Чтение онлайн

— А дешевле женских часов не найдётся? — спросила для приличия, зная, что пора уйти.

Мужчина на миг задумался и, задержав взгляд на брегете в её руках, достал из нагрудного кармана чёрный бархатный мешочек. Наклонившись к покупательнице через прилавок, доверительно зашептал:

— Посмотрите эти. Они хоть и с повреждением, но это никак не влияет на точность их хода. К тому же скол не бросается в глаза под крышкой. Они не из дешёвых, но я вам сделаю хорошую скидку.

Часы Ольге понравились. Крошечная овальная впадина на стекле у заводной головки и правда была заметна только под определённым углом. С цветочным ажурным венком на крышке и хорошо читаемыми римскими цифрами, часы быстро согрелись на её ладони.

Выйдя из магазинчика, она бегло осмотрела пешеходную часть улицы через дорогу. Парень стоял у газового фонаря и не спускал с неё глаз.

Совсем обнаглел, — обомлела Ольга, убедившись в слежке. Уже и не прячется.

Отказываться от поиска Ньюта, как и втягивать его семью в неприятности, она не станет. Отделаться от «хвоста» следовало до того, как она доберётся до Мраморной триумфальной арки.

Ольга шла дальше. Корзина оттягивала руки, а ноги норовили перейти на бег. «Топтун» раздражал её больше и больше. От него легко не уйдёшь. Такие ребята чаще всего глазастые и юркие.

Лавка мясника, зеленщика… Табачная лавка. Ольга принюхалась. Выделив среди множества запахов едва различимый аромат вишни, тяжело вздохнула. Отпечатавшийся в памяти сон участил дыхание. Она тряхнула головой, отгоняя непрошеные мысли. Покосившись в сторону «топтуна», ускорила шаг.

Парень отстал. Ненамного. Но сокращать дистанцию не спешил. Это показалось странным.

Заметив поворот, Ольга резко свернула в переулок и ускорила шаг. Прикинула, сколько времени потребуется быстроногому подростку, чтобы добежать до угла.

Задев корзиной пожилого господина, на ходу извинилась и со всех ног бросилась к виднеющимся впереди высоким деревьям парковой зоны.

Добежать до неё незамеченной она вряд ли успеет. С опозданием подумала, что можно было найти спуск в метро и попробовать затеряться там.

Пробежав мимо облезлой лавки с немытыми запыленными окнами, притормозила. Толкнула плечом дверь — на её счастье оказавшуюся открытой — и заскочила в полутёмное помещение.

Над головой судорожно брякнул колокольчик, а из глубины покоя раздался мужской голос:

— У нас закрыто!

Бросив на пол корзину, Ольга навалилась на дверь. Трясущимися руками нащупала засов и задвинула его. Прошептала:

— Вот теперь закрыто, — и повернулась навстречу раздавшимся за спиной шагам.

В нос ударило затхлым запахом кожи, коленкора и старой бумаги.

Запах книг… Пыльный, прогорклый, спасительный. Она узнала бы его из тысячи запахов и ароматов.

Глаза привыкали к полумраку, разбавленному пробивающимся светом через грязное окно, из которого едва просматривалась часть переулка с редкими прохожими. Здесь же стояли небольшой стол и два стула.

Проступили очертания деревянных стеллажей с книгами и рядами широких проходов, полки на стенах, длинный стол со стопками изданий разного формата. Помещение хоть и было немалым, но неправильно размещённое оборудование «съедало» полезную площадь. В нём царил беспорядок, и выглядело оно загромождённым, запущенным и неуютным.

Книжная лавка, — догадалась Ольга, не спуская глаз с мужчины, вступившего в полосу света. Откуда-то появилась крепнущая уверенность, что здесь ей помогут.

— У нас закрыто, — повторил, вероятно, хозяин лавки, и остановился перед непрошеной гостьей.

— Простите, здесь есть второй выход? — вслушивалась Ольга в звуки за запертой дверью — не раздастся ли стук? Сердце выбивало неровный ритм. Сквозь накидку пробиралась прохлада.

Разглядывала мужчину — на вид лет семидесяти, невысокого и ссутулившегося — в запыленном переднике и нарукавниках. Поверх съехавших на породистый нос круглых очков на Ольгу смотрели печальные карие глаза, в уголках которых собрались добродушные гусиные лапки. Усталость сквозила во всём облике мужчины, прошедшего тяжёлый жизненный путь. Редкие седые бакенбарды, переходящие в пушистые усы и короткую бороду, не скрывали впалые щёки. Давно нестриженые волосы касались опущенных плеч. Глубокие морщины пролегли на лбу и между густых нависших бровей.

— Не понял вас, мисс, — он посмотрел под ноги на лежащую на боку корзину.

Ольга быстро присела и открыла на ней крышку. Поправила сбившиеся гостинцы:

— Простите, что потревожила вас, — встала она и отряхнула запыленный подол платья. Вздохнула: — За мной увязался карманник, и я испугалась. Можно мне немного побыть у вас и прийти в себя? Или проводите, пожалуйста, меня ко второму выходу. Здесь же есть второй выход?

Она обернулась на дверь и прислушалась. Не верилось, что так легко ушла от «хвоста». Впрочем, он может поджидать её у входа.

Мужчина тепло улыбнулся и спросил:

— Хотите чаю, мисс?.. — вопросительно уставился на неё.

Было в его виде что-то до боли трогательное и беззащитное, что заставило Ольгу расслабиться.

— Табби Харрисон, — представилась она и кивнула, принимая приглашение. Облегчённо выдохнула.

— Не волнуйтесь, здесь вы находитесь в полной безопасности. Хуффи Уорд, — представился он и аккуратно пожал пальчики Ольги. Снова улыбнувшись, продолжил: — Владелец этой лавки, такой же древней, как и ваш покорный слуга.

Он шагнул к двери, проверил засов и поправил табличку «Закрыто», которую Ольга не заметила за немытым стеклом и густой железной решёткой.

— Идите за мной, мисс Табби. У меня есть вкуснейший чёрный листовой ассамский чай и свежие мятные пряники. Ещё я угощу вас чудесными персидскими орехами.

Мистер Уорд пошёл между стеллажами к открытой двери, из которой лился яркий свет.

Они вошли в небольшое помещение, загромождённое ящиками. Через маленькое оконце проникал свет, а на возвышении стоял знакомый переплётный станок, освещённый подвешенными к потолку двумя керосиновыми лампами с зеркальными отражателями. Станок был значительно больше тех, какие видела Ольга ранее, рассчитанный на изготовление и ремонт книг большого формата. В тисках для обрезки была закреплена огромная и, судя по всему, очень старая и безумно дорогая книга.