Чтение онлайн

Я бежала вдоль берега реки, мои мышцы горели, кровь ревела в ушах. Казалось, я находилась в пути несколько часов, пока, наконец, не наткнулась на первый кусочек удачи за несколько недель: старое перевёрнутое каноэ на берегу реки. Я лихорадочно столкнула маленькую лодочку в воду, затем запрыгнула внутрь.

Я позволила течению уносить меня на восток, брызги ледяной воды прилетали мне в лицо, пропитывали одежду. Я просто хотела закрыть глаза на несколько минут…

Я почти не заметила, что каноэ несётся прямиком к острому выступающему булыжнику. Я увидела его в последнюю секунду и принялась панически грести, всё же сумев повернуть каноэ в сторону. Бок задел булыжник, и меня едва не выбросило из лодки. Восстановив равновесие, я осознала, что плётка выпала из моей сумки. Наверное, она валялась где-то на земле в полумиле отсюда.

Я задрожала в промокшей одежде, пока каноэ продолжало дрейфовать вперёд.

Добравшись до поворота реки, я воткнула весло между камней на дне, остановив движение лодки. Я выпрыгнула на землистый берег реки и начала шагать на север, стуча зубами.

Мои глаза закрывались на ходу, и я щипала себя, чтобы не заснуть. Мой желудок урчал. Такое чувство, словно я буду вечно идти здесь в полном одиночестве.

К тому времени, когда я добралась до дубовой рощи, я онемела изнутри и снаружи. Всё ещё забрызганная ледяной речной водой, я дошла до огромного дуба в центре рощи, который источал золотистое свечение.

Я провела пальцами по коре, чувствуя, как его энергия течёт через меня. Когда я прикоснулась, в коре медленно открылся проход ровно такой величины, чтобы я смогла пройти.

Я шагнула в ствол, затем в последний раз обернулась на Триновантум. Моя кровь похолодела.

Там, на другом берегу реки стоял Роан, наблюдавший за мной, и его тело купалось в медовом свете.

Я шагнула глубже в дуб, и прилив чистой, свежей магии рябью пронёсся по моему телу.

Первым, что я услышала, стал звук едущих машин. Рокот моторов, визг тормозов. Затем я обратила внимание на воздух — он был более тёплым и влажным.

Моргнув, я посмотрела по сторонам. Я стояла в узком переулке. Всё моё тело обмякло от облегчения. Бледный свет позднего утреннего солнца омывал улицы.

Я нашла дорогу обратно в мир фастфуда, рекламных пауз и интернет-мемов. Здесь никто не кормился моими чувствами, не называл меня смейри, не трахал мне мозги магией. Никаких темниц для пыток, никаких тюрем…

И тут я вспомнила, что здесь я была беглянкой. Полиция искала серийного убийцу. Они убедили себя, что я причастна. Но после моего маленького приключения в Триновантуме я довольно хорошо представляла себе, кто убийца.

Мне надо связаться с Габриэлем. Я вышла из переулка, копаясь в сумочке в поисках телефона. Когда он отказался включаться, это не стало большим шоком. В конце концов, я протащила его через ливень, искупала в воде и немножко обмакнула в студёную реку.

Посмотрев по сторонам, я узнала некоторые здания, которые видела, когда Роан водил меня к Лондонскому камню. Через несколько секунд я обнаружила местечко под названием «Кофейня Зелёного Человека» [17] .

Задрожав, я открыла дверь.

Я подошла к хромированной стойке и отбросила волосы с лица. За столиками сидело несколько матерей с детьми в колясках, которые пили латте и косились на меня так, точно я только что заползла с улицы. Собственно, так и есть. К тому же я была одета в рваную зимнюю куртку в июле.

Мужчина с толстыми чёрными очками стоял за прилавком, прямо перед зеркалом.

— Могу я вам помочь?

— Можно мне воспользоваться вашим телефоном? Это важно.

Он поджал губы, смерив меня взглядом с головы до пят и задержавшись на груди. Моя одежда была влажной, и материя куртки липла к голой коже.

— Если вы не собираетесь ничего покупать, мне придётся попросить вас уйти.

Раздражение полыхнуло, и мне пришлось сдержаться, чтобы не потянуться через прилавок и не схватить его за воротник. Вместо этого мой взгляд скользнул поверх его плеча к отражению. Я нащупала зеркало, позволила своему разуму объединиться с ним, ощутить его стеклянную поверхность у себя в голове. Я подняла руку, разрешая пламени вспыхнуть на моей руке в отражении, да так высоко, что оно дошло до верхней части зеркала.

Одна из мамочек вскочила со стула, уставившись на нас. Над нашими головами я нарисовала изображение накатывающих чёрных облаков. Моё лицо мерцало, сделавшись крупнее обычного и нависая над всеми. Волосы отражения развевались, в глазах плясало пламя.

— О Боже! — женщина показала пальцем, и её лицо выражало потрясение.

Бариста медленно повернулся, чтобы посмотреть в зеркало. Когда он вновь посмотрел на меня, его лицо побелело.

— Дай мне телефон, — резко сказала я. Лицо в зеркале передавало мою злость — красные полыхающие глаза, острые когти.

Бариста ещё раз глянул в зеркало, затем кивнул. Его глаза выпучились, губы дрожали. Мамаши лихорадочно упаковывали игрушки своих детей в сумки и направлялись к выходу. Бариста медленно достал руку из кармана и протянул мне свой телефон. Пока я набирала номер Габриэля, отражение в зеркале замерцало, возвращаясь в норму.

— Алло? — я слышала напряжение в голосе Габриэля.

— Габриэль, это я.

Он протяжно выдохнул.

— Где ты, во имя грёбаного ада?

— Возле Уолбрука, кажется, — я покосилась на перепуганного бариста. — Какой у вас адрес?

— Ломбард-стрит, дом 1.

Я повторила это Габриэлю.

— Я приеду и заберу тебя. Оставайся там.

Я завершила вызов, вернула телефон дрожащему бариста и уселась за один из теперь уже опустевших столиков. Мои мышцы горели от утомления, и я бросила уставший взгляд на бариста.

— Кофе, пожалуйста, — сказала я. — И погорячее. Я замерзаю, бл*дь.

Итак, я полностью отбросила вежливость. Но честно говоря, я практически уверена, что они и так именно этого ожидали от американцев. Особенно от чудовищных американцев с пылающими глазами.