Чтение онлайн

Сабо уверенно подошел к двери с кодовым замком и приложил в соответствующее отверстие свой большой палец. Устройство отсканировало отпечаток, раздался щелчок, и, когда дверь приоткрылась, Богдан рывком распахнул ее настежь, нарочито задел плечом охранника и прошел по длинному узкому коридору в конец. Пальцы автоматически отстучали номер на кодовой двери, и он оказался в просторном зале, по периметру которого стояли закрытые железные кабины, небрежно кинул затянутой в латекс девушке скомканные банкноты и зачерпнул горсть жетонов. Затем нетерпеливо залез в освободившуюся кабинку и плотно прикрыл за собой дверь. Бросил жетон в прорезь, металлическая задвижка со скрипом поднялась наверх, открыв перед ним стеклянное окно, за которым сидела красивая блондинка в костюме телевизионного диктора.

— Давай, детка, покажи, на что ты способна, папа ждет! — хрипло крикнул Сабо в микрофон и расстегнул штаны.

Девушка начала медленно раздеваться, а Богдан периодически поторапливал ее командами в микрофон. Но в самый кульминационный момент задвижка вновь скрыла от него девушку.

— Вот же фак! — Сабо начал судорожно искать в куртке второй жетон и, найдя, бросил его в ненасытную железную щель. Когда задвижка поднялась, Богдан увидел такое, от чего на голове зашевелились волосы — напротив него за стеклом сидел человек в маске, одетый в джинсы и натовку.

— Новости в прямом эфире, Богдаша. Вести с полей, — невозмутимо проговорил незнакомец и в следующую секунду пробил рукой стеклянную преграду. Пластиковые осколки усыпали пол, и странный визитер с нечеловеческой скоростью прыгнул навстречу Сабо. Тот попытался бежать к двери, но расстегнутые штаны упали к ногам, и, запутавшись в них, он рухнул навзничь. Человек в маске одним прыжком настиг Богдана, мощным ударом ноги в лицо пресек все попытки к сопротивлению и сел на стул рядом с поверженным врагом.

— Говори, кто заказал поезд и что за телка была с тобой на полустанке, если не хочешь, чтобы род Сабо прервался прямо сейчас?

— Не скажу, гныда кацапская! — поднял налитые кровью глаза Сабо.

— Даже мне? — Человек стянул с головы пасамонтану, и бесстрастные нордические глаза премьера пригвоздили Богдана к полу. Тот на миг онемел от ужаса и застонал: холодный волчий взгляд Семенова парализовал его волю. Сабо он оставлять в живых не собирался, а камеру в каморке порноклуба заранее отключил. Пусть знает, собака, от чьей руки скоро подохнет!

— Клуб, это все Клуб!

— Я и без тебя знаю, что во всех несчастьях мира виноват Клуб. Баба кто?

— Мар… Марковский, — выдохнул Сабо.

— Как Марковский? — удивился было Семенов, но вдруг увидел направленное на него дуло пистолета.

Иногда боевые рефлексы Виктора действовали быстрее, чем его голова. Он сильным ударом вышиб пистолет из рук Богдана и мгновенно свернул ему шею.

Сабо обмяк и повалился на пол.

— Вот тебе, батенька, и гоголь-моголь, — задумчиво сказал Виктор и снова натянул на голову шапочку-пасамонтану.

Снаружи его уже ждала охрана тайной секс-студии, но Семенов безошибочно знал, как их обезвредить буквально за пару секунд.

Днем он был гарантом российской Конституции, а ночью над ним были невластны никакие законы, кроме суровых законов войны…

Марковский сидел в уютном бархатном кресле и гладил той-терьера, которого ему подарили знакомые. Он в десятый раз просматривал запись с тайной камеры в секс-клубе (ее установили люди Марковского, следившие за Сабо) и до сих пор не мог поверить своим глазам. Неужели это и правда Семенов?! Неужели премьер-министр России лично уничтожает своих врагов? Марковский специально сдал туповатого хохла Сабо, чтобы понять, кто убивает его соратников. Результат превзошел все ожидания. Кроме того, Семенов, расправляясь с охраной клуба, демонстрировал какие-то сверхъестественные способности. Скорость его передвижений была намного выше той, на которую был способен обычный, даже самый тренированный человек.

Марковский задумался. С одной стороны, премьер оказался каким-то универсальным солдатом из голливудского боевика, с другой же — действует совершенно один, без охраны и роты спецназа, а значит, уязвим, пуля все равно быстрее. Мозги Марковского работали на пределе. Нет сомнений, что премьер все делает в одиночку: если бы у него была команда, об этом точно узнал бы крот Марковского, который с недавнего времени передавал ему практически все замыслы Виктора. Фотографии Сабо с места крушения поездов напрямую премьеру доставили из ФСБ, значит, он сам вычислил не слишком осторожного хохла и ликвидировал его. Так, так, так. Каким бы он ни был, его преимущество, в основном, — неожиданное появление. А если его будет уже ждать вооруженная до зубов рота спецназа?

В голове Марковского начал вызревать план, как выманить и уничтожить, наконец, Семенова. Он явственно представил, как захватит его в плен и будет медленно раскладывать на атомы. А лучше сразу шмальнет по нему из гранатомета. А еще лучше — расчленит еще живого. Ведь это он, гнида, пролез тогда в офис «МаркОйла» и выкрал всю тайную документацию! Теперь он за все заплатит, за все… Пальцы Марковского хищно сжались, и он услышал писк и странный хруст. В его руках со свернутой шейкой поник той-терьер.

Вернувшись вечером в офис, Семенов, как обычно, сосредоточенно просматривал закладки с электронными СМИ и параллельно читал популярные блоги самой разной политической ориентации.

Критиков премьера и Михаила Волкова становилось все больше. Теперь даже доселе лояльные к власти рупоры общественного мнения осторожно выражали сомнения в способности правительства справиться с последствиями экономического кризиса.

Еще одной темой для обсуждения стали участившиеся теракты и убийства. Некоторые горячие головы предрекали скорую «чеченизацию» России, прогнозируя, что еще немного, и всю страну ждут разборки между властью и оппозицией в стиле северокавказских вендетт. На глазах Семенова шло ко дну главное достижение восьми лет его правления — безопасность жизни и стабильность его подданных.

Почти каждый день в России падали самолеты, сходили с рельсов поезда, происходили аварии. Виктор чувствовал, что все трагедии последнего времени происходили неспроста. Он пытался найти малейшие завязки, зацепки, которые помогли бы ему распутать этот клубок. И… не мог. Максимум, что удавалось, — схватить мелкую сошку, исполнителей, которые ничего не знали и не могли сказать, задания и деньги они получали через третьи руки.

Виктор схватился руками за голову. Он кожей чувствовал, как падает его с таким трудом завоеванный авторитет, Безусловно, Волков — его друг, и пока он не сворачивает с намеченного ими вместе пути. Но паучьи руки Клуба уже ползут к его горлу; возможно, совсем скоро они сомкнут на его кадыке свои сухие пальцы и вырвут его к чертям.