Чтение онлайн

Присутствие Марека в такой лавочке, как эта, можно было объяснить лишь наличием родственных отношений. Фактически контора служила лишь расчетным центром для получения денег за поставки продукции и оплаты закупаемого оборудования. Ну и для пополнения собственного личного счета олигарха в одном из швейцарских банков. И для подобной деятельности требовался даже не человек, а просто полчеловека. Вся работа велась из Москвы, а тут лишь подписывали контракты и пересылали деньги. А должности в Швейцарии были придуманы для не знавших, чем занять себя родственников. И теперь все были при деле и козыряли деловыми карточками со звучными названиями. Плюс имели возможность легально обитать на Западе.

Не прошло и пяти минут, как на трее ее дисплея начала мигать иконка. Кто-то пытался влезть в ПК Вероники. Она встала и направилась к кабинету пострадавшего.

– Хватит! Кончай! – сказала женщина, открыв дверь.

– Больше не буду, – поспешно ответил Марек и попытался улыбнуться.

В полутьме комнаты с единственным источником света от дисплея это выглядело как страшная гримаса. Вероника поспешно закрыла дверь.

Но вскоре он возник вновь.

– Слушай! Время обеда. – Марек стоял в проеме двери. – Кончай копать! Тут есть классная бодега поблизости. Пошли перекусим.

Вероника не знала, что это такое.

– Давай, красавица! – обратился Марек к Ане. – Собирайся! Ты что любишь?

– Пиццу, – ответила девчушка, насупившись.

– О! Там есть тапас. Прямо как пицца. Только маленькие. Подойдет?

Аня вопросительно взглянула на маму. А Вероника почувствовала, что настало время перетереть с этим весельчаком некоторые вопросы. Такие, чтобы отмазаться, продадут всех и вся.

– Хорошо. Мы идем.

Это был маленький испанский ресторанчик с удивительно приятной атмосферой.

– «Авила» – лучшее испанское пиво, – порекомендовал Марек.

Вероника отказалась, а он с удовольствием отхлебнул пенный напиток. Насладившись, навалился на стол и, глядя ей прямо в глаза, начал:

– Ну что? Когда нас в тюрьму засадишь?

Разговор шел по-английски.

– Это не моя задача. Тюрьма тебе грозит в Штатах.

– А мне туда не надо. Я – израильтянин. А наши своих не выдают.

– Ты в Швейцарии.

– Какая разница? Наши и здесь крепко сидят.

В этом у Вероники не было сомнений. Но это было лишь разминкой. И оба это понимали. Марек попытался зайти с другой стороны:

– Слушай! А ты откуда такая? Я тут копнул. Ты нигде не значишься.

Это было действительно так. Вероника тщательно зачистила свое прошлое. И настоящее, и вымышленное. Она взломала сайты, где могло упоминаться ее имя и находиться ее изображение, и удалила оттуда все данные, чтобы начать новую жизнь с чистого листа. И согласно их письменной договоренности после завершения дела о потрошителях ФБР тоже убрало из своих досье все сведения об ее прошлых художествах.

– Сделал пару звонков, но никто ничего о тебе не знает. Ты откуда взялась?

– Из Нью-Йорка.

Ну, не рассказывать же такому, как он, обо всех перипетиях своей биографии.

Тут принесли заказанные тапас, и они выглядели весьма аппетитными. Аня стала выбирать из подноса те бутербродики, которые напоминали ей любимую пиццу. За все время их разговора девочка не проронила ни слова, она жевала и смотрела в экран своего нетбука, который стоял рядом.

– Знаешь? – сказал Марек, занятый разглядыванием блюда и решая, с чего начать. – Чего тебе напрягаться? Мы тут соберем для тебя немного теста. Посидишь и отвалишь! Сколько ты получаешь от дядюшки Скруджа?

Ей предлагались банальные отступные. Заинтересовало «мы соберем». Но это тоже было разминкой. Ни он, ни она не верили в соглашение на этом этапе. «Мы» могло означать что угодно. Может быть, даже ничего.

Вероника не удостоила его ответом и тоже стала разглядывать принесенные тапас. Какое-то время прошло в молчании. Все с сосредоточенным видом жевали. Потом пошел обмен фразами о вкусовых пристрастиях каждого из них, кто, что и где ел. Ане еда тоже понравилась, и она не напрягала нытьем. Стороны выжидали, кто начнет первым. Для этого и собрались, а не для того, чтобы перекусить. Когда запас тапас подошел к концу, Вероника решила, что пора.

– Слушай! Что ты делаешь в следующую субботу?

Это было датой сессии в «Сексодроме». Марек на секунду замер.

– Это предложение?

– Может быть.

– Давай перенесем на воскресенье!

– Нет. Не получится. Только в субботу, часа в четыре дня.

Он был слишком умен, чтобы не понять, и весь его вид говорил об этом.

– Хочешь поучаствовать?

– Нет, Экибастуз. У тебя же есть партнер.

– Заглянула в архив? Какой я? Горяченький?

– Нет. Не в моем вкусе.

Марек попытался сделать обиженное лицо, но это плохо получилось при его пластырях, и он занялся остатками еды на своей тарелке. Ему требовалась пауза, чтобы осмыслить ситуацию.

В это время Аня пододвинула к матери свой нетбук, где на экране в блокноте стояла фраза: «Почему он горячий?»

Вероника отстучала на клавиатуре ответ: «Заболел. Температура».

Девочка успокоилась.

– С дядюшкой Скруджем уже успела перекинуться словцом? Как он там? Все ему доложила? – Марек покончил с тапас и поинтересовался, чем ему может грозить подобная информированность Вероники.

– Поговорили. Он идет на поправку.

Вероника проигнорировала вторую часть вопроса и решила повысить свои очки:

– Ну и его жена мне звонила. Так. Перекинулись парой слов.

Что было сущей правдой. Действительно успела сказать лишь несколько слов.

– Вау! Я никогда не имел чести разговаривать со своей тещей. Да и с тестем виделся всего один раз.

Вероника предположила, что это было тогда, когда олигарх пытался откупиться от потенциального зятя. Как оказалось, не удалось. Но информация была полезной. В Сети ей не удалось найти никакого упоминания о жене Марека. А теперь она получила доказательства родственных связей с олигархом. Та была его дочкой.