Чтение онлайн

– А-а, черт! – выругался Родионов.

Но ярко раскрашенный «Буран» пронесся мимо. Егор понял, что ему перекрывают пути к отступлению, потому что с другого конца улуса донесся рокот еще одного снегохода. Положение становилось безвыходным. Но, может быть, еще не поздно? До леса напрямик не больше двухсот метров. Только их еще нужно пройти. На снегу останутся следы, если снег не покрыт плотным настом. Он уже не помнил, какая погода снаружи. «Чертовы мухоморы!». – Егор все еще ощущал в голове странное кружение.

Дольше ждать было нельзя. Егор надел шапку, прошел в сени, осторожно приоткрыл входную дверь.

– Ты вернешься?

Господи, он совсем забыл о Куырсэн. Она стояла позади него, кутаясь в пятнистую шкуру.

– Вернусь. – Он притянул ее к себе и на мгновение застыл, ощущая под руками дрожащую плоть.

– Нужно идти, – Егор отстранил девушку и выглянул наружу.

Кажется, никого. Со стороны буорджие раздался грохот пистолетного выстрела. Что-то там случилось, но разбираться было некогда.

– Запри дверь и никого не впускай. – Он на секунду обернулся к девушке и, держа карабин за цевье, двинулся вдоль дома.

Обогнув его, вышел к задней стене. Теперь до спасительного леса оставалось двести метров открытого пространства.

Митрич выкатился из буорджие и быстро перебирая ногами, кинулся через дорогу к лесу. Вслед ему неслись выстрелы. Пули ложились рядом, застревая под снегом в промерзшей земле. Перебежав дорогу, Митрич метнулся под защиту ближайшей избы. На мгновение обернулся, поднял ружье и пальнул, целя над головами. Преследователи упали в снег.

– Ага, не нравится! – Митрич перехватил двустволку поудобней и кинулся бежать.

На ходу наклонился, чтобы зачерпнуть пригоршню мерзлого снега. Продолжая бежать, растер снегом лицо. В висках стучало, будто там работала дизельная сваезабивная баба. Открыв пошире рот, он, помогая себе руками, начал взбираться на небольшой пригорок. Сзади снова послышались выстрелы. На их звуки с двух сторон улуса помчались «Бураны». Водители снегоходов заметили маленькую фигурку, медленно приближавшуюся к лесу, и на полной скорости двинули свои машины ей наперерез.

Даже если бы Митрич добрался до леса быстрее своих преследователей, вряд ли ему удалось бы уйти. Тайга в этом месте была не слишком густой, и снегоходы вполне могли двигаться между стволами, не рискуя врезаться в дерево. Впрочем, у Митрича и не было такого желания. Он только надеялся, что, пока все силы прилетевшей на вертолете команды будут заняты его персоной, Егору удастся ускользнуть.

Карагодин перестал стрелять, понимая, что Митрич и так никуда не денется. А тот все бежал к лесу. Когда снегоходы были уже совсем близко, он остановился и, подняв ружье вверх, нажал на курок. Снегоходы резко развернулись и застыли как вкопанные.

– Козлы позорные, – орал Карагодин, стараясь перекричать рев двигателей, – вперед, у него нет патронов!

Вообще-то патроны у Митрича еще были. Но только они лежали в кармане, и, чтобы их достать и вставить в стволы, нужно было время. Воспользовавшись тем, что снегоходы замерли на месте, он переломил двустволку и сунул начавшую замерзать руку в карман.

– Вперед, кретины! – продолжал орать Карагодин своим прихвостням.

Услышали ли они его или, скорее, поняли, что ружье у Митрича не заряжено, когда тот полез за патронами, но, врубив скорость, парни понеслись на старика. Тот видел, что не успевает, и теперь даже не старался двигаться в сторону леса.

– Сдаюсь, сдаюсь, – он покорно опустил ружье на снег.

Влад, добравшийся до него первым, соскочил со снегохода, сбил Митрича с ног и принялся метелить, целя в лицо. Митрич повалился на спину, потом свернулся клубком, стараясь прикрыть голову руками. Но жесткие точные удары Влада градом сыпались на него, выбивая остатки похмелья. Митрич пытался ему что-то говорить, чтобы остановить, но разбитые губы не слушались. Вскоре подскочил Эдик и тоже принялся долбать Митрича ногами.

– Отойди, – кричал он брату, мешавшему как следует ударить, – сейчас я его уделаю.

Когда Митрич выскочил из буорджие, Родионов был уже позади избы. Прячась за надворными постройками, он пригнулся и начал осторожно пробираться к лесу. Оглядываясь по сторонам, Егор хотел оценить обстановку, когда услышал новые выстрелы. Он замер, выглядывая из-за поленницы дров, и увидел маленького человечка, бежавшего к лесу. В человечке он узнал Митрича. Сомнений не было – стреляли в него. А во всем виноват он, Егор, и эти чертовы алмазы!

Снегоход, вздымая за собой клубы снега, серебрящегося в солнечном свете, пронесся совсем близко от дома Куырсэн. Водитель в красном пуховике не заметил Родионова только по чистой случайности. Он слишком сильно был занят другим человеком – Митричем. Тот выстрелил, как показалось Егору, просто в направлении преследователей, в одном из которых Родионов узнал Карагодина.

Последовавшие затем поимка и избиение Митрича заставило сердце Егора сжаться от жалости, а вслед за тем вскипеть от ненависти к преследователям.

– Скоты! – прорычал Егор.

Необходимо было срочно что-то делать. Вдруг он услышал осторожный стук. Стучали в окно, явно с наружной стороны.

– Куырсэн, это я, открой, – узнал он голос Боотура.

Егор прокрался назад и заглянул за угол. Рядом с Боотуром стоял человек в милицейской форме.

– Стучи еще, – подтолкнул тот якута, когда ему не ответили.

Он узнал голос мента, вместе с Карагодиным останавливавшего на трассе «КамАЗ». «Жаль, что не застрелил тебя тогда, на болоте, продажная тварь», – подумал он.