Чтение онлайн

Кажется, я успел вовремя… На записи было четко видно, как Демид Зубов возвышается над своим поверженным врагом, занося над Красовским саблю. Я мгновенно нажал на кнопку связи:

— Контр-адмирал, сделайте мне еще одно одолжение, — буквально прокричал я в рацию. — Сохраните жизнь вашему сопернику.

Демид Александрович, услышав мой голос в наушниках, замер с саблей над головой. Я просто на расстоянии чувствовал, как же ему хотелось сейчас опустить плазменное лезвие на голову лежащего и тяжело дышащего на полу Александра Михайловича Красовского. Командующий 10-ой «линейной» дивизией был окровавлен и безоружен — никто не мог сравниться в фехтовальном искусстве с Зубовым, облаченным в Ратник последней модели. Мой голос остановил Демида, и тот нехотя опустил оружие.

— Что ж, и это я сделаю для вас, Александр Иванович, — сказал через мгновения Зубов. — Но для чего вам понадобилась жизнь этого недоноска? Если снова в вас говорит благородство, то…

— Нет, контр-адмирал, сейчас во мне говорит только прагматизм, — ответил на это я. — Сохраните жизнь Александру Михайловичу, а я вскоре прибуду на ваш корабль и объясню, зачем это нам так необходимо…

Место действия: звездная система HD 60901, созвездие «Тельца».

Национальное название: «Ладога» — сектор контроля Российской Империи.

Нынешний статус: не определен…

Точка пространства: орбита планеты Санкт-Петербург-3. Космическая крепость Кронштадт.

Дата: 20 июля 2215 года.

По пустым полутемным переходам 4-го технического модуля крепости Кронштадт быстрым шагом шла группа людей. Возглавляли ее два члена так называемого временного правительства. Впереди широко шагал наш старый знакомый бывший канцлер Империи в данный момент занимающий пост первого министра Юлиан Шепотьев. Рядом с ним семенил на коротких толстеньких ножках министр Божко, один из новоизбранных членов Государственного Совета. Совет был восстановлен на Санкт-Петербурге-3 еще Иваном Федоровичем Самсонов, но теперь после смерти диктатора-регента состоял сплошь из ставленников адмиралов Черноморского флота — сегодняшних недолгих правителей планеты и системы «Ладога».

Юлиан Николаевич Шепотьев, этот хитрец и лицемер, сумел не только сохранить свою прежнюю должность при новой власти, но и вернуть себе на грудь электронный жетон первого министра Российской Империи. Он радостно принял столь почетный титул, демонстрируя полную покорность своим новым хозяевам, чем и заслужил себе их благосклонность. К тому же Шепотьев был единственным человеком, кто оставался на Санкт-Петербурге-3 из прежнего состава Госсовета, который, как мы знаем, ранее находился в столице Новой Москве-3. Остальные члены совета, либо были убиты еще Самсоновым, либо бежали кто куда, спасаясь от мести диктатора…

Поэтому, кому как ни Шепотьеву Красовским и Хиляевым было предложено возглавить новое правительство, которое, конечно же, являлось абсолютно нелегитимным и не признавалось никем, кроме как на данной планете и прилегающему к ней небольшому сектору пространства. Адмиралы Черноморского флота были людьми непривередливыми и в политике, за исключением Александра Михайловича Красовского, особо не разбирающимися, поэтому их вполне устраивал такой исход. В свою очередь уже по рекомендациям первого министра Шепотьева был утвержден новый Государственный Совет Десяти из никому неизвестных имперских сановников, ранее занимавший не самые видные должности…

Юлиан Шепотьев подбирал себе министров и помощников не по деловым качествам, а по степени лояльности и верности лично ему. Тот же Божко из простого канцелярского советника превратившись в одночасье в целого министра снабжения сектора контроля Российской Империи, был именно таким клиентом первого министра, как и большинство остальных членов правительства, Сената и Государственного Совета, целиком и полностью зависимым от этого паука Юлиана Шепотьева…

— Хотя бы один из этих бездельников должен трудиться, — подумал новоявленный первый министр, когда утверждал список своего марионеточного правительства. — К тому же этот увалень не способен меня предать, не знаю из-за страха быть наказанным или из-за своего простодушия. Хотя, какое может быть простодушие у имперского чиновника в наше-то время…

Однако сейчас первого министра куда больше интересовал другой человек, не входящий в Государственный Совет и на первый взгляд, казалось, далекий от политики.

— Старика уже привели? — спросил через плечо Шепотьев своего спутника.

— Да, господин премьер-министр, — залопотал толстячок, семенящий рядом. — Профессор Гинце уже находится непосредственно в хранилище… Там же нас ждет и министр Кирсанов.

— Хорошо, — кивнул Шепотьев, ускоряя шаг. — Времени у меня совсем мало… Сражение за «Ладогу» приняло непредвиденный оборот. Не хочу тебя напрасно пугать, Алексей Павлович, но судя по всему, наш прославленный Черноморский флот и его союзники терпят в этом бою жестокое поражение…

— Этого не может быть! — в ужасе воскликнул Божко, быстро перекрестившись. — Как такое могло случиться, ведь «черноморские» дивизии и храбрые османы адмирала Бозкурта были невероятно многочисленны и сильны? Такую непобедимую армаду просто невозможно просто так рассеять!

— Никакая это не армада, — нервно бросил Шепотьев, — а сборище мародеров и космических солдат удачи! Ты видел, что эти вояки сделали с полисами Санкт-Петербурга-3 после того, как высадились на планету? Сколько домов и особняков богатых колонистов они разграбили и сожгли?! Это настоящие космические пираты, а янычарах Ясина Бозкурта я вообще молчу — убийцы и насильники, на которых клейма ставить негде… Любая имперская власть, кому бы она ни принадлежала, просто обязана повесить этих мерзавцев первым же своим указом!

— Да, но сейчас власть — это мы, — робко вставил Божко, покосившись на своего хозяина. — и выходит, что…

— Не продолжай, я даже не хочу об этом думать, — прервал его, Юлиан Шепотьев. — Да, нам приходится мириться с присутствием рядом с собой людей подобных Бозкурту и остальным, но то вынужденная и временная мера. Как только Государственный Десяти получит полные исполнительные права, мы сможем набрать в секторах контроля Российской Империи новые дивизии из верных нам солдат. О, Господи, — Шепотьев ударил себя по лбу, — я постоянно забываю, что наши жизни в данный момент висят на волоске! Пусть будут прокляты эти неумелые вояки, называющие себя дивизионными адмиралами, которые только и знают, что кричать о своем героизме, а как доходит дело до драки — то вот он результат!