Чтение онлайн

— Вот поэтому я и решил, что лучше с тобой пойду. Я примерно понимаю, кем я буду когда мы вернемся, но не знаю, кем буду здесь. Лучше синица в руке, сам понимаешь.

— Понимаю.

Между тем каждому из нас поверх бронекостюма закрепили обвязку как у промышленных альпинистов, и без особых задержек я первым шагнул вперед. Пролетел в свободном падении больше десятка метров, потом начал отжимать тормоз на устройстве спуска и замедлился. Рядом с криком промчался Ярик, затормозив только перед самым сумраком. Я — поймав регулировкой плавность хода проехал мимо, а вот он двигался рывками с остановками, не находя оптимальную скорость и раз за разом слишком перебарщивая с торможением и разгоном.

Ждать я его не стал и вскоре опустился в сумрак, словно в молочно-белую воду погружаясь. Мгла сомкнулась над головой, из звуков только легкий металлический шелест устройства спуска. На землю приземлились мы практически перед порталом, через который уходил Саргон, идеально точно высадили.

Размером портальная арка была аналогична той, через которую мы в этот мир попали, что питало надежду. И не теряя лишнего времени — меня буквально гнало вперед и вперед, я подошел ближе, почти притащив за собой на ходу освобождающегося от сбруи Ярика. Он задумчиво осмотрел арку, покрытую разными символами, после прислонил ладонь к кадуцею — символу Меркурия, а мгновением позже портал активировался, заполнившись жидким серебром.

— Них… чего себе! Работает! — удивился Ярик.

— Работает, работает! Давай, как выходим, вместе или по отдельности?

— А может…

— Ярик, не может! Пошли, Ушан с нами не идет.

Покачав головой, Ярослав встал первым, мы со Слаем за его плечами.

— На счет три. Раз, два, три! — без лишних предисловий проговорил я, вталкивая Ярика в жидкое серебро прохода.

Глава 17

Вывались мы на выжженную землю на просторах холмистой степи. Солнце в зените, сразу жарит ощутимо. Что радостно — солнце свое, желтое и знакомое. Вдали — в паре километров, видна высокая стена с изгибами по линии холмов.

И никакой арки портала рядом не видно, вот так просто в чистом поле появились.

Оглядываясь по сторонам я понял, что мы оказались в огромном и идеально ровном круге, огороженным высокими стенами в отдалении. Оттуда уже — поднимая столбы пыли, в нашу сторону выкатился комитет по встрече. К нам приближалось четыре открытых внедорожника, несколькими секундами позже над стеной появилось звено вертолетов и рассекая воздух лопастями прошло над нами, а потом зависли по сторонам, направив пушки в нашу сторону. Машины были совершенно незнакомых очертаний и выкрашены в темно-серый цвет — опять не дома, хотя и на Земле скорее всего.

Внедорожники уже подкатили ближе, оттуда на нас внимательно смотрят, хотя без особой враждебности — пулеметные стволы демонстративно подняты. Некоторые бойцы с нескрываемым интересом оглядывали наши бронекостюмы и оружие, мы же смотрели на них.

Форма, машины, оружие — все вполне себе человеческое, но не наше. Чужое. Кроме того, в машинах обнаружилось несколько боевых бояр**, как я бы их назвал — похожие на стрельцов времен Ивана Грозного мужчины и женщины в красных и синих кафтанах, только не с бердышами и пищалями, а со вполне себе современными пистолетами на широких поясах. Да, как мы их удивили своим видом, так и они нас. Причем понятно, что время и место не наши, но вот с другой стороны — лица у бойцов очень уж знакомые, прям наши, ярославские.

— Русские? — поинтересовался я первым, предваряя вопросы.

— Так точно, русские, — ответивший боец выглядел заинтересованным, но не сильно удивленным. Проговорил что-то в закрепленный на шлеме микрофон, после чего вертолеты ушли выше, так что шума сразу стало меньше.

— Сами чьих будете? — спросил он у меня.

— Максим Суворов, командир группы Эхо Ковенанта Земной Республики. Год две тысячи тридцать девятый, — произнес я, после чего боец все же заметно удивился.

— Ротмистр Олег Романов, — в свою очередь представился он. — Планета Земля, Российская Империя, Нижегородский драгунский Её Величества императрицы Марии полк. Год одна тысяча девятьсот шестьдесят восьмой.

— Н-ну, хотя бы на Землю попали, — негромко проговорил Слай, чем вызвал удивленные взгляды некоторых бойцов. А вот «боевые бояре» в кафтанах теперь смотрели на нас весьма настороженно, причем глаза у них подсвечены магическим сиянием.

— Прошу вас сдать на хранение оружие и проследовать за нами до выяснения, — обратился ко мне Романов.

— Проследовать куда?

— Крепость Карс, Штаб-квартира Организации Тринити, там вы будете представлены ответственным лицам.

Смысла сразу объявлять войну я не видел, так что оружие сдали, сели в машины. Когда пересекли стену у меня сложилось впечатление, что ее возводили опасаясь прорывов и появление здесь орд сумрака или нечисти. Отсюда уже до крепости ехать оказалось недолго — оказалась она огромной, с башнями высотой вполне себе с хороший небоскреб.

Здесь нас встретили уже непосредственно отряды боевых бояр — в мундирах побогаче отделкой чем у тех, кто был в патрульном отряде. «Боевыми боярами» они и оказались — новый сопровождающий представился как форстмейстер Корпуса Боярской стражи, после чего проводил нас к лифту, на котором поднялись на самый верх одной из башен.

Нас отвели в прилично обставленные номера, я бы даже назвал их княжескими люксами. Каждому выделили свой отдельный, дали немного времени привести себя в порядок и переодеться — вместо доспехов нам были предложены серые мундиры, похожие на форму госбезопасности.

После, по воздушному мосту-переходу нас ответили в центральную главную башню. Здесь мы оказались в большом круглом зале, по стенам которого было развешано больше десятка флагов, среди которых увидел много знакомых: французский, британский, итальянский, российский, хотя российских было два — еще имперский, черно-желто-белый. Но над самим круглым столом висел совсем неожиданный здесь красный знак биологической опасности на черном фоне.

— Флаг Организации Тринити, — увидев удивление в моем взгляда, показал нам на странный флаг один из встречающих. — Владимир Александров, боярин Морозов, — как раз представился он.

Выглядел Владимир Александров довольно странно для переговорщика. Худощавый и темноволосый, довольно молодой — лет двадцать на вид, не больше. Но главное в его внешности — это длинный шрам на левой щеке, в котором в такт ударам сердца пульсировало красно-оранжевое живое пламя.

Впрочем, даже молодость и необычный шрам Владимира меркли перед внешностью второй присутствующей здесь… девушки? Не знаю даже как ее назвать, потому что она не была человеком. Одета в зеленое, похожее на боярский костюм Владимира мундирное платье без знаков различий, по плечам рассыпаны пепельные волосы — живо мерцающие сдержанным зеленоватым сиянием; на лоб выбивается пара непослушных локонов, из-под которых смотрят огромные миндалевидные глаза с неестественно ярко-зеленой радужкой.