Чтение онлайн

А вообще, меня не отпускали сомнения. Странно, что в таком месте мог сохраниться довольно значительный комплекс строений. Землетрясения были душой Огненного Пояса, а имперские строения на материке строили без учета возможных сейсмических колебаний.

Если этот дом на самом деле принадлежал Помпе, а, судя по найденным артефактам, так оно и было, то он не мог сохраниться в целости. Однако же сохранился, если это и была тоже, своя магия Помпы, то у меня не получалось ее определить, сколько бы я не пытался. Кроме землетрясений и извержений земли Королевства обладали значительным магическим фоном, у нас его зовут "серый шум" — не принадлежащий к какой-либо стихии энергетический поток. Магия, творимая в этом потоке или рядом с ним, практически не выявляемая.

Идеальное место для схрона. Признаться честно, я сам… пользовался потоком, чтобы обезопасить свое логовище, но это к делу не относилось. И я что-то не слышал, чтобы Помпа проявил себя в Королевстве каким-нибудь образом. В те времена люди только заселяли эти земли, не могло быть и речи, что могли сохраниться документальные свидетельства, о странном маге в доме на гребне скалы.

Документы могли быть найдены только тут, на месте раскопок. И почему-то я не сомневался, что они будут найдены. Сработало мое чутье.

Рабы были рады сменить тяжелый труд на монотонную и спокойную работу на раскопках, а обильное питание придало им такого рвения, которого не смогли бы добиться бичи надсмотрщиков. Кое-какие атавизмы эльфов все же следовало изживать как неэффективные.

В основном они занимались грубой работой, непосредственно к развалинам их не подпускали. Не потому что опасались кражи раритетов, нет, просто только специалист мог определить: что является простым камнем, а что культурным наследием. Я, кстати, тоже не лез к ним под руку, опыта у меня было, откровенно, маловато. Зато систематизировать получаемые сведения мог только я один. Ни Лолий, занятый общим руководством, ни мои архивариусы не могли похвастаться такой скоростью обработки информации, какой обладал я.

Кое-что я записывал на восковые таблички, высокогорный климат был вполне приемлемым для временных записей, холодный воздух довлел над жаром земли. Кое-что я записывал на бумагу, эти отчеты в последствии отправятся в столицу. А некоторые сведения и свои соображения до поры хранились в неприметном ларце, под моим задом. Ларец сей защищался не только моей основательной филейной частью, но и мощным охранным заклятием.

Стоит ли говорить, что там хранилось нечто особо важное? Думаю, нет.

А ценности мои люди находили каждый день, и я говорю не о глупых слитках золота, бронзовых статуэтках изящных танцовщиц да благостных ликов богов. Нет, я говорю о Наследии! Утраченном Наследии.

Проклятье, похоже это поместье на самом деле принадлежало тому самому Помпе, которого прозывали Великим. Заслуженно прозывали. И в наше время не каждый маг способен перенести целое поместье — дом, сад да еще с пяток построек вокруг; в далекие и неизведанные земли. На это просто не хватит Знаний у нас, мы так много растеряли. А те крупицы, крохи, обрывки знаний, которые сохранились на осколке от амфоры, на деревянной дощечке или рельефе — вот они то как раз и были настоящей ценностью и для мага и для Империи.

Золото это тщета, земля народит его еще много, а вот Знание так просто в руки не дается.

Но мы еще не раскопали сам дом и его комнаты, нашим глазам открылся только чудный фасад с рельефным изображением Мудрого Бога. Кто бы сомневался, чтобы Помпа Великий мог позволить себе изобразить лик Бога на своем фасаде. Я бы не осмелился, не из страха, но из почтения. Фасад опирался на четыре колонны, которые были выполнены в виде богинь, столь чудных и прекрасных, что я не сомневаюсь — многие из моих служащих вынуждены были уединиться в своих палатках и предаться размышлениям.

Я немедленно заставил нашего скульптора скопировать эти колонны, а художника — зарисовать их со всех сторон. Заставил — конечно, громко сказано, они сами вызвались, я лишь позволил.

Надо будет себе копии заказать для дома да для Гильдии Врат.

Черепичная крыша дома Помпы, которую мы тоже успели практически полностью вырвать из плена пепла, песка и вулканических остатков, шла под уклон к задней части дома. И немудрено, в этом месте горная долина шла под уклон. Из этого я сделал вывод, что дом после телепортации не использовался для жилья.

Даже сумасшедший маг не стал бы жить в таком доме, где вся мебель съезжает к стене. Впрочем, были и другие доказательства — полуразрушенный фонтан в центре поместья с остатками труб, вырванных из земли; внешние строения, которые обычно используют как домишки для слуг, пострадали от искривления пространства и выглядели достаточно страшно; и полное отсутствие остатков мебели в откопанных строениях, деревьев, травы, мусора или костей.

Вопрос — а куда, в таком случае, мог подеваться хозяин?

Зачем было перемещать все поместье, если не жить в нем?

На это я не мог ответить, чем выше становилась гора исписанной бумаги у меня в палатке, тем больше вопросов я себе задавал. Это и понятно, прошлое всегда покрыто паутиной черноты и, чтобы развеять ее, надо постараться.

— Магиус Теллал, — обратился ко мне в один вечер Лолий, — может убрать эти искореженные дома? Люди на них смотреть не могут, до тошноты пробирает.

— И куда мы их, по-твоему, уберем? — я скептически взглянул на мага, отвлекшись от письма.

— Ну… можно спустить их вниз…

— А остальное? Или ты решил сам дом оставить тут?

На это Лолий не смог ответить, он понимал, что оставлять его тут нельзя — погибнет.

— Накройте их полотнищем, да и все, — нашел я выход из положения. — Потом разберусь с ними, а до той поры никому не приближаться.

Лолий, похоже, был рад такому предложению, я же только, поморщившись, затер исцарапанный воск на табличке — допустил ошибку. Вопрос моего служащего был не праздный. Эти поврежденные телепортационой магией строения выглядели на самом деле отвратительно, такие, точнее, подобные постройки использовали нечеловеческие создания далеко за гранью материального мира. Они были безумны на наш взгляд, но с непредвзятой точки зрения их хаос обладал гармонией. Отвратительной для духа человека.