Алгоритм чувств
Шрифт:
– Ты извращенец, - заключила девушка, вздохнув и отмахнувшись.
– Нет, я пострадавший! – возразил Саске, замотав головой. Сакура только хмыкнула, с сарказмом закатив глаза и всучив Учихе презерватив обратно в руку:
– На и развлекайся с ним, как хочешь, понял?
Она, наконец, открыла дверь и вышла на площадку, хлопнув дверью и хмыкнув на прощанье. Саске тяжело вздохнул, бросив презерватив на пол и уперев руки в бока. Бежать за ней он даже не думал, так и то только потому, что она разъярится. И Учихе достанется так, как в последний раз, так ещё и далеко не по щеке и не по голове, куда-нибудь гораздо ниже. Учиха опять вздохнул, набрав номер Узумаки и принявшись слушать, как идут гудки. Спустя какое-то время Наруто взял трубку:
– Алло, Учиха, чего тебе надо? Я занят!
– Да мне нассать! – воскликнул Саске ему в трубку. Узумаки, кажется, убрал её подальше от уха, поскольку шум машин послышался более явственнее.
– Ну, так нассы.
– Ты придурок, что ли, совсем?! Какого хрена ты мне резинку подложил?
– Какую резинку? – невинно спросил Наруто. – Канцелярскую? Ничего я не подкладывал, я вообще такими вещами не пользуюсь…
– Дурак, ты знаешь, про какую я резинку.
– А, про ту? Которой волосы завязывают?
– Нет, твою мать! Про презерватив!
– Какой презерватив?
– Ты мне подложил его, как последняя свинья, когда я уходил.
– Да, я подложил, - наконец признал Узумаки, хмыкнув, - просто я подумал, что тебе она нужнее, чем мне, спросил у дедушки…
– У дедушки?!
– Ну да. Он у меня, думаешь, на кресле-качалке, что ли, только может сидеть и трубку курить? Нет, он у меня вон, какой… Учиха, он ещё больший ловелас, чем ты. Кстати говоря, она ему не нужна теперь, поскольку он такие больше не любит. Вот я и подумал, что тебе она нужнее, - предположил Наруто, а Саске его перебил, так и не дав договорить:
– Узумаки, мне наплевать, если честно, кто у тебя там ловелас в семье, я не про это… придурок, Сакура на меня обиделась!
– А зачем она вообще тебе руки в задние карманы совала? – поинтересовался Наруто, и Учиха знал, что он сейчас ехидно улыбается, причём так, что становится всё сразу понятно.
Так, понятно, это не Узумаки дело, что Сакура забыла в заднем кармане учихиных бриджей. Это вообще никого не касается, кроме Учихи и Сакуры. Чёрт возьми, да что Узумаки вообще понимает?! Хината-то, небось, не суёт ему руку в карманы бриджей или джинсов!
– Учиха, с этого момента давай поподробнее. Мне интересно. И как, она оценила твою задницу?
– Чёрт, она уже давно это сделала… - прошипел Учиха, почему-то покраснев. Наруто тихо засмеялся в трубку. – Ну, хули ты ржёшь?!
– Хули не улей, пчёл не выведешь, - одёрнул его Наруто, причём так серьёзно, что Учиха хлопнул себя ладонью по лбу, устало пройдя в кухню и опустившись на стул. – Учиха, давай ты не будешь паниковать, ладно? Помиритесь, будет вам. Купи ей вон цветочков или поставь в твоём случае оценку в журнал. Не знаю, можешь накормить её в столовой, она тебе благодарна будет, насколько я знаю, у них завтра семь уроков, а жрать-то охота…
– Пошёл на хер, - прервал его Саске, вздохнув. – Я не знаю, что мне делать… чёрт, я знаю, Узумаки, я тебя завтра убью и вылью тебе в рот серную кислоту, чтобы ты знал, как издеваться над людьми!
– Ну, а что ты сразу орёшь? – спросил Узумаки, хмыкнув. – Не надо так кричать, Учиха. Где доказательства того, что именно я подложил тебе презерватив?
– Ну, ты сам сказал и согласился со мной, что это ты подложил, а не барабашка какой-нибудь, - с сарказмом закатил глаза Саске. Наруто вздохнул, а потом замолчал. Молчание это тянулось, наверное, секунд пять, а потом Наруто серьёзно заметил:
– Справедливо.
– Вот именно. Чёртов придурок, я точно тебя убью, - пригрозил Учиха, а Наруто только засмеялся:
– Знаешь, я давно хочу подать на тебя в суд за неприкосновенность личности, да вот никак руки не доходят. Так, может быть, теперь-то они дойдут, наконец?
– Узумаки, единственное, до чего у тебя дойдут руки – это нарядиться в костюм упоротой лисы, - усмехнулся Учиха. Наруто хмыкнул:
– Справедливо. Слушай, Учиха, давай ты просто скажешь, что это реально я тебе подложил, и…
– Я пробовал, она не поверила.
– Тогда ебись, как хочешь, что я могу сказать? Перезвоню тебе вечером, сейчас не могу говорить, ко мне летит моя птица счастья.
– Завтрашнего дня?
– Нет, сегодняшнего.
– И что за птица?
– Хината, придурок, - отрезал Узумаки. – Всё, добе, я тороплюсь, сказал же, что вечером перезвоню. Либо зайду часиков в семь, можешь ожидать. Надеюсь, в трусах ты по дому не разгуливаешь?
– Нет, Узумаки, в отличие от тебя, у меня ещё присутствуют остатки мозгов, - усмехнулся Саске, повесив трубку.
========== Глава 18 ==========
Узумаки пришёл к Учихе, решил-таки навестить лучшего друга после свидания с Хинатой. Ничего хорошего, как все уже поняли, из этого не вышло: Учиха психанул, наорал на Узумаки, тот ушёл к себе, заржав на весь учихин дом, так что соседи выглянули из окон, а Учиха с балкона швырнул в него своей старым кроссовком, который давным-давно был ему мал. Узумаки как раз словил его и швырнул обратно Саске, на этот раз угодив тому прямо в голову, поскольку Учиха не смог увернуться. Ну да ладно. Стоит отметить, что на голове у него вскочила шишка. Он пытался с ней справиться, приложив холодное полотенце со льдом внутри него, и тут понял, как сильно ему сейчас не хватает Сакуры.
Он позвонил ей, а девушка удосужилась вообще послать его, как следует, сказав, чтобы он шёл, куда подальше. Но Саске, не смотря на это, обещался прийти завтра к ней. Хотя бы ради того, чтобы повидаться с Мамору. Хотя бы ради того, чтобы извиниться перед Сакурой. А, ну да, ещё надо Узумаки с собой захватить, чтобы он обрисовал ситуацию… чёрт, чего тут обрисовывать?! Просто сказать, что Узумаки во всём виноват, скотина он такая… лёг спать Учиха с больной головой. И от того, что Узумаки в него кроссовком швырнул, и от того, что у него просто внутренне болела голова от всего того, что он сегодня пережил. Проще говоря, уснул он очень даже нескоро, хотя пытался позвонить Сакуре. В конце концов, девушка отключила телефон, написав ему гневное сообщение о том, что она и Мамору уже легли спать.