Алмазное ассорти
Шрифт:
– Лежит, значит? – саркастически проговорил капитан. – Сами собой трупы не образуются! Позвольте-ка…
Он ухватил Илону за запястье и внимательно взглянул на ее руку. Илона попыталась руку выдернуть, но было поздно.
– Значит, вы просто шли? – язвительно проговорил капитан. – А откуда же кровь на ваших руках?
– Я… я дотронулась до нее… я думала, что ей нужна помощь…
– Значит, сначала вы сказали, что просто шли. Теперь выясняется, что вы до нее дотронулись… Что-то у вас показания не сходятся! Ты слышал, Ухорылов? – Капитан оглянулся на машину, за рулем которой маячил мужской силуэт с легкомысленно оттопыренными ушами.
– А это что такое? – Капитан достал из кармана носовой платок, наклонился и, прихватив краешком платка окровавленный нож, с торжествующим видом поднял его перед собой. – А это, – проговорил он таким тоном, как будто читал лекцию, – а это, если я не ошибаюсь, орудие убийства!
Он осторожно положил нож в полиэтиленовый пакет и повернулся к дрожащей от страха Илоне:
– Ну вот, теперь дело за малым: мы обследуем орудие убийства на отпечатки пальцев и если найдем ваши, можно будет передавать дело в суд…
– Но там будут мои отпечатки! – воскликнула Илона, чувствуя, как земля уходит у нее из-под ног.
– Ага! – обрадовался капитан. – Значит, вы хотите сделать признание? Слышишь, Ухорылов?
– Нет! Мне не в чем признаваться! Только в том, что я трогала этот нож! Я его подняла… случайно!
– Вот как? – насмешливо переспросил капитан. – Как-то у вас все случайно выходит! Случайно шли, случайно наткнулись на труп, случайно его потрогали, теперь выясняется, что случайно подняли орудие убийства? И вы думаете, что суд поверит в такое количество случайностей? Скорее, он поверит, что вы убили потерпевшую… случайно.
– Но зачем? – простонала Илона. – Я ее не знаю! Я ее впервые вижу!
– А вот это уже неправда! – строго оборвал ее капитан. – У нас имеются свидетели, что только что вы с потерпевшей сидели в бистро «Крокодил». И, между прочим, ссорились. Потом потерпевшая покинула бистро, а вы немного выждали и последовали за ней. Так что никакими случайностями здесь не пахнет, напротив, отчетливо вырисовывается картина предумышленного убийства!
– Я не убивала ее! – выкрикнула Илона, сжав руки перед собой. – Клянусь, я ее не убивала!
– А вот это вы уже не мне будете говорить, – холодно ответил капитан. – Это вы будете говорить суду.
Он схватил рыдающую Илону за плечо и втолкнул ее в свою машину.
Водитель, молодой парень с оттопыренными ушами и пятном машинного масла на щеке, повернулся, взглянул на Илону и сочувственно вздохнул:
– Симпатичная девчонка… жалко. Как подумаю, что с ней будет на зоне, во что она превратится через год…
– Мама… – испуганно пролепетала Илона. Кажется, ее словарный запас сократился до одного этого слова.
– Жалостливый ты, Ухо… Ухорылов! – поправился капитан. – Ты лучше не о ней думай, а о квартальной отчетности. У нас и так четыре нераскрытых убийства висят, не говоря уже о прочих преступлениях. Тебе что – этого мало? Тебе пятое нужно?
– Нет, пятое мне совсем не нужно! – честно признался водитель. – Мне и четырех достаточно.
– Вот то-то! – одобрил его капитан. – На нас и так Варфоломей Маратович волком смотрит. А тут мы ему – раз! – и раскрытое убийство на блюдечке поднесем!
– Не убивала я ее! – прорыдала Илона.
– Ну вот, заладила свое – не убивала, не убивала! – нахмурился капитан. – Если не ты, то кто же? Мы с Ухорыловым тебя застали на месте преступления – это раз, ты сама нам призналась, что на орудии убийства имеются твои отпечатки, – это три, руки у тебя, натурально, в крови – это пять…
– Да я ее знать не знаю! – упорно стояла на своем Илона. – Зачем мне ее убивать?
– Опять за рыбу деньги! Как же ты ее не знала, когда имеются свидетели, которые вас в бистро вместе видели? Я тебе, вон, целых десять неопровержимых доказательств твоей вины перечислил, а тебе все мало? А самое главное – ты не хочешь сотрудничать со следствием!
– Я хочу… – всхлипнула Илона, чувствуя, что в словах, а точнее, в интонации капитана Несгибайло звучит какой-то смутный намек на благополучный исход разговора.
– Где же ты хочешь? – продолжал гнуть свою линию капитан. – Вот скажи – о чем ты с потерпевшей в бистро разговаривала? Ведь разговаривала, ты это не будешь отрицать?
– Ну да, разговаривала, – неохотно призналась Илона. – Потому что ее Алена прислала… а саму ее я первый раз в жизни видела, первый и последний…
– Алена? – Капитан насторожился. – А это еще кто такая?
– Подруга моя… – Илона опустила глаза.
– Ну-ка, ну-ка! – Капитан придвинулся поближе, чтобы не пропустить ни слова. – Что за подруга, и почему она не сама на встречу пришла, а кого-то вместо себя прислала?
Илона замялась, и капитан развел руками:
– Ну вот, опять молчишь! А говорила, что готова сотрудничать со следствием!
– Я готова… – пролепетала Илона. – Алена где-то прячется… она кого-то боится, вот и прислала эту… потерпевшую… – Девушка опасливо покосилась на труп.
– Как-то все расплывчато, – поморщился капитан. – Как-то неопределенно! Где-то прячется, кого-то боится… Ты хочешь рассчитывать на наше снисхождение?
– Хочу… – промямлила Илона.
– А если хочешь – так рассказывай все, что знаешь! Конкретно, с деталями и подробностями. Кто такая Алена, где и когда вы с ней познакомились, где она прячется, кого боится…
– Насчет этого я точно не знаю, она мне прямо не говорила, только намеками… а знакомы мы с ней с самого детства, мы с ней из одного города приехали…