „Мясник“, я тоже рано или поздно поквитаюсь. Всех тех унижений, что ты заставил меня пережить перед другими адмиралами, я не забуду и не прощу…»

В глазах Нейтена вспыхнула неприкрытая ярость пополам с бессильной завистью к славе Дэвиса. Все его нутро клокотало от застарелой обиды и жажды мести этому гиганту, который смел открыто унизить его в присутствии других командующих и офицеров, ставить под сомнение его решения. О, Нейт действительно возненавидел Дэвиса! Впрочем, все мы знаем, что Джонс-старший был очень злопамятным человеком. И сейчас, забывшись, едва сдерживался, чтобы не наброситься на Дэвиса с проклятиями. Но осторожный командующий 6-ым космофлотом все-таки понимал, что пока не время. Нужно затаиться и выждать подходящий момент…

Именно в это мгновение взгляд вице-адмирала Джонса внезапно пересекся со стальным взглядом черных, словно космическая бездна, глаз Дэвиса, который будто играючи проник в самые сокровенные его мысли и намерения. Нейт в одночасье застыл как кролик перед удавом, мгновенно растеряв весь свой воинственный пыл. Он лишь затравленно моргал, не смея больше поднять глаза на грозного главкома. Хваленая ярость Джонса растаяла как дым под этим пронзительным, будто все понимающим взором.

Дэвис не спеша обвел глазами притихших адмиралов, убеждаясь, что все его слушают и слышат, и, выдержав небольшую паузу, невозмутимо продолжил:

— Итак, леди и джентльмены, последние боеспособные русские дредноуты в данный момент поспешно уходят к Никополю-4, центральной планете системы. К ней же по данным наших сканеров дальнего обнаружения направляются и несколько походных колонн из поврежденных в прежних боях вражеских кораблей. Противник явно намерен закрепиться и собрать уцелевшие силы вокруг этой ключевой точки пространства. Они отступают вглубь «Екатеринославской»…

— Сколько их там, сэр? — Элизабет Уоррен посмотрела на своего командующего, ее голубые глаза сверкнули неподдельным интересом. Она подалась вперед, опираясь локтями о стол, всем своим видом демонстрируя готовность к глубокому анализу ситуации.

Дэвис на мгновение задумался, мысленно прокручивая в голове последние разведданные и оперативные сводки. Его лицо приобрело сосредоточенное выражение, характерное для человека, тщательно взвешивающего каждое слово перед ответом.

— С учетом действующей эскадры адмирала Дессе и личных гвардейских дредноутов императора Константина, которые по нашим расчетам доберутся до Никополя примерно через восемнадцать-двадцать стандартных часов, на орбите центральной планеты у русских в общей сложности будет под рукой около полутораста кораблей, — ответил наконец Коннор Дэвис, слегка нахмурившись. — Это если считать всех вместе. И полностью боеспособные единицы, и те, что уже свезены на местные орбитальные доки для срочного ремонта и восстановления… Должен отметить, что последних там подавляющее большинство, примерно около сотни, если не больше.

Элизабет Уоррен внимательно выслушала командующего, быстро анализируя полученную информацию. В своей голове вице-адмирал уже прикидывала возможные варианты развития событий и потенциальные стратегии действий для нее самой.

— Тогда в чем же заключается проблема, сэр? — она слегка пожала плечами, демонстрируя некоторое недоумение. — Если я правильно понимаю ситуацию, нам следует незамедлительно двигаться следом за отступающим противником и, воспользовавшись преимуществом внезапности, на хвосте эскадры царя Константина стремительным ударом захватить эту, прошу прощения за выражение, жалкую, иссушенную двумя светилами планетку. А затем, развивая успех, установить полный контроль над всей звездной системой. Судя по приведенным вами цифрам, «„раски“» просто физически не смогут ничего существенного нам противопоставить в этом случае. Ведь только в вашем 1-ом «ударном» космофлоте сейчас в строю более двухсот полностью боеготовых вымпелов. Плюс наши с вице-адмиралом Джонсом соединения… Насколько я могу судить, такого количества боевых единиц с лихвой хватит на то, чтобы окончательно добить деморализованные русские силы и завершить операцию триумфальной победой.

Элизабет говорила уверенно, четко аргументируя свою позицию. Ее глаза загорелись азартом при мысли о возможности нанести сокрушительный удар по противнику и отличиться хотя бы здесь в «Екатеринославской».

Однако Дэвис, внимательно выслушав предложение Уоррен, медленно отрицательно покачал головой. Его лицо приобрело задумчивое выражение, словно он мысленно просчитывал все возможные варианты развития событий.

— К сожалению, не все так просто, как кажется на первый взгляд, вице-адмирал, — произнес он наконец, обводя взглядом помимо Элизабет всех присутствующих. — Я прекрасно понимаю ваш боевой настрой, и, поверьте, сам бы с удовольствием немедленно ринулся в атаку. Однако есть ряд существенных факторов, которые мы обязаны учитывать. Во-первых, и это крайне важно, противником на Никополе-4 за последнее время создана поистине мощнейшая система планетарной обороны. Ее основу составляет целый комплекс модифицированных орбитальных промышленных модулей…