Акварелька
Шрифт:
«Вот это уж действительно мир чудес.» – решила Акварелька. Она помахала лапкой коту в сапогах, и хотела спросить его, как он там поживает, но кот сделал вид, будто не замечает Акварельку, и Акварелька обиделась. Но, в общем, дом ей понравился. Акварелька осталась жить в семье художника.
Теперь она спала на мягких диванах, ела из фарфорового блюдечка. И давали ей на завтрак обед и ужин не рыбьи кости, а сливки, сметану, нежную розовую колбаску и даже печенье.
«Ты нашла хорошее место, – сказала ей мама-кошка, которая разыскала ее и теперь по вечерам приходила к крылечку дома проведать дочь. – Как следует лови здесь мышей, и люди будут кормить и ласкать тебя. Так везет далеко не каждой кошке.»
Так поначалу и казалось Акварельке: что ей несказанно повезло. Люди любили и ласкали ее, ее блюдце всегда было полно еды, а мышиное семейство, что жило в темном погребе, упаковало чемоданы и убралось из дома, как только услыхало мурчание Акварельки, так что у ей не приходилось много работать. Лишь время от времени она ловила и гнала вон из дому мух, которые влетали в открытое окошко, чтобы поживиться остатками пищи, которые хозяйка выбрасывала в мусорное ведро. Но и мухи залетали сюда нечасто, прослышав об Акварельке. Так что ее жизнь была бы совсем безоблачной, но ее невзлюбил большой пес Мрамор.
Пока хозяева находились дома, пес не трогал Акварельку. Он лежал на коврике и притворялся спящим, а сам искоса подглядывал за ней и глухо ворчал, будто бы во сне. Но стоило им остаться одним, и пес бросался на Акварельку, пытаясь прижать ее к стене, чтобы разорвать ее на мелкие кусочки. Акварелька шипела, выгибала дугой спину, и, наконец, спасалась бегством.
Ей приходилось прыгать на шкаф и отсиживаться там до прихода хозяев, а пес стерег ее и не позволял ей спуститься на пол. Однажды он загнал ее на оконную занавеску, и ей пришлось висеть на самых кончиках когтей целый час. Она боялась даже мяукнуть, понимая, что если сорвется, то ей несдобровать. Мрамор преследовал ее изо дня в день, и она загрустила. Она меньше ела, спала, забившись в пыльный угол под диваном, ее шерстка стала тускнеть, и она уже не была веселой игривой Акварелькой.
Конец ознакомительного фрагмента.