Чтение онлайн

Большого смысла в моём вдруг возникшем интересе всё равно не было. Я собиралась через месяц-другой уехать работать по контракту в Японию и оставить Россию минимум на полгода…

Мы направились с пляжа к тому месту, где стояла их машина.

Интересно, какая у них тачка?

В каком-то смысле большинство девушек инстинктивно оценивает мужчин по их авто.

Недалеко стояла стильная белая Toyota Camry…

Но нет. Мимо.

А жаль…

У ребят оказалась обычная KIA Rio Sedan серо-болотистого цвета…

Легкое разочарование.

Краем глаза глянув на номер, я обратила внимание, что регион ростовский. А значит, машина Александра…

Не успев толком тронуться с места, мы тут же оказались в жуткой пробке. Да, это было волгоградское воскресенье жаркого лета, когда вот так просто с пляжа не уехать…

Саша, сидевший за рулём, сделал опасный манёвр, от которого меня резко шатнуло в сторону.

Мужчина выехал на встречную полосу!

– Девчат, извините, терпеть не могу эти пробки, – виновато произнес он с ноткой раздражения и стал дерзко нарушать правила дорожного движения, похлеще, чем мой родной отец. Но мой папа был капитаном ГАИ, «царем» и «богом» на дороге, поэтому ему не писаны были правила. А кто был этот Саша, что позволял себе так нагло себя вести – было пока непонятно.

– Ого-го, ты поосторожнее, – усмехнулась я. – А то остановят, придется мне своим братьям в ГАИ названивать, чтобы тебя потом не наказали.

Саша не обратил на мои слова ни малейшего внимания и продолжил лихачить. Делал он это крайне виртуозно.

Во мне, привыкшей с самого раннего детства к адреналину и опасным мужчинам, такая манера вождения тут же отозвалась бурлящими внутри эмоциями. Глупо, но я любила адреналин, скорость и дерзких мужчин, нарушающих правила.

«Наверняка и сексом он занимается так же, как и водит машину…», – невзначай промелькнуло у меня в голове.

Несмотря на яростное вождение, выходящее за рамки разумного, очередную пробку нам все же миновать не удалось. Чтобы ожидание не было таким уж нудным, я сказала ребятам, что увлекаюсь астрологией, и попросила назвать свои даты рождения.

– Второго марта, – сказал Павел.

«Какой кошмар, – подумала я. – Хорошо, что не первого.»

Первого марта был день рождения у моего бывшего гражданского мужа, и все, кто смутно мне о нём напоминал, вызывали во мне глубокое чувство отторжения и неприятия.

– А год? – спросила я.

– Девяностый. Скоро тридцать, – как-то довольно стеснительно заявил Паша и вздохнул. Парень, наверное, даже не подозревал, что мы с Кристиной-то постарше его будем.

Ну и пусть думают, что мы малолетки, так даже интереснее…

– Так… – я стала считать. – Две девятки – это ум. Должна быть неплохая память. Есть двойка – это природная энергия. По знаку зодиака ты рыба, а значит, имеешь свой глубокий, непостижимый внутренний мир, понятный только тебе!

«Да, только тебе, млять, и никому больше, – мысленно добавляю я. – Ох уж эти шибанутые рыбы! Их непонятный неизведанный глубокий мир я терпела целых шесть с половиной лет! К чёрту теперь их глубину, ёбн*тость и непостижимость. Теперь я выбираю только земных мужчин, которые не летают хрен знает где!

– Саша, а у тебя какая дата? – обратилась я к Александру.

– Восьмое октября.

Хм… А этот чёртовы Весы… Вот так компашка.

К этому знаку я тоже относилась с большим недоверием. И тоже, кстати, из-за бывшего мужчины. И звали его так же, Александром. Недоброе совпадение. Совсем. Весы всегда ищут внутренний баланс, но никак не могут его найти и поэтому кидаются из крайности в крайность, зачастую ведя себя крайне неадекватно, необоснованно и неуравновешенно. А мой бывший Саша и вовсе был отъявленным психом.

Но надеюсь, что этот – не такой.

Хотя, чёрт возьми, какая разница?

– А год какой? – спрашиваю я.

– Восемьдесят седьмой.

– Старик он уже, – подтрунивает Паша.

– Так, так, так… восьмёрки… Восьмёрки говорят о чувстве долга и ответственности, – заявляю я.

Конечно, то, что я сказала этим молодым мужчинам, больше относилось к баловству. Чтобы узнать их характеристику по датам рождения, мне нужно было сделать свои расчёты. Но даты их у меня уже были, а значит, если они меня по-настоящему заинтересуют, я их обязательно просчитаю.

Когда мы уже наконец выехали на свободную трассу, я всё же с любопытством спросила:

– Так что у вас за секретная деятельность такая?

– Не могу сказать, – вновь отозвался Саша.

– Ну, значит, наверняка что-то криминальное, – ляпнула я и отвернулась к окну.

– Почему сразу криминальное? – усмехнулся мужчина.

– А что еще может быть такого, о чём нельзя говорить?

– Ну, например, федеральная служба…

– Что это ещё за федеральная служба, о которой ничего нельзя сказать?

Мужчина хмыкнул:

– Всё тебе надо знать…

– Я любопытная.

– Любопытной Варваре…

– Да ладно! Что случится такого, если мы узнаем?

– А вдруг вы шпионки? – шутканул он.

– Ага. Они самые. – Немного помолчав, я наигранно фыркнула, – Ну ладно, не хочешь, не говори. Хотя это нечестно! Мы-то рассказали, чем занимаемся…

– Ладно… – вздохнул Александр. – Мы работаем в ФСО, – серьезным голосом произнес он.

– Что это? ФСБ знаю, а про ФСО впервые слышу… Что это за подразделение такое?

– Федеральная служба охраны первых лиц государства… – довольно важным тоном заявил он. – Только никому не говорите… Это секретная служба. Никто ничего не должен знать…

– Говоришь, никто не должен знать, а тут же сам и проболтался! – сразу подколол его Паша.

«Действительно, – подумала я. – Либо всё не настолько секретно, либо лжет, а может, просто так хочет похвастаться своей работой, что не в силах удержать эту «страшную тайну».

– Я буду надеяться, что девчонки никому не расскажут, – отмахнулся от друга Саша.