Чтение онлайн

К вечеру многие команды уже заложили основы своих домов. Кто-то подтаскивал бревна, кто-то начал громоздить стены. Девушка с короткой стрижкой вырыла неглубокую, по пояс, яму и обкладывала ее досками, которые были завезены сюда вместе с прочими материалами. Кажется, она пыталась сложить что-то вроде землянки.

Солнце наполовину скрылось за стеной Академии, уже потянуло понизу холодком, и только после этого меня осенило, что ночевать придется под открытым небом. Нам с Теданем не привыкать, а вот Мэй может простудиться.

Пока девушка занималась чертежами, я сложил из досок скромный шалаш, напомнивший мне каморку в Сером районе, где я жил после продажи дома. Одеял и огненных камней выдали по одному на человека, пообещав лишь, что в конце недели дадут полный набор утвари.

Тедань в это время занимался стряпней, и когда солнце село окончательно, Мэй свернула бумаги, подъехала к котелку и жадно втянула воздух:

— Вкусно пахнет. Что это?

— Мешанка, — ответил парень, — мама всегда ее готовила после тяжелой работы.

Судя по виду, секрет приготовления мешанки заключался в том, чтобы нарезать как можно больше разных продуктов и сварить их в одном котле. Но было горячо и сытно — то, что нужно после голодного дня.

— Я закончила чертеж, — сказала Мэй, проглотив несколько ложек варева. — Раз нас только трое, и все мы новички в этом деле, думаю, что лучше всего сложить стены из кирпичей, а изнутри обшить их деревом для тепла. И полы лучше сделать деревянными. Но самое тяжелое — это крыша. Если дом будет слишком большим, то мы не справимся с ней.

— Полагаемся на твою мудрость, — отозвался я.

После ужина я показал девушке шалашик, где уже лежало одеяло. Я заранее завернул в него огненный камень, куда влил толику Ки так, чтобы он согревал, но не обжигал.

С приветливого живого личика Мэй вдруг стерлись все эмоции и краски, оно мгновенно стало холодным и бесстрастным, словно девушка надела фарфоровую маску.

— Благодарю, — бросила она, встала с кресла, вошла в шалаш и прикрыла входное отверстие доской, которую я приготовил вместо двери.

Как я и думал, Тедань ничего не заметил и продолжал соскребывать остатки мешанки со дна котла. Что я сделал не так?

Для нас с Теданем я успел соорудить лишь небольшой настил, только чтобы спать не на голой земле, впрочем, ночь ожидалась ясная, поэтому мы спокойно завернулись в одеяла, уложили свои огненные камни под ноги и уснули.

Вскоре я проснулся от странных звуков со стороны шалаша Мэй. Прислушавшись, я понял, что это сдавленный кашель, который она безуспешно старалась приглушить.

— Тедань! — толкнул я друга. — Похоже, Мэй простудилась.

Через секунду Тедань уже был на ногах. Долгое путешествие вместе с караваном не прошло впустую, ему не нужно было время, чтобы протереть глаза да понять, что случилось. Впрочем, он мог привыкнуть к этому еще раньше в горах, где собирал ягоды да пас овец.

Он бросился к шалашу со своим одеялом:

— Сестренка, ты как? Ты замерзла? Держи, закутайся получше. Оно чуть-чуть пахнет, но вполне хорошее. А ты чего сидишь? Тащи свое!

Пока Тедань хлопотал над девушкой, я взял огненный камень и поставил греть воду: крепкий травяной настой поможет отогнать болезнь. Пока вода закипала, я влил побольше Ки в огненный камень Теданя и притащил его к шалашу.

— Вот, положи его в ноги, — приговаривал друг. Он наполовину влез в шалаш так, что снаружи торчала только его пятая точка. — Сейчас Шен приготовит тебе отвар. Почему ты не сказала, что такая слабенькая?

Она говорила, вот только слушал ли ты ее?

— Если нужно больше одеял, я могу попросить у других ребят. Ты только скажи.

Кажется, наш честный Тедань ради малышки Мэй был готов пойти на преступление.

— Я принес отвар. Осторожно, он горячий.

Тедань, не выползая из шалаша, вытянул руку назад, схватил кружку и снова забормотал:

— Это очень полезный отвар, после него сразу вся хворь убежит, сверкая пятками. Только пей по чуть-чуть, маленькими глотками, а то рот обожжешь. Ты чего? Обожглась всё же? Ну, не плачь. Может, что-то еще нужно?

Из шалаша послышались тихие всхлипы. Я не выдержал, схватил Теданя за ноги и вытащил его оттуда. Скорее всего, этот балбес сделал что-то сомнительное или оскорбительное для девушки и сам не понял того.

— Мэй, я прошу прощения за этого парня. Он не хотел причинить каких-либо беспокойств, а всего лишь хотел позаботиться о тебе по мере своего разумения.

— Нет-нет, — услышал я нежный голос Мэй, — всё хорошо. Это я прошу меня простить. Вы так тяжело трудились вчера, а я не даю вам уснуть.

— Сестренка, не плачь из-за этого! Я, Тедань, могу не спать целую неделю. И вообще, если работать по ночам, то можно построить теплый дом для сестренки в два раза быстрее. Шен, зачем ты потащил меня спать? Давай строить дом! — взревел Тедань, и со всех сторон послышались ругательства и шипение. Этот балбес разбудил всех студентов.

Мэй тихонечко рассмеялась, всё еще шмыгая носом:

— Темно же. Как вы будете строить?

— Ничего не темно. Луна вон как светит, аж глаза слепит. А я всё думаю, почему я никак уснуть не могу?

Но я всё же уговорил Теданя лечь спать, ведь иначе мы можем помешать сну Мэй.

На следующее утро мы увлеченно принялись за работу. Мэй всё еще немного лихорадило, поэтому она сидела в кресле, завернувшись в три одеяла, и говорила нам, что делать.

Сначала мы врыли несколько десятков столбов, они должны были обозначать углы всех комнат в доме, затем начали собирать очень сложную конструкцию из брусьев — нашу будущую крышу. Мэй и сама путалась, в каком порядке и как их крепить, поэтому первая попытка водрузить ее на столбы провалилась. Мы даже не смогли ее поднять, так как несколько несущих брусьев треснули, не выдержав нагрузки.