Шрифт:
РЕПТИЛИИ
С детства я испытывала чувство гадливости по отношению к лягушкам и панически боялась змей. Я даже не самих змей боялась, поскольку никогда их в природе не наблюдала, а какого-то абстрактного понятия «змея», чего-то такого длинного и коварного, которое может тихо подползти и укусить. Причем эти коварные змеи могли атаковать меня где-то там, в дикой природе, а не на даче в Монино, где дома были построены прямо в лесу, я змей не боялась. Дачный поселок был обнесен двухметровым забором, на въезде вооруженный часовой – какие тут могут быть змеи? Вот когда мы все семьей выбрались в незнакомый лес за грибами, вот тут-то я на шаг боялась отойти от взрослых, потому что мне везде мерещились змеи.
Но это произошло. Это случилось. На секунду я задержалась одна у какого-то кустика. Я глянула под кустик, а там из травы выглядывала узкая головка змеи. Змейка явно грелась на осеннем солнышке. Не чуя под собой ног, я рванула к взрослым и, захлебываясь словами, стала рассказывать про спящую змею, пригревшуюся на солнышке.
Меня внимательно выслушали, а потом спросили, почему я решила, что змея была спящей. «Так у нее же были закрытые глаза»,– выпалила я. И тут все расхохотались. Оказалось, что змеи глаз никогда не закрывают, вернее, не открывают. Змеям хлопать веками – без надобности, ведь у них верхнее веко прозрачное. Вот так они и живут с вечно закрытыми глазами, но при этом все видят. Да и видят-то они не глазами, а особыми нервными точками на морде, реагирующими на тепло, поэтому про них можно сказать, что они «видят» в темноте, хотя это не глаза их видят, а особые точки воспринимают инфра-красные, то есть тепловые лучи. А глазами они гипнотизируют несчастных мышек, лягушек, птенчиков и прочую мелочь, которую надо обездвижить для удобства поглощения.
После этого случая я стала легче относиться к змеям, не то чтобы мы перешли на фамильярное «ты», нет, напряжение и опаска остались, но панический ужас прошел. Я поняла, что терять голову в момент встречи со змеей не стоит. Это может усугубить ситуацию.
Перед поездкой в Африку я старалась поменьше думать об этой стороне ожидающей меня действительности. Мысленно я утешала себя тем, что там, в Посольстве, есть доктор, у него полно всяких лекарств, в том числе, противоядий, а в самом крайнем случае, можно будет обратиться к местному врачу. Уж он-то должен знать, что делать при укусе змеи.
Когда я приехала в свою первую командировку в Гану, первое, что я обнаружила на тропинке виллы, в которую нас поселили, сброшенную шкуру змеи. Шкура была довольно длинная: около одного метра. Я бежала от нее домой как ошпаренная. Я тут же стала расспрашивать про змей всех, начиная от соседей и, заканчивая, прислугой.
Садовник вяло подтвердил, что в нашем саду, действительно, живет ярко-зеленая змея, и обещал позвать меня, когда та будет греться где-нибудь на видном месте.
– Только вот увидеть ее трудно. Она же зеленая, вот и прячется в кустах, в листве деревьев и траве.
– В траве?!!! Так значит, по траве лучше вообще не ходить?
– Конечно, лучше не ходить даже по скошенной. А уж если траву неделю не косили, то и близко к ней не подходите.
Хорошенькое напутствие. А что, интересно, скажут соседи, белые люди, которые живут тут много лет.
– Змеи? Да они тут везде. Главное, когда идете по дорожке топайте сильнее – они и уползут. По травке тоже не особенно гуляйте, мало ли… Говорите, что змея зеленая? Так это зеленая мамба. Она очень застенчивая змейка, сама на человека не нападает, разве что вы на нее наступите. Ну, смотрите под ноги повнимательнее.
– А если все-таки она меня укусит, кому звонить, куда ехать?
– Да никому нет смысла звонить. Зеленая мамба – это десять минут жизни. Все равно, вы ничего не успеете сделать.
– А что, есть еще какие-то другие мамбы?
