Чтение онлайн

– И что этой… хм… мадам надо было? – поинтересовался Луи. В зеленых глазах на миг вспыхнул красный огонек или мне снова показалось? Но решила ничего не таить и рассказать все, как есть. Тем более было бы что скрывать. Горожане прекрасно знали о нас с Филиппом. Причем никто не осуждал бывшего жениха, а вот на меня многие ехидно смотрели. Только благодаря соседке мадам Дюмаж я не опускала руки. Она потеряла любимого мужа, но нашла в себе силы жить дальше и мне часто говорила:

– Господь наш не пошлет испытания, которые нам не по силам, а ты сильная девочка. Справишься.

– Нет, – упрямо качала я головой.

– Счастье приходит, когда его не ждешь. – Мадам Дюмаж прижимала меня к себе, и я рыдала на ее полной груди, но после наступало успокоение, и появлялись силы жить дальше.

– Ты ничего не потеряла, – махнул рукой месье Савар после того, как я рассказала ему о Филиппе. – Бедняга уже кусает локти и с радостью сбежал бы от жены к тебе, но мадам Камилла очень властная молодая женщина.

Месье Савар закрыл за четой Лавуан дверь и повесил табличку «Закрыто», после подмигнул мне и велел следовать за ним. Я снова оказалась у Луи в кабинете и пила горячий чай с круассанами. Только он оказался настолько приятным собеседником, что я рассказала ему все. И про школу, и про первую любовь, даже о маминой болезни поведала, и как она умерла с улыбкой на губах.

– Твоей маме повезло, – сказал месье Савар, – у Гермеса, значит, было хорошее настроение, и я уверен, всю дорогу до подземного царства Аида он развлекал ее душу различными смешными историями.

– Гермес? – неловко спрашивать у Луи, но очень интересно узнать, кто такой Гермес.

– Ты что, в школе совсем не изучала греческих богов? – удивился пожилой мужчина и с легким стуком поставил чашку на стол. Он больше не улыбался, а казался даже расстроенным.

– Ну почему изучала. Я знаю, кто такой Зевс, Аид, Аполлон, Афродита, – стала перечислять Луи имена греческих богов. Совсем не хотелось разочаровывать милого старика.

– Гермес – бог торговли, а еще вестник богов. Он встречает умершие души и провожает их в подземный мир. Ведет к реке Стикс, где верный Аиду перевозчик душ, мрачный старец Харон, переправляет мертвых по водам подземных рек в царство мертвых. Надеюсь, ты положила покойной матери хотя бы одну монету, чтобы ее душа смогла расплатиться с Хароном? – обеспокоенно произнес месье Савар. – Иначе душа твоей мамы будет без отдыха вечно скитаться возле берегов Стикс.

Луи так строго взглянул на меня, что я принялась торопливо вспоминать. Но тот день прошел, как в тумане. Я двигалась, ела, говорила, потому что так надо было. И все.

– Я… не помню, – прошептала печально.

– Не помнит она, – заворчал месье Савар, – с такими вещами не шутят. Ну хоть что-то металлическое было на ней? На одежде или на обуви?

– Пуговицы, пуговицы… металлические на платье, – взволнованно всхлипнула.

– Значит, этим и расплатилась.

Раздался громкий стук, и дверь кабинета широко распахнулась. На пороге показался молодой человек приятной наружности, среднего роста, крепкий, уверенный в себе, одетый в хороший костюм с галстуком. Темные волосы у незнакомца были коротко подстрижены, а серые глаза искрились весельем, в руках он держал пальто и шляпу. Молодой человек широко улыбнулся, а я, как завороженная, застыла с круассаном в руке. Такой красивой улыбки не было ни у кого в нашем маленьком городке.

– Месье Савар! – воскликнул обаятельный незнакомец.

– Месье Савар! – В дверях появилась худощавая женщина с курносым носом и прилизанными пшеничными волосами. Взволнованная, она сразу обратилась к хозяину магазина. – Я не успела остановить этого наглеца. Простите!

– Ничего страшного, мадам Бенуа. Принесите нам еще одну чашку чая и круассанов.

Женщина бросила на меня быстрый взгляд, кивнула и торопливо ушла. Внешностью она напомнила мне мопса. У моей подруги была такая собака, и она всегда так неприятно чавкала, когда трескала еду, а еще громко храпела. В общем, мадам Бенуа таким же неприязненным взглядом посмотрела на меня, как и тот мопс, когда я приходила в гости к подруге.

– Почему у вас магазин закрыт средь бела дня? – вместо приветствия поинтересовался наглец.

Конец ознакомительного фрагмента.