Чтение онлайн

— Вы, бесспорно, уже не раз повествовали о своём спасении из лап отвратных некромансеров. — Маг сел напротив, спина прямая, взгляд внимательный, отработанно-сочувствующий.

Дигвил молча кивнул. Да, повествовал. Со счёта сбился, сколько раз. И чего вам всё неймется, господа маги?

— И говорили, что все ратники, пребывавшие под вашим командованием и вместе с вами взятые в плен, оказались зомбированы?

— Истинно так, — на сей раз Дигвил счёл необходимым ответить вслух.

Маг покивал, глядя на молодого дона с подобающим случаю сочувствием.

— Но вы уцелели? И, более того, были отпущены с миром?

— Да.

Маг вздохнул.

— Благородный дон Дигвил. Вы — наследник знатного и славного рода — не можете не понимать, в сколь трудное положение вы меня поставили.

— Нет, сударь. — Дигвил выпрямился, взглянул прямо в глаза чародею. — Не понимаю. Я предоставил все доказательства, какие только мог предоставить человек благородного происхождения, не причинив урона своей чести.

— Я не понимаю, — маг переплёл сухие пальцы, воззрился на Дигвила из-под кустистых старческих бровей, — что заставило Мастеров Смерти всё-таки отпустить вас?

— Я же говорил, сударь. Моя невестка, урождённая доньята Алиедора Венти…

— Мне это известно, — перебил чародей. — Вы, благородный дон, не раз упоминали, что сия доньята попросила некромантов отпустить вас. И они согласились. Отложив пока что в сторону вопрос о том, как вышесказанная доньята очутилась в Некрополисе, спрошу, — маг наклонился, вперив в Дигвила буравящий взгляд, — почему, нет, почему они таки её послушали?! Что такого было в её словах? Чем девчонка так ценна для Мастеров Смерти?

Дигвил пожал плечами.

— Как же я могу знать, сударь? Я не маг, не чародей. Сии тайны скрыты от меня.

— Она же была воспитанницей в Деркооре!

— Совершенно точно. Обычная, ничем от других не отличающаяся девчонка.

— Безо всяких странностей, благородный дон?

— Безо всяких странностей, сударь.

Ему не поверили.

— Тогда как, — глаза чародея сузились, — как вы объясните, благородный дон, что если проложить путь от Деркоора до Венти, то именно в то время там один за другим случались сильнейшие прорывы Гнили? Как понять саму гибель рода Венти — Гниль уничтожила всех в пределах кольца стен, в каменном строении, чего не бывало до того нигде и никогда?

Дигвил недоумённо развёл руками.

— Сударь, я — не чародей.

— Это я уже слышал! — отрезал маг. — Вас держали тут так долго, благородный дон, потому что мы, Высокий Аркан, оказались принуждены вплотную заняться вашей беглой невесткой. Все эти седмицы лучшие дознаватели Аркана пытались воссоздать картину происшедшего. И, надо сказать, не без успеха.

Не зная, что отвечать, Дигвил вновь развёл руками.

— Ничего не видели, ничего не замечали, ни о чём не догадывались. — Маг не скрывал ни раздражения, ни досады. — У вас, благородный дон, под носом росло… зрело… чудовище, монстр в человеческом обличье, ведьма, всем ведьмам ведьма — а вы, как говорится в народе, «ни сном ни духом»?

— Ведьма? — растерялся Дигвил. — Монстр? Откуда?

— Я теряю с вами время, благородный дон. Вы сейчас — во владениях Державы Навсинай и таким образом подпадаете под действие уложений Высокого Аркана, строго карающих за укрывательство!

— Укрывательство кого?

— Ведьм, конечно же! Вы, благородный дон, прекрасно были осведомлены о качествах невестки вашей, однако же предпочли об оных умолчать!

— Да зачем мне это? — Дигвила, казалось, это совсем сбило с толку.

— Вот я и пытаюсь понять: зачем?

Лишившись дара речи, молодой дон Деррано только вздохнул.

— Значит, будем молчать? — зловещим тоном заправского палача осведомился маг.

— Да я бы сказал, было б что, — совершенно честно ответил Дигвил. — Говорю же, обычная девчонка… ну, лихая, задорная, что верно, то верно… но уж никак не ведьма! Да ведь и не было никаких прорывов Гнили вблизи замка, пока она там жила!

— Никакого от вас толку, благородный дон, — махнул рукою чародей. — Поймите же, мы воюем с Некрополисом, весь миропорядок канул в бездну…

— Позвольте, — вдруг перебил мага Дигвил. — Как же «канул в бездну», когда я сам видел — на Делхаре никакой войны нет. Големы и мертвяки стоят друг против друга, но реку никто не переходит. Держава толкается с Мастерами Смерти в Меодоре и Долье, а там, где, казалось бы, и следовало наступать, вершить решительные битвы, — тишина. Разве это называется «миропорядок канул…»?

Маг несколько мгновений молчал, сердито сверкая глазами.

— Да, большой, всеобщей войны пока что нет, — нехотя признал он наконец. — Но то, что Держава и Некрополис вообще сшиблись…

— И что? — гнул своё Дигвил, почувствовав слабину противника. — По мне, так есть молчаливый договор. Толкаемся у нас в Меодоре да в Долье, вроде как на турнире, а главные силы не трогаем, границу не переходим, коренные земли Державы или Некрополиса не разоряем. Разве не так, сударь?

— Меняем темы, благородный дон? — усмехнулся маг. — Что ж, неплохо, неплохо. Но меня интересует не политика и не стратегия. Меня, признаюсь, очень занимает доньята Алиедора. Вернее, то, во что она превратилась. И, я боюсь, благородный дон, вам придётся ещё какое-то время попользоваться нашим гостеприимством. До тех пор, пока означенная доньята не окажется у нас.

Лето перевалило за середину, когда благородная доньята Алиедора Венти, когда-то законная супруга молодого дона Байгли Деррано, а ныне — Гончая Некрополиса, добралась до Дир-Танолли. О расположенной здесь магической школе, в просторечии именуемой не иначе как «Шкуродёрня», она, конечно, слыхала — ещё до войны, в совсем иной жизни. Порой оттуда приезжали «разыскатели» — шарили по деревням и ярмаркам, по замкам благородного сословия и по городским трущобам. И, случалось, увозили с собой пареньков и девчат — нередко подобранных в придорожных канавах.