– Есть еще черная, но это вообще пять минут. Но черная мамба наглая. Она встает на хвост и очень быстро передвигается. Если увидите черную змею, ползущую в форме цифры 2, бегите, что есть сил. Это либо мамба, либо черная плюющаяся кобра.
– Какая кобра?
– Плюющаяся. Она не кусает, а плюет ядом, но умеет это делать точно в глаз. А это похуже укуса. Тут яд сразу на слизистую попадает, а оттуда в кровь и в мозг.
– Ничего себе картинку вы мне нарисовали! Надо посольского врача спросить, есть ли у него какие-нибудь препараты от укуса змей.
Услышав мой вопрос, врач как-то стушевался.
– Вы понимаете, нам регулярно шлют лекарства, но самолетом посылать дорого, поэтому посылают морем. Вот недавно посылка с лекарствами пришла, но ее пришлось выбросить, потому что все препараты были покрыты плесенью.
– Выходит, что перспективы у нас самые, что ни на есть, радужные: последние 5-10 минут жизни можно провести так, как тебе больше нравится. Главное не суетиться и не мельтешить.
– Ну, а что я могу сделать? – стал оправдываться доктор.– Я регулярно заказываю нужные лекарства, но если они плывут морем по полгода без холодильника, чего же от них ждать?
– Известно, чего ждать. Ждать, когда гром грянет. Только тогда мужик и перекрестится.
Гром грянул довольно скоро, причем сразу в двух местах. Сначала это произошло на пляже, куда все посольство вывозили по выходным купаться и играть в волейбол. Детишки обнаружили черную мамбу в тот момент, когда она пыталась сбросить с себя старую шкуру, пролезая в щель между камней какого-то полуразрушенного строения. Эта полу-снятая шкура лишила змею маневренности. Детишки стали кидать в нее ветками, легкой копрой от кокосовых орехов, пригоршнями песка. Все это могло только разозлить змею, но никак не навредить ее здоровью. Дети подняли страшный визг. Только после этого мамаши лениво повернули свои головы в их сторону. Увидев извивающуюся на фоне голубого неба змею, они начали орать не менее истошно, чем их дети. Ни одна из них даже не пошевелилась, чтобы вмешаться и увести детей из опасной зоны. Они стали звать мужей, которые находились очень далеко и были увлечены игрою в волейбол. Мужчины долго не могли понять, чего от них хотят. Ситуацию разрулил местный водитель. Он молча подошел к извивающейся змее и перебил ей хребет палкой в нескольких местах. После этого инцидента врач пошел докладывать послу о том, какая реальная ситуация сложилась в посольстве с противозмеиной сывороткой. Его внимательно выслушали, пообещали разобраться, да так ничего и не сделали.
А вот когда на территории резиденции посла прямо с дерева на дорожку упала змея и укусила кота, который сразу же весь опух и умер в страшных муках, вот тогда врачу посольства было разрешено заказать вакцину в Германии.
Но на этом мои отношения с африканскими змеями, вроде бы, закончились. Был еще один эпизод на Мадагаскаре, но он тоже оказался курьезным, как в моем раннем детстве. Как-то раз утром я вышла к бассейну и увидела, что на бетонной кромке бассейна в первых лучах восходящего солнца греется маленькая змейка. Мимо как раз шел садовник. Я сделала квадратные глаза и показала ему на змейку. Он весело улыбнулся, кивнул головой и ушел. Я думала, что он пошел за какой-нибудь палкой поувесистей, чтобы вернуться и убить аспида, но ничего подобного не произошло. Когда он снова появился в поле моего зрения, я уже с истеричными нотками в голосе сказала ему:
– Tiens! Serpent!
На что он снова улыбнулся мне самым милым образом и ответил:
– Oui, madam.
Он опять не предпринял никаких действий по отношению к змее. Я пошла жаловаться к мужу. Тут над моей змеефобией посмеялись второй раз в жизни. Оказалось, что на Мадагаскаре НЕТ ядовитых змей, поэтому их никто не боится, не прогоняет и, уж тем более, не убивает.
Как бы мне хотелось, чтобы мои взаимоотношения со змеями исчерпались вышеперечисленными эпизодами! Но как знать.