Чтение онлайн

– Владимир Григорьевич, вы почти полгода провели на передовой, можете что-то рассказать о тактике ведения боёв, что применяют обе стороны? Некоторое представление я конечно имею, да и с многими фронтовиками тут в госпитале разговаривал. Перед войной все предсказывали, что предстоящая война будет манёвренная. Так поначалу она и выглядела, то наступаем, то драпаем. А сейчас в большинстве своём все зарылись в землю, отгородились колючей проволокой, ощетинились пулемётами да пушками. Но пулемётов-то в нашей армии большая нехватка, со снарядами просто катастрофа, про орудия особенно крупного калибра я совсем молчу.

– Да не только в винтовках и снарядах большая нехватка, хотя они на первом месте. Там на фронте во всём большая нужда. Мне не раз приходилось наблюдать то большое различие, что существовало между нашей и германской армией. "Добрыми и ласковыми словами" поминали офицеры разных полков наше военное министерство, указывая на нашу бедность в военной технике. Помню, был такой случай. Как-то один седой полковник, с которым мы в ночь обходили окопы, обратил мое внимание на германские прожектора, что в тот момент шарили своими лучами по нашим укреплениям.

– Вот видите что у них. А у нас что? - с сарказмом спросил он и тут же ответил на свой вопрос: - А у нас одна только божья луна, если только видна, а так не х..! Кроме прожекторов, они применяют сигнальные пистолеты, которых у нас имеется всего один на батальон. А разве нельзя было запастись ими в достатке. Хотите господин полковник посмотреть, что сейчас германцы вытворять будут?

– А что именно они будут делают?

– Сейчас сами увидите, только подождем несколько минут.

Мы остановились посреди окопа, глядя в сторону германских позиций которые находились где-то там в темноте, да ещё и эти прожектора глаза слепили. Вдруг со стороны противника открылся интенсивный пулемётно-ружейный огонь. В первую секунду я от неожиданности присел.

– Это что, ночная атака!? Но тогда почему не все солдаты заняли своих мест для её отражения?
– спросил я командира полка.

– Да нет, это не атака. Это так германцы развлекаются, устраивают ночью ложные тревоги, заставляя наших солдат тратить попусту и без того малый боезапас. Мы не имея осветительных средств, поначалу думали что это атака и открывали заградительную пальбу, выпуская попусту, но на радость неприятелю, громадное количество патронов. После нескольких таких ложных ночных атак, мы перестали им отвечать и приказали своим солдатам строго-настрого беречь патроны.

– А вы не боитесь, что вот так они притупляют вашу бдительность, а потом на самом деле предпримут атаку и захватят вас врасплох.

– Так мы всегда наготове, вы же сами видели, что половина бойцов на всякий случай приготовилась отражать атаку, только огня не открывала.

– Да заметил, ещё удивился, почему кто-то подставляет голову под пули, а эти отсиживаются на дне окопа, как будто и стрельбы вокруг нет. Также у меня промелькнула мысль, что так ведут себя только обстрелянные и опытные солдаты, и зря голову им незачем подставлять, когда противник ещё так далеко от линии обороны.

– А вы правильно подумали, это уже обстрелянные солдаты, они и днём своих голов не высовывают из-за бруствера. В последнее время у германцев появились специальные меткие стрелки, они выбивают наших наблюдателей и офицеров. Так мы за прошедшую неделю потеряли одного офицера и двух нижних чинов выполняющие роль наблюдателей только убитыми, да двоих тяжелоранеными. Эти сучьи стрелки днём никому не дают высунуться, а сами немцы наблюдают за нами в перископы, которых у них в достаточном количестве. Таким способом они не подвергают себя опасности быть подстреленными с нашей стороны. Да и с такого расстояния без специального приспособления к винтовке вряд ли куда-то попадешь.

– Как я вас, Владимир Григорьевич, понял, у германцев появились "снайперы" вооруженными винтовками с оптическими прицелами, которые позволяли обнаруживать цели на большом расстоянии и этим облегчали себе прицеливание.

– Вот именно. Германские войска получают всякие технические новинки, и те же винтовки с оптическими приспособлениями, кроме того у них появились винтовки с магазинами увеличенной вместимости. Ещё они приспособили к винтовкам специальные мортирки, из которых можно было выбрасывать по крутой траектории маленькие гранаты. Такое приспособление было очень удобным при обстреле окопов с расстояния до двухсот метров.

– А мы что не можем наладить точно такое же приспособление как у немцев?

– Конечно можем, и ГАУ уже разрабатывает что-то подобное. Хотя первые сведенья о подобном приспособлении до нас дошли ещё за год до войны, как из самой Германии так и из Англии. Но только на третий месяц после начала войны были выработаны предварительные конструкции этого "Оружия". И похоже одно из них, а это конструкция штабс-капитан Дьяконова оправдывает возложенные на неё надежды, и возможно скоро она поступит на вооружение.

– Насчет технических новинок. Владимир Григорьевич, я знаю что после японской войны несколько оружейников, в том числе и вы, всерьёз начали разрабатывать автоматические винтовки. Что за эти годы было изготовлено несколько опытных образцов. Какие-то из них получились не совсем удачные, но были и вполне удачные. И что перед войной были собраны несколько опытных партий для всесторонних войсковых испытаний, которые для вашей винтовки прошли вполне успешно. Если я не прав то поправьте меня. Был выдан заказ на изготовление войсковой серии или нет?

– Да. Ещё в тринадцатом году такой заказ был выдан. Я в тот момент работал над улучшением своей винтовки под собственный патрон уменьшенного калибра, которая и пошла бы в производство, если бы не война.

– Так значит заказ был выполнен, или за год так ни одной винтовки и не собрали.

– В силу разных стечений обстоятельств было собрано всего несколько штук. Но почти все комплектующие изготовлены, осталось только собрать и отладить их.

– Вы не скажите, почему вы прекратили работы над ней?