Агитлубки (1923)
Шрифт:
60 выбежал котище -
черный,
прыткий,
как будто
прыть
лишь для этого берег.
Всю дорогу
Ферапонту
перебежал поперек.
Думает Ферапонт:
70 "Черный кот
хуже похорон
и целого
поповского
собора.
Задам-ка я
боковой ход -
и перелезу забором".
Забор
за штаны схватил Ферапонта.
80 С полчаса повисел _о_н там,
пока отцепился.
Чуть не сутки
ушли у Ферапонта
на эти предрассудки.
Ферапонт прихватил фельдшера,
фельдшер - щипчик,
бегут
к подавившемуся
ветра шибче.
90 Прибежали,
а в избе
вой и слеза -
сын
скончался
полчаса назад.
А фельдшер
говорит,
Ферапонта виня:
"Что ж
100 теперь
поднимать вой?!
Кабы раньше
да на час
позвали меня,
сын бы
был
обязательно живой".
Задумался Ферапонт.
Мысль эта
110 суеверного Ферапонта
сжила со света.
У моей
у басенки
мыслишка та,
что в несчастиях
не суеверия помогут,
а быстрота.
[1923]
ВАРИАНТЫ и РАЗНОЧТЕНИЯ
Вон самогон! (стр. 169)
Черновой автограф в записной книжке 1923 г., No 20:
Заглавие и подзаголовки отсутствуют.
7 I Заползай в крестьянские уши
II Залетай в крестьянские уши
11 I дни окончить смертью сучьей
II жизнь окончить смертью сучьей
25-27 Но на каждом из них крыша словно заря
34-35 I а мужик ходил да шапчонку ломал
II а мужик глядел да шапчонку ломал
56 курьей ножкою держится еле
62-64 I меж мышей и ветра вывшего
проживала Агафья Водкина
II проживала меж ветра вывшего
Степанида Саврасьевна Водкина
65-66 Жена станового бывшего
72-73 Все 14 шкур а не то что семь
75-76 I Грабил их становой целых 20 лет
II Обирал становой целых 20 лет
77 I 20 жили тишкинцы...
20 жили воя и ноя.
78-80 становой жирел а жена ранет
84 постреляла для важности вящей
88-89 не простясь аж с супругой спящей
90 пожелтел Степанидиных щек ранет
96 из резинных стали дебелые
99-100 Прощена добротой мужика и живет
103-104 Днем глядит в окно как собака на кость
123 Слов не слыша от крысьего писку
133 Слезы радости мчат со всех со щек
134 Оказалась записка от мужа
142-145 отсутствуют.
155 сто бутылей скрытых корзиною
156 I протащили какой-то тяжелый куб