Алое платье
Шрифт:
В дальнейшем ничего сложного не было. Виктор прошелся с Сорокиным до парка и дорогой переговорил с ним. Он вовсе не просил Игоря сломя голову бежать к дочери. Наоборот — пытался притормозить и заставить для начала побеседовать по телефону с Наташей.
Куда там! У мужика явно крыша поехала, когда услышал — у него есть четырехлетняя дочь. Несчастный ребенок тяжело болен, и самая страстная его мечта — увидеть папу. Виктор — явно сдуру! — немного рассказал Игорю об Аленке.
Ничего особенного, понятно. Что она рыженькая, кудрявая и очень забавная. Давно умеет читать. Добралась до русской классики и обожает выдергивать оттуда незнакомые словечки. Даже его младших братьев в это втянула, Виктору недавно пришлось разориться на толковый словарь. Надоело разжевывать мальчишкам, что же такое «пулярка», «веретено» или «экспроприация».
А уж пес у Аленки — тушите свет! Собака Баскервилей рядом отдыхает. И умен дьявольски. Даже за няньку одно время сходил.
Ведь Наташа сейчас учится. На вечернем отделении в университете. Виктор почти уверен — она так и не выходила замуж. Рыжая, как и Аленка, худенькая и глазастая. Внешне — девчонка девчонкой. Не верится, что у нее дочь.
Так что Виктору только и оставалось проводить Игоря до Аленкиного подъезда. Парень и лифта не дождался, помчался по лестнице, перепрыгивая сразу через несколько ступеней.
Сам Виктор остался ждать во дворе Иру. Уже довольно поздно, и ее обязательно нужно проводить. Виктор не сомневался — она с минуты на минуту появится. Хотя бы из деликатности оставит троицу наедине. Ясно, он не ошибся.
Ира рассеянно слушала Гончарова. Всматривалась в ярко освещенные вечерние улицы и думала — скоро наступят белые ночи, и фонари перестанут включать. Город поплывет в жемчужных сумерках как огромнейший корабль, а воды рек Шексны и Ягорбы, делящих Череповец на три больших района, сольются по цвету с небом. Зацветут боярышник, рябина, яблони, и от их аромата закружится голова...
Ира шла, любовалась городом и жалела, что дорога к дому не бесконечна. Изредка она посматривала на своего спутника. Случайно касалась его руки, испуганно вздрагивала, и ее лицо заливалось краской.
Мысленно Ира подсмеивалась над собой — перечитать столько женских романов и смущаться из-за таких пустяков, но…
Она впервые по-настоящему счастлива!
***
Ире никого не хотелось видеть. Она не стала звонить. Открыла дверь своим ключом. И бесшумно сняла куртку.
Конечно, в зале горел свет. Папа наверняка сидел с книжкой или за компьютером. Да и мама не спала, они всегда ждали ее.
Ира обязательно зайдет туда. Чуть позже. Ей так хотелось сейчас хотя бы полчаса побыть одной!
Девочка мечтательно улыбнулась. Она все еще видела серо-голубые глаза Виктора, он смотрел на нее так странно. На Иру еще ни разу в жизни ТАК не смотрели!
Виктор ни словечка не сказал, когда они расставались у лифта. Легко провел пальцем по Ириной щеке, мягко улыбнулся и ушел. Не оглядываясь.
А она, дурочка дурочкой, глазела вслед. Уже и лифт подошел, и двери нараспашку, а Ира все никак не могла шагнуть в него. Так глупо!
Ира на цыпочках вошла в свою комнату. Включила свет и изумленно замерла на пороге. Она только сейчас поняла — на что во время телефонного разговора намекал папа.
Ира совершенно забыла про свой день рождения! Никогда такого не было, это просто невероятно.
Ира сморгнула невольные слезы: ну и денек сегодня! И звонко рассмеялась — на письменном столе стоял букет ярко-красных, почти пурпурных роз, она всегда обожала именно такие.
Роз в вазе ровно пятнадцать, Ира знала. По числу прожитых лет. Рядом лежала красочная поздравительная открытка. А на диване…
Ира зажмурилась, не веря себе. И кулаки сжала до боли — может, она действительно спит? И весь этот сумасшедшей день — обычный сон сентиментальной пятнадцатилетней девчонки?
Утренняя репетиция, одобрение Светланы Степановны, завистливые взгляды Светки Зиминой, озадаченные Танины и восторженные — мальчишек…
Потом — внезапно ожившая Аленкина акварель. Совершенно невозможная в реальной жизни встреча Аленки с папой, а Наташи — с Игорем Сорокиным, ее единственной любовью…
Все слишком похоже на сказку! Как и долгая-долгая прогулка с Виктором Гончаровым по вечернему Череповцу.
Как жаль, что это всего лишь сон!
Правда, очень-очень неплохой сон.
Ира неохотно раскрыла глаза, но ничего в комнате не изменилось: на столе по-прежнему стояли в высокой хрустальной вазе пятнадцать роз, а на спинке дивана висело алое платье.
То самое!
Без плеч и с разрезами по бокам.
Ира судорожно вздохнула и вытерла слезы. Никогда она раньше столько не ревела. Зато сегодня побила все рекорды.
Нет, что за день?!
Девочка недоверчиво рассматривала платье. Оно казалось ей сказочно прекрасным. Много лучше, чем то, в магазине. А на полу стояли новые легкие туфли на высоких каблучках. Такого же цвета. Алые.
Ира дрожащими руками коснулась мягкого прохладного шелка и невольно оглянулась на дверь. Потом взяла со стола открытку и вслух прочла:
—Ты научилась думать о других, значит, ты повзрослела. Счастья тебе, Иришка! И с днем рождения. С любовью, мама и папа.