Чтение онлайн

3 ноября после официального представления послу и знакомства с рядом сотрудников советской колонии в Стокгольме для меня начались бесчисленные визиты к шведским официальным лицам и коллегам.

Прежде военных атташе принимал король, но эту процедуру отменили, ограничив визитом к главнокомандующему по линии армейской и заведующему соответствующим отделом МИД по линии дипломатической. В первую очередь меня познакомили с двумя представителями социалистических союзников — военными атташе Польши полковником Виктором Вишневским и КНР подполковником Лю Чифу. Коллега из Чехословакии Георгий Хаек имел постоянную резиденцию в Западном Берлине и в Швеции бывал наездом.

Все военно-дипломатические представители иностранных государств в Стокгольме были организованы в ассоциацию, имевшую своего старшину — дуайена. Ему необходимо было нанести визит одному из первых. У меня эта необходимость отпадала, так как дуайеном в ту пору являлся Ющенко.

У шведского военного руководства встреча нового и прощание с отъезжавшим военным атташе проходила строго официально и без возлияний. Все же иностранные коллеги считали своим долгом выпить за успехи нового и старого советского атташе, а англичане даже устроили в нашу честь микроприем с шампанским и вручением какого-то сувенира Ющенко. При всех мерах предосторожности вынести в день больше 3–4 визитов было весьма трудно. Лица и имена мелькали, как в калейдоскопе, и на их «расстановку по своим местам» потребовалось определенное время.

Мне повезло. 6 ноября посол проводил большой прием по случаю очередной годовщины Октября, на котором мне удалось несколько закрепить в памяти своих новых знакомых и повстречаться с еще незнакомыми лицами, в частности с министром обороны Швеции Свеном Андерсоном. Это был первый дипломатический прием, на котором пришлось выступать не в качестве гостя, а на правах хозяина, поскольку Федор Тарасович Гусев, чтобы помочь мне быстрее познакомиться с посетителями, обстановкой и порядками на такого рода светских раутах, поставил нас с женою рядом с собою и представлял шведским официальным лицам.

На приеме мне удалось с помощью своих офицеров в общих чертах закрепить беглое знакомство с довольно-таки многочисленной группой военных представителей капиталистических стран, многие из которых, по крайней мере внешне, не были похожи на гангстеров империализма, а казались этакими свойскими парнями, прибывавшими к своему приятелю повеселиться и выпить за его здоровье. Истинное лицо и характер каждого удалось узнать лишь значительно позже в процессе длительной работы и частых контактов с этими людьми.

После приема иностранцев в посольстве остались лишь члены советской колонии. Посол официально сообщил об отъезде С.И.Ющенко и представил меня с женой всем присутствующим.

Через несколько дней состоялся еще один прием по случаю отъезда на родину военного атташе и вступления в должность нового. Были приглашены все иностранные коллеги с женами, шведские офицеры и генералы из Министерства обороны и ряд чиновников из МИД и других важных ведомств. Меня удивило крайне незначительное количество шведов, принявших приглашение. Но мои умудренные опытом помощники были рады. Они сказали, что шведских офицеров пришло больше, чем они ожидали. Обычно гостей бывает всего лишь несколько человек по наряду Командной экспедиции.

С отъездом генерала Ющенко на родину мы перебрались из гостиницы в его старую квартиру на Линеегатан, 21, где много лет подряд жили советские военные атташе. Квартира была со всеми удобствами, из четырех больших комнат с домофоном и вспомогательными помещениями.

Стокгольмская дороговизна жилья коснулась прямым образом и нас. За апартаменты, которые в таком метраже нужны были преимущественно в представительских целях, в месяц приходилось платить 824 кроны, и хотя половину этой суммы дотировала наша казна, все же оставшиеся к оплате из личного кошелька 412 крон составляли значительную часть моего денежного содержания.

Не нужно думать, что деятельность военного атташе носит лишь представительный характер. Нет, не одними развлечениями и светской болтовней занят военный дипломат. Я скоро убедился, что труд этот нелегок и требует большой нервной нагрузки, постоянного умственного напряжения, быстрой реакции и оценки происходящих событий, гибкости, даже более того, ловкости, острого внимания, хладнокровия и бдительности.

Так в чем же состоит текущая работа военного атташе?

Задачи, поставленные перед аппаратом военного представительства в Стокгольме, далеко выходили за рамки страны пребывания и включали широкий диапазон вопросов научно-технической, военно-политической, военной и экономической информации, главным образом по странам НАТО и в первую очередь США, с которыми Швеция была тесно связана, несмотря на свои нейтралитет.

Не останавливаясь на методах решения многочисленных плановых и внеплановых заданий, ставившихся перед нами в то время Центром, можно с уверенностью сказать, что небольшим, но достаточно квалифицированным коллективом мы делали все, что было в наших силах, для наиболее полного использования всех возможностей, вытекающих из нашего официального пребывания в стране.

Помимо работы с людьми, имевшими доступ к нужным нам сведениям, значительное внимание уделялось изучению прессы, причем не только местной, но и западной полузакрытого типа, которую не продавали советским гражданам, но присылали шведским частным подписчикам и владельцам книжных магазинов, у которых за соответствующую мзду можно было их брать в постоянное или временное пользование.

При хороших отношениях с военными атташе других стран имелась возможность через них на доверительной основе получать для ознакомления различные закрытые материалы НАТО, рассылаемые Европейским командованием для офицеров этих государств. Так, к примеру, один из информбюллетеней нам периодически передавал «для личной ориентировки» один из западных коллег. Это было открытое издание внутреннего пользования, но по характеру помещаемых в нем сведений у нас на подобных материалах, безусловно, стоял бы гриф «секретно». По шведским вооруженным силам неплохие данные проскальзывали в провинциальных газетах и журналах. Не случайно подписка на горе была ограничена. Всю эту массу чтива нужно было сопоставить, проанализировать, что представляло интерес — перевести, накапливая проскальзывающие в кучах словесной шелухи крупицы интересных сведений.

Много времени отнимали всевозможные приемы: коктейли, ленчи, обеды у шведских официальных лиц и аккредитованных в Стокгольме посольствах, пропускать которые было нежелательно: они представляли прекрасную возможность для встреч с интересующими нас людьми и получения в процессе заранее намеченной беседы с ними соответствующей информации. Об объеме этой на первый взгляд необременительной работы можно судить хотя бы потому, что в зимнее время количество таких мероприятий достигало два, а то и три десятка в месяц. Обычно они, за исключением ленчей, проводились после работы с 18 до 21 часа. Но к ним, при желании получить полезную отдачу, нужно было серьезно готовиться, вплоть до изучения соответствующей лексики, продумывания вопросов и так далее. При посещении таких раутов с определенной оперативной целью наши офицеры всегда испытывали большую нервную нагрузку.