Алби

— Так, спокойно, давай ещё разок. — Профессор Вайльд был предельно собран и сосредоточен. — Не позволяй эмоциям взять верх. Да, пока мы буксуем, но прорыв уже близко. Но, надо признать, без Алби у нас вряд ли что-нибудь вышло бы. Твоя девушка настоящий гений.

Кит только скривился, как от дольки лимона во рту. Он уже сто, нет, тысячу раз пожалел, что пригласил Алби поучаствовать в проекте «Гипнос». Просто так, чтобы больше времени проводить вместе. Профессор не возражал, в лабораториях лишние руки лишними не бывают, а Алби с отличием закончила все Ступени и могла выбирать деятельность по собственному разумению. Конечно, она обрадовалась, когда Кит с сияющей улыбкой объявил ей, что теперь они будут работать вместе, да ещё под руководством профессора Вайльда. Да ещё и над сверхсложным проектом «Гипнос», в перспективе дающим возможность программировать человеческие сновидения и избавить людей от ночных кошмаров и других неприятных вещей. Кит всегда мечтал облагодетельствовать человечество, в последнее время изрядно натерпевшееся от своих же деяний. И всё было бы хорошо, если бы не Алби. Если бы не Алби...

Он сидел за дальним столиком в «Очарованном кварке», баре рядом с Институтом, где проводили вечера многие его сослуживцы, да и он сам частенько наведывался сюда пропустить стаканчик-другой. Но сегодня Кит сидел и тупо надирался, выпив уже рюмок пять крепкого. Бармен сочувственно качал головой, но выносить клиента пока было рано. Кит пил, всхлипывая и размазывая по щекам пьяные слёзы. Алби, чтоб её разорвало. Любимица профессора. Вайльд и не скрывал, что потенциала у Алби в сто раз больше, чем у него, Кита, что без неё они бы ещё долго не продвинулись бы и на шаг, да что там, профессор чуть ли не всерьёз заявлял, что старшинство в «Гипносе» надо передать Алби. Да что вы говорите? Это его проект, он его придумал, он чувствовал его каждой клеточкой, он и только он, Кит Тригг, смог заразить профессора этой идеей, а теперь вот пожалуйста: подвиньтесь. В этот момент Кит ненавидел Алби лютой ненавистью. Это только кажется, что в научной среде все друг с другом безупречно вежливы и тактичны. Кит знал, он сам видел, как распадались самые прочные союзы, когда в дело вступала наука. Наука беспощадна и не терпит рассусоливаний. Он найдёт способ вытурить Алби с проекта, предварительно выудив из неё всю информацию. Это проект его, Кита Тригга. И точка. Он настолько погрузился в свои мысли, утирая нос ладонью, что не заметил, как за его столик кто-то подсел.

— Не помешаю? В зале яблоку негде упасть. — Подошедший оказался хмурым мужчиной лет тридцати пяти, загорелым, с тёмными волосами и абсолютно неподвижным взглядом. Из-под воротника серой рубашки виднелся кривой и толстый шрам, доходивший почти до мочки уха. Таких людей Кит в «Очарованном кварке» не встречал ни разу. Но ему было всё равно.

— Садитесь, — буркнул он и залпом допил очередную стопку. Незнакомец покачал головой:

— Девушка?

— Ну... — Кит непростительно долго формулировал ответ. Язык заплетался, в носу громко хлюпало. Незнакомец снова покачал головой и протянул руку:

— Рифус Гарт. Можно Риф.

— А-а-а... А я Кит.

— Просто Кит? — неподвижные глаза на миг осветила смешинка.

— Кит Тригг, — со вздохом представился научный сотрудник и снова всхлипнул, — я из Института. А вы кто?

— Сопровождаю по делам своего босса. Сейчас вот урвал пару часиков на отдых. — Ну да, кем ещё может быть этот человек. Хотя телохранители всегда представлялись Киту этакими гориллами в чёрных очках, но Рифуса Гарта словно окружала невидимая аура силы и беспощадности. Одни глаза чего стоят, и хоть ростом этот Гарт даже пониже Кита будет, и на гору мускулов не похож, но то, что он одной рукой сломает Киту шею, учёный понял как-то внезапно и очень хорошо. Ему стало неуютно, но тут Гарт притащил ещё выпивки.

— Давай на «ты», — бросил он Киту, — диспозиция располагает. Выпей и больше не смешивай напитки. Что у тебя случилось?

Кит открыл было рот и вдруг расплакался, как девчонка. Ему было стыдно, невыразимо стыдно перед этим секьюрити с жутким шрамом, но остановиться Кит уже не мог. Пьяные слёзы текли по щекам, он вытирал их уже совершенно промокшим манжетом, потому что салфетки все прикончил полчаса назад, он хлюпал носом и наконец, кое-как восстановив дыхание, заговорил.

Он жаловался Рифу на всю свою жизнь, такую простую и понятную вначале и ухнувшую в пропасть с появлением на проекте Алби.

— Я просто... просто хотел, чтобы мы... ну... чтобы работали вместе... это же здорово... я на... на ней... хотел жениться...

— Так женись, — удивился Риф.

— Она ук... украла мой проект... профф...фессор... он так и сказал... что она гораздо больше подходит... сука!

Рифус Гарт тихонько рассмеялся. Бог его знает, что за девушка эта Алби, но на её месте Риф не стал бы связывать свою жизнь с сопливым неудачником, к тому же не умеющим пить. Да, кстати, а что за проект?

— «Гипнос», — буркнул Кит и вдруг испуганно прикрыл рот рукой. Гарт непонимающе посмотрел на молодого человека.

— Странное название.

— А... э.... ну да... — Боже, какой он болван. Первому встречному выболтать название секретного проекта! Господи боже, хоть бы босс этого Рифуса отчалил по своим делам побыстрее и прихватил бы эту каменную морду с собой... да и сам Рифус забыл бы этот разговор... но что-то подсказывало Киту, что Рифус Гарт запомнил все его слова в точности.

— Кстати, — Гарт хлопнул свою стопку и воззрился на Кита, — говорят, в ваш Институт пожаловали «красногалстучники».

Кит Тригг поперхнулся выпивкой, забрызгав стол и собственные брюки.

— К-как?.. Зачем? Институт не проводит никаких запрещённых исследований! Это... это ошибка! Откуда вы знаете?

— Мы же на «ты», — напомнил Рифус, — да ниоткуда я не знаю. Люди говорят, я слышал. Около входа в Институт стоит автомобиль с их эмблемой. Вот и всё.

— Боже мой... — Кит нервно мял пальцы, покрываясь холодным потом. «Красный отдел», так называли особую бригаду специальной службы правительства по надзору за научными исследованиями, «Красный отдел» был дамокловым мечом, что висел над любой учёной головой и не только в Институте. Они имели право беспрепятственного прохода в любое научное учреждение, если возникало подозрение, что там проводятся запрещённые эксперименты. После ядерной и биологической войн, практически полностью опустошивших планету, любые исследования в любой сфере просвечивались «Красным отделом» не хуже рентгена, причём выборочно. А их идиотская униформа, состоящая из полностью чёрного костюма с ярко-алым шёлковым галстуком ещё издали обращала на себя внимание. Именно из-за этого к ним и прицепилось прозвище «красногалстучники», а сам отдел сделался «Красным». При виде человека в чёрно-красном можно было с уверенностью говорить: он из особой бригады.

Кит вдруг подумал, что этот Рифус не просто так обмолвился о спецслужбе. Сам-то он не «красногалстучник», те носили свою форму при любых обстоятельствах, но ведь он тоже... ну... из силовиков. Хотя какая разница.

— А кто твой босс? — Ага, так он Киту и ответил. Какая-нибудь финансовая шишка или кто-то из правительства, потому что даже Киту, абсолютно не знакомому с жизнью вне Института, было понятно: такие, как Риф, стоят очень дорого. Но Гарт вдруг рассмеялся.

— Познакомить? Мой босс весьма незаурядный человек, вы можете найти общий язык.

Кит вытаращился. Дело принимало неожиданный оборот. Рифус внезапно извинился, отошёл к дверцам туалета, сделав вид, будто ему надо облегчиться, достал миниатюрный передатчик и чуть слышно прошептал:

— Вы там поласковей с ним. Он пьян вхламину. И упирайте на его девчонку. Здесь слабое место. Что? Нет, это... так сказать, высоконаучное соревнование, которое наш абонент пока вчистую проигрывает. Так точно. Я буду через пять минут.