Чтение онлайн

– Это еще зачем? – невольно поморщилась девушка.

– Чтобы сияло! – воскликнула Марша, трепетно возложив руки на грудь. – Сияло так, словно их поцеловали розовые ангелы! Это было бы восхитительно.

– Лапочка моя, если ты этого хочешь, так и будет, – посулила ей мамаша. – Сделайте, как она хочет! – резко повелела она Кэлли.

– Я не думаю, что в данном случае блестками можно привнести изящество в эти композиции, – попыталась защитить свои цветы от такого кощунства Кэлли. – Видите ли, есть та грань, за которую преступать не стоит. Цветы сами по себе прекрасны. Они живые, они благоухают…

– Вы слышали, что я сказала? – возвысила свой голос норковая мадам.

– Если мы посыплем эти цветы всяческими конфетти, это будет смешно. Вы ведь не стремитесь к тому, чтобы ваша свадьба превратилась в цирковое представление! – непримиримо провозгласила Кэлли.

– Мамочка, Кэлли права, – опасаясь ядерного взрыва, поспешно сжала руку мамаши младшая Шумахер. – А мы можем расставить все это в розовые вазочки и горшочки? – робко спросила она Кэлли.

– Марша, девочка ты моя сладенькая! Ты просто фонтанируешь творческими идеями! – воскликнула Барбара, потрепав дочь за розовую щечку. – Лучше бы мы организовывали эту свадьбу собственными силами.

Но девушке в розовом было мало щедрой материнской оценки, она приступила к Кэлли все с тем же вопросом:

– А вы что скажете?

Кэлли добралась до кресла, опустилась на него, положила обе руки на подлокотники, перемогла приступ истерики и глубокомысленно проговорила:

– Дайте подумать… У вас розовое платье, розовая фата, розовые туфли, розовые скатерти и розовые салфетки на столах, розовый торт, розовые подружки невесты, розовые приглашения в розовых конвертах, розовые портьеры, розовые шарики, розовые детишки, розовые… Ну, в общем, все розовое. И вы грезите, чтобы и розовые цветы стояли в розовых вазах… – Кэлли перевела дыхание, сбившееся после длительных перечислений. – Я, конечно, допускаю, что розовый может быть любимым цветом. Я сама люблю его в определенных контекстах и сочетаниях… – Она замолчала и посмотрела на часы, заветная стрелка приближалась к десяти. – Вы вполне можете поставить цветы в те вазы, какие вам больше всего понравятся. Проще простого заказать их по каталогу. Вы их получите с экспресс-доставкой. Предлагаю вернуться к обсуждению цветочного декора. Я могу предложить вам следующие бутоньерки…

Она с трудом дожила до того момента, когда за мамашей и дочуркой Шумахер закрылись двери салона «Белль Марьяж».

Девять сорок пять, подумала Кэлли.

Проскользнув в приемную, она украдкой проверила, работает ли телефон.

Телефон работал. И на ее счастье, был не занят.

Она осталась в приемной, долго сверяясь с расписанием посещений и посматривая на циферблат часов.

Когда без пяти минут десять раздался первый звонок, Кэлли вздрогнула и насторожилась, когда раздался второй, она выпрямилась и настроила дыхание, а после третьего улыбнулась и взяла трубку, проговорив в нее мелодичным голосом:

– Салон «Белль Марьяж», Кэлли Филлипс у телефона.

– Если вы – та самая волшебница, которая заставляет магнолии петь под лупой, то именно вы мне и нужны, – сказал Джаред Таунсенд, голос которого она бы не спутала ни с одним другим.

– Лестно, – кротко произнесла Кэлли.

– Что ты планируешь делать в обеденный перерыв? – осведомился он.

– Обедать.

– Предлагаю сделать это вместе.

– Но… дело в том, что меня уже пригласили, – отважилась на безыскусный блеф девушка.

– У меня другая информация, – притворно смешавшись, отозвался Джаред. – Твоя начальница сказала, что готова предоставить тебе свободу с двенадцати до двух.

– Джаред… – тихо проговорила Кэлли. – В баре мы встретились случайно, приятно провели вечер, вовремя смогли остановиться, и это главное.

– Вовремя остановиться?

– Да.

– Что же плохого в том, чтобы встречаться не случайно и чаще проводить время вместе? – спросил он. – Почему ты молчишь, Кэлли? Что с тобой?

– Ничего.

– Точно? Потому что Кэлли, которую я помню, позволила бы человеку реабилитироваться, – иронически произнес он.

Девушка прикрыла трубку рукой и тихо шмыгнула носом. Его слова растрогали ее. Сердце дрогнуло от такого родного голоса. Как же ей не хватало этих дружеских подтруниваний.

– Возможно, той Кэлли, которую ты знал, больше нет, – прошептала она в телефонную трубку. – Та была опрометчивая. Я другая, – вслух сказала Кэлли.

Таунсенд ничего не ответил на это. Он терпеливо молчал.

– Джаред? – растерявшись, окликнула она его.

– Я заеду за тобой в полдень, – сухо проговорил он и повесил трубку.

А Кэлли еще долго держала часто пикающую трубку у уха. Тихая улыбка забрезжила на ее губах. Всегда приятно, когда кто-то принимает за тебя сложные решения. Великодушный человек сохраняет за тобой шанс сказать, что он просто не дал тебе иного выбора…

Благо у нее было достаточно работы, чтобы спастись от размышлений на тему предстоящей встречи. Телефоны не жалят насмерть, ты в любой момент волен пресечь разговор, иное дело – личный контакт один на один. При такой встрече она предала любовь Тони. Импульсы, которые невозможно сдерживать, желания, которые переполняют, страсть, которая движет всем… Кэлли хоть и сделалась другой, но не настолько, чтобы сделаться бесчувственной.

– Очнись, Кэлли… – донесся до ее сознания голос Натали.

– Прости… Я задумалась… – сбивчиво пробормотала девушка, положив телефонную трубку на рычаг.

– Задумалась? Интересно, о чем это? – насмешливо поинтересовалась Натали.

В коллективе «Белль Марьяж» о Кэлли Филлипс давно сложилась репутация отрешенной чудачки. Это не только не мешало всем любить ее, но также возбуждало покровительственное к ней отношение, поскольку сама Кэлли никогда не насаждала свои своеобразные жизненные представления окружающим.