Алошка
Шрифт:
– И не слушай, - сказала бабушка.
– Я уж сама.
– И бабушка подошла к телефону. Сняла трубку.
– Алошка, ты, что ли?
– спросила бабушка.
– Я, - ответил Алошка.
– ЧиИчиВАН чиИчиВАчиНЫЧ чиВЫчиШЕЛ чиНА чиПЕНчиСИчиЮ!
– Что? Что?
– удивилась бабушка.
– Это Алошка на тайном языке говорит!
– закричал я.
– Он сказал: ИВАН ИВАНЫЧ ВЫШРЛ НА ПЕНСИЮ!
– На пенсию? А я в таком виде, - ахнула тетя Вера и стала скорей-скорей разматывать полотенце с головы.
А мы с бабушкой бросились к окну. Глядим: по улице впереди толпы шагает добрый молодец Иван Иваныч. Удалые усы его по ветру развеваются, правой рукой он на счетах пощелкивает, а левой рукой ящичком поигрывает. Не маленьким, не большим: весом в сто кило.
И со всех сторон несется:
– Слава пенсионеру! Слава!
Перешагивая через три ступеньки, Иван Иваныч стал подниматься на свой третий этаж.
А за ним по ступеням
Домуправ дядя Сеня,
Из газеты - газетчик,
Из буфета - буфетчик,
Из оркестра - бас-фагот
И огромный серый кот,
Истопник-пенсионер,
Даже милиционер,
Вот!
И мы тоже с бабушкой и тетей Верой пошли на третий этаж к Иван Иванычу. И, конечно, нам было очень интересно узнать: а что там у Иван Иваныча в ящичке?
ОДНУ РУЧКУ ПОВЕРНЕШЬ - СИНИМ СВЕТОМ ВСЕ ЗАЛЬЕШЬ. ТЕТЯ ВЕРА ВСЕХ ПРОГНАЛА
Открыл Иван Иваныч ящик. Снял крышку, и мы все увидели: стоит терем-теремок, не низок, а высок. Очень высок!
– Настоящий дворец-телевизор, - сказал Иван Иваныч.
– Техническая новинка: восемь башенок, сто окошек, двадцать пять винтиков, три ручки и одна кнопка.
– Ведь это чудо!
– ахнула тетя Вера.
– Чудо телевизионной техники. Насовсем дали или в кредит?
– Насовсем, - отвечает Иван Иваныч.
– Коллектив со своего плеча пожаловал.
– Поздравляю, - сказал истопник-пенсионер.
– А ведь мне только часы подарили.
И он пожал могучую руку Иван Иваныча. И мы все стали подходить, и поздравлять, и пожимать могучую руку Иван Иваныча. Газетчик даже что-то записал. А тетя Вера вытащила платок и будто заплакала.
– Чего вы расстроились, Вера Акимовна, почему вы так громко сморкаетесь?
– спросил Иван Иваныч.
– Это я от радости сморкаюсь, - сказала тетя Вера.
– Ну, тогда, - сказал Иван Иваныч, - прочитайте инструкцию.
И он дал тете Вере синюю книжечку, на которой был нарисован дворец-телевизор.
– Тары-бары-бум!
– закричала от радости тетя Вера.
– Хры-фры-брум.
– Что это вы только фрыкаете да брумкаете? Вы читайте, - сказал Иван Иваныч.
Тетя Вера убрала платок, надела слуховые очки и прочитала:
Раз, два, три, четыре,
Телевизор в новом стиле.
Если в мире чуда нету,
Как назвать новинку эту?
Скоро вы поймете сами
Это ж ЧУДО перед вами!
– Что? Что?
– спросил Иван Иваныч.
– Это была присказка, - сказала тетя Вера.
– А вот и сама инструкция.
Одну ручку повернешь - синим светом все зальешь?
А другую повернешь - три программы найдешь:
Первая - лекция,
Вторая - лекция,
А третья пока не работает.
– Ну что ж, - сказал милиционер, - хороший телевизор.
– Это еще не все, - сказала тетя Вера, - дальше послушайте:
Нажмите кнопку номер один,
Откроется дверца номер один,
Начнется чудо номер один.
И мы, конечно, сразу захотели нажать на кнопку, чтоб открылась дверца и началось чудо. Но тетя Вера строго сказала:
– Это вам не игрушка. Ясно? Посмотрите, что на ящике написано: РУКАМИ НЕ ТРОГАТЬ, НЕ ДЫШАТЬ, НЕ ИГРАТЬ, А ВЕСТИ СЕБЯ ТИХО, ОЧЕНЬ ТИХО! И ЕЩЕ ТИШЕ! А теперь уходите! Иван Иваныч устал - он ведь на пенсии.
Так всех и прогнала, - даже милиционера.
А когда мы пришли домой, у Алошки горел огонек. Ох, как я обрадовался! И Алошка тоже обрадовался.
– Я тебя давно жду, - сказал он.
– Давай играть.
И мы стали ГРОМКО, ГРОМКО играть. Я опять сделал на диване из подушек огромную-преогромную гору, собрал на гору все свое храброе войско, и МБ! открыли страшную пальбу.
Но вот из-за высокой горы стала подниматься темная-темная ночь. И мы услышали, как на третьем этаже в квартире Иван Иваныча вдруг заиграла тихая музыка. Замолчали мои пушки, притихли мои верные солдатики и стали слушать. Но кто-то дернул меня за ухо.
– Ты какой-то невеселый, - пропищал Алошка.
– Разве ты не рад? Теперь Иван Иваныч всегда будет на пенсии.
– Конечно, рад. Молодец, Алошка, я ведь знаю, что это ты все устроил. А Иван Иваныч и тетя Вера не знают.
– Ну и пусть, - сказал Алошка, - чиХОчиЧУ чиДОчиМОЙ.
Он уцепился покрепче за мое ухо, чтоб не упасть, и я услышал, как он громко, громко дышит - заснул. Устал за целый день, набегался. Так он и поехал на моем плече к своему домику.
Я сам открыл дверцу домика, положил Алошку на кроватку. Укрыл маленьким одеяльцем:
– Спокойной ночи, Алошка! Ты теперь от меня не убегай. Ты мое чудо. И я совсем не хочу смотреть их телевизор. И я теперь всегда буду ГРОМКО ДЫШАТЬ, ГРОМКО ИГРАТЬ И ВЕСТИ СЕБЯ ГРОМКО!
Часть третья
ЧЕРЕЗ ГОРЫ И ЛЕСА
ТЕТЯ ВЕРА ХОЧЕТ ЗАКОЛДОВАТЬ МЕНЯ И БАБУШКУ
Наступила зима. Завыл под окном холодный ветер: УУ-УУ!
И кто ходит без галош, того гонит домой. И кто ходит в галошах, того тоже гонит домой.
И опять меня тетя Вера не пускает на улицу. Хорошо, что у меня, откуда ни возьмись, появился друг. И хорошо, что он живет в маленьком домике. И я ему сказал: