Чтение онлайн

Содомиты хотя бы положили начало новому термину, тогда как жители Гоморры грешили исключительно ради собственного удовольствия.

Среди прочих существуют награды за военное мужество и гражданскую трусость.

Степени роскоши: собственная машина, собственная вилла, собственное мнение.

Суфлер, страдающий манией величия: подсказывает только главные роли.

Тактичный человек никогда не подаст вида, что заметил допущенную им бестактность.

Там, где в основе лежит несправедливость, справедливость в мелочах только усугубляет ее.

Те, кто творит историю, часто заодно и фальсифицируют ее.

«Только я могу рассуждать о цвете, – сказал дальтоник, – потому что я беспристрастен».

Тот, кто светит отраженным светом, нередко думает, что светил бы ярче, если б источник света погас.

Трусливый заяц смешон, храбрый заяц – еще смешнее. Достоинство сохраняет только заяц, запеченный в сметане.

У каждого своя навязчивая идея: одному кажется, что кто-то за ним ходит, другому – что кто-то за ним стоит.

У лжепророков документы обычно в полном порядке.

У Пегаса должно быть лошадиное здоровье.

Уж лучше буква закона, чем его цифры.

Уровень проповеди имеет мало общего с высотой амвона.

Фальшивый Мессия, фальшивый Иуда и, что хуже всего, фальшивые тридцать сребреников.

Хороший пропагандист может убедить даже при помощи правды.

Хочешь добиться расположения наставника? Дай ему возможность время от времени исправить твою ошибку.

Хуже всего зануды с интересной биографией.

Хуже всего запоздавшее эхо, которое отзывается, когда ты уже отрекся от сказанного.

Царь Дарий создал «глаза и уши царя», но вдобавок создал «руки царя», которые эти глаза закрывали, а уши затыкали.

Читая проповедь, убедись, обеспечен ли надежный отход с амвона.

Что с того, что он верно служил одному господину? Его господин тем временем служил двум господам.

Чтобы прославиться, нужно сорок лет заниматься живописью, или двадцать лет писать бестселлеры, или десять лет играть главные роли в театре, или пять лет блистать в кино, или в течение месяца ежедневно зачитывать по ТВ кулинарные рецепты.

«Это лишь видимость глубины, – сказал он, – буль-буль-буль…»

Я никогда не ударю лежачего, разве что он попытается встать.

Многие катастрофы случились точно по расписанию.

Не спеши обращать грешников прежде, чем они согрешат.

Что хуже: интеллигенты, пишущие для полуинтеллигентов, или полуинтеллигенты, пишущие для интеллигентов?

Есть люди, которые всегда идут в первых рядах; в случае успеха они объявляют себя вождями, в случае поражения – говорят, что их гнали вперед как заложников.

Начинающий Иуда вкладывает в свой поцелуй много искреннего чувства.

Совершенно бесполезных людей всегда можно заменить теми, кто был бы полезен совсем на другом месте.

Память – странное сито: на нем остается все хорошее о нас и все плохое о других.

Иногда настоящая схватка начинается на пьедестале почета.

Неделя награждается воскресеньем.

Так много умеющих предвидеть и так мало умеющих предупредить.

Нужно усложнять, чтобы в результате все стало проще, а не упрощать, чтобы в результате все стало сложнее.

Заседающие не пришли к согласию – перерыв в заседаниях был слишком краток.

Совершил столько ошибок, что самое время подвести под них какую-нибудь теорию.

Редко возвращаются из эмиграции те, кто вовсе не уезжал.

Труднее всего обновить ходячую энциклопедию.

Вечность не есть сумма времени.

Волна поднимает на гребне и топит.

Воодушевление битвой помогает солдату, но губит вождя.

Все готовы помочь тем, кто ничего ни от кого не требует.

Даже муравьи перестанут трудиться, если дать им крылья.

Две страсти слабее одной.

Дороги долговечнее пирамид.

Если б исход войны можно было предвидеть, прекратились бы всякие войны.

Когда Бог сотворил человека, нужда в Сатане отпала.

Кто сидит верхом на баррикаде, в того палят с обеих сторон.

Легче обмануть толпу, чем одного человека.

Легче убить льва, чем вывести клопов.

Лучше враг задарма, чем друг за деньги.

Можно представить себе, что река потечет вверх – но не поперек.