Чтение онлайн

– Вижу, знакомство проходит хорошо, – сказал он и пожал Двейну руку, присаживаясь рядом с товарищем.

– Малая оказалась не так проста, как мы думали, – усмехнулся здоровяк.

Они сидели прямо напротив Алиен, по другую сторону костра, и лирая от этого почувствовала неловкость.

– Она хочет тренироваться у меня.

Марк удивленно вскинул брови, взяв в руки кастрюльку с чаем и переливая его в пустую кружку Двейна.

– Вот как, – задумчиво сказал он, отпивая немного чая, – а я думал, ты хочешь обучаться магии.

– Я могу заниматься и тем, и другим, – уверенно сказала Алиен.

Двейн и Марк переглянулись.

– Не думаю, что ты сможешь найти время на все это, – сказал Марк.

Он пристально посмотрел на девушку, и она заметила, как едва сверкнули его глаза от огня в костре. От этого они не стали теплее, а остались такими же холодными серыми льдинками. Сам же Марк показался ей уже более приземистым волком, таким же, как и все остальные. Его черный дублет был расстегнут, открывая вид на белую рубашку, а слегка взъерошенные светлые волосы отражали солнечный свет и казались светящимися. Алиен даже на секунду засмотрелась на него.

– Алиен, тебе придется выбирать, – сказал Марк, приводя ее в чувства.

– Нет, – тут же уперто ответила она, не в состоянии отказаться от шанса сделать всё, что в ее силах.

Марк слегка прищурился, не отводя от нее взгляд и размышляя над ответом девушки, а Двейн посмотрел на Марка, наблюдая за его реакцией.

– Откуда такое рвение?

Алиен не жаждала отвечать и рассказывать им историю своей прошлой жизни, но Марк продолжал ждать. Она вздохнула и всё же ответила:

– Я потеряла всё, что у меня было. Но все это мешало мне делать то, чего я так хотела. Мой отец был помешан на том, чтобы обучить моих братьев всему, чему обучил его Дмитрий когда–то. Я смотрела на всё это и чувствовала, как перехватывает дыхание. Также, как и сейчас, когда вы так просто сидите передо мной и задаете мне эти вопросы за простыми посиделками у костра, – сказав это, она непринужденно махнула рукой на костер.

Алиен почувствовала, как поежилась, когда после ее слов Марк улыбнулся ей.

– А моя мама хотела, чтобы я обучалась магии. Рассказывала мне про то, как училась у Аннабель… с вами. Она заразила меня этим желанием научиться всему, и я не могу отказаться от такой возможности. Просто не могу.

Двейн после ее речи снова посмотрел на Марка, перестав ворошить палкой костер.

– Это будет сложно, да? – спросил он у своего предводителя.

Марк мгновение думал. Он решал, давать Алиен такой шанс или всё–таки не рисковать и не тратить свое время попусту. Посмотрев на огонь, Марк взвесил все плюсы и минусы и понял, что у лирой действительно просто не останется времени, но ее рвение и желание были многообещающими.

– Я смогу обучать тебя магии лишь в обеденное время. И то, не всегда, – сказав это, Марк снова посмотрел на девушку. – И это, не считая книг, которые я буду тебе давать. Тебе придётся читать по ночам, так как Двейн утром и вечером будет уделять время тебе и остальным. Я хочу, чтобы ты знала, что раз я берусь за тебя, – серьезно пригрозив, Марк указал на Алиен указательным пальцем, – то жду от тебя старания и хороших результатов. Всё это повлияет на наше будущее, так как, я ищу сильных ведьм, которые в состоянии потом помочь мне в возрождении Ирелонда.

Алиен кивнула, начиная чувствовать, как почва уходит из–под нее. Она понимала, что работы предстоит немерено, но именно это ей сейчас и нужно было. Уход от действительности, потерявшись в целой куче обязанностей, был лучшим лекарством для нее в данный момент. А ее происхождение и способность лирых частенько игнорировать собственные потребности в с не и приеме пищи могли сыграть ей на руку.

Марк и Двейн заметили, как заблестели глаза девушки. Буквально. Она не смогла скрыть собственные эмоции и волки, наконец, в живую увидели, как поменялись болотно–зеленые глаза и стали ярко–голубыми, а волосы постепенно почернели.

– Вижу, мои слова тебя впечатлили, – удовлетворенно сказал Марк, – что ж, я бы хотел поговорить с тобой ещё кое о чем, – волк встал на ноги, обтряхнув штаны и призвав девушку пойти за ним. – Идем.

– Отлично, а я тут посижу, пожалуй, – отшутился Двейн, притворно обидевшись. – Проваливайте с моей территории.

Марк закатил глаза и грубовато подтолкнул здоровяка. Алиен встала и пошла следом. Немного усмирив эмоции, она сумела прийти к своему обычному облику. Марк повел ее к рапсовому полю, спокойно следуя по тропинке между деревьями. Всю дорогу они шли молча. Оказавшись на окраине не очень большого ярко–желтого поля, окруженного высокими деревьями, они остановились.

– Я совсем не люблю говорить об этом, – начал Марк, рассматривая пейзаж вокруг, – но ты одна из немногих, кто наверняка знает всё по рассказам. Твои родители были свидетелями всего, что произошло тогда.

– Они были на том приеме, когда отравили Аннабель, – подтвердила Алиен.

Марк кивнул и посмотрел на нее, отводя взгляд от поля.

– Мы все там были. Ей вручили бокал с отравленным вином, а убийцу до сих пор не нашли. Три века прошло, – недовольно помотал он головой и снова перевел взгляд на лес.

Алиен вздохнула, понимая, что она действительно знает всё о той истории. Смерть самой первой лугару стала началом войны. Ее родители так ярко рассказывали о тех временах, что она могла представить себе всё в красках.

– Я тоже тогда потерял всё. Смерть собственной матери, потеря друзей и дома, жизнь в Транстреилской темнице с ложными обвинениями.

– Почему вампиры посчитали, что это вы ее отравили? – решилась спросить Алиен, всмотревшись в профиль Марка, который, услышав ее вопрос, нахмурился. – Какие у них были доказательства?

– Никакие, – тут же ответил волк. – Я никогда не сделал бы этого. Скорее умер бы сам, но мой дядя посчитал, что знает лучше. Когда Аннабель умерла, Вэйланд стал сам не свой. Начал убивать лирых, призвал Виктора с его чертовыми охотниками, посадил меня в тюрьму и ничего больше слышать не хотел. Я знаю, что…

Загадочно прервавшись, Марк всем телом повернулся к Алиен и пристально посмотрел на нее.

– Он сам сделал это и прикрыл себя своим упорным истреблением волков. Ты осталась последней из лирых, и я хочу, чтобы ты понимала одну простую вещь